Несмешные истории

На Камчатке, город Елизово моему приятелю Игорьку кстати безработному позвонили мошенники, пообещав 200 тысяч рублей за поджог машины сотрудников полиции

Сославшись на давнюю нелюбовь к силовикам, он согласился, и в качестве подтверждения серьёзных намерений запросил предоплату в размере 50 тыс. рублей.

На переведенную сумму он закупил алкогольную продукцию в ближайшем магазине и в состоянии алкогольного подпития потребовал увеличения суммы предоплаты в два раза

Мошенники отказались второй раз платить такую сумму, но договорились о выплате ещё 20 тыс. рублей, на которые Игорек опять купил алкогольную продукцию и перестал отвечать на звонки.

Эпизод из русско-английской войны начала XIX века

Лекция Владимира Мединского, которую я сегодня слушал, запомнилась одним ярким эпизодом из русско-английского противостояния начала XIX века. Речь идёт о событиях сентября 1811 года, в период Англо-русской войны (1807–1812).

Береговая линия Балтийского моря, включая Эстляндскую губернию (современная Эстония), находилась под постоянной угрозой со стороны британского флота. Английские военные суда и каперы — то есть легализованные государством пираты, имевшие лицензию на грабёж российских судов, — блокировали торговлю и совершали набеги на прибрежные поселения. Для охраны побережья привлекались сухопутные части, включая кавалерию.

В сентябре 1811 года английское каперское судно из-за шторма подошло слишком близко к берегу и село на мель у побережья Эстляндии. Наши уланы и казаки, несшие береговую охрану, заметили судно, терпящее бедствие. Поступили чисто по-русски: собрали эстонских крестьян с лодками и поплыли помогать, хотя сами были сухопутными, не моряками.

Англичане, вместо благодарности, крестьян "изранили" (так написано в рапорте) и отправили обратно, а наших военных, которые хотели помочь британцам, взяли в плен.

Узнав об этом, командование приняло решение действовать. Непосредственно уланским подразделением в этой операции командовал штабс-ротмистр барон Корф — офицер Литовского уланского полка, который как раз нёс береговую стражу в Эстляндии. Он возглавил команду из 31 улана.

Уланы барона Корфа взяли у местных крестьян оставшиеся лодки, ночью, в сильный шторм, подплыли к кораблю, окружили его и открыли огонь из винтовок и пистолетов. Прицельно попасть в такую качку было почти невозможно, но англичане, не ожидавшие столь дерзких действий от сухопутных войск, испугались и выкинули белый флаг. Сдались. Наши захватили пиратский корабль и привели его к берегу.

Огневую поддержку и общее руководство отрядом осуществлял подполковник Геринг (Геринг, Карл!) — командир 2-й конно-артиллерийской роты. Он же отправил официальный рапорт об этом событии командиру 1-го пехотного корпуса генерал-лейтенанту графу П. Х. Витгенштейну. Тот, поражённый успехом, перенаправил известие военному министру империи. Как сказал Владимир Мединский, «угораздило же получить такую фамилию российскому офицеру». События, напоминаю, происходили более чем за 100 лет до Великой Отечественной войны.

Этот случай вошёл в историю как один из редких и курьёзных примеров, когда кавалерия смогла «взять на абордаж» и пленить пиратский корабль.

По законам того времени, захваченная добыча должна была делиться между участниками — так называемые призовые деньги. Захваченный английский корабль вместе со всем грузом доставили в порт и выставили на официальный аукцион. Сумма выручки оказалась колоссальной, и император Александр I распорядился разделить её поровну между всеми, кто участвовал в операции.

В итоге каждый участник — и уланы, и артиллеристы, и офицеры, и местные эстонские крестьяне, которые помогали военным, — получил по 114 рублей 42 копейки серебром. По тем временам это была огромная сумма: рядовой солдат получал около 100 рублей в год. На эти деньги крестьянин мог купить несколько коров или построить крепкий дом.

Но на этом история не закончилась. Узнав о дележе, генерал-губернатор Эстляндии принц Георг Ольденбургский (кстати, зять самого императора) вмешался в это дело. Он потребовал, чтобы «призовые» деньги выплатили и гражданским чиновникам его ведомства — таможенникам, писарям, портовым смотрителям, которые описывали груз, охраняли его на складах и оформляли документы для аукциона. Они тоже, по его мнению, «участвовали» в процессе.

Принц направил официальное прошение императору. Александр I посчитал это требование справедливым, но чтобы не обделять улан барона Корфа, артиллеристов Геринга и помогавших им крестьян, он не стал уменьшать их долю. Государь просто выделил из казны дополнительные средства, чтобы вознаградить гражданских служащих Ольденбургского, оставив призовые в полной неприкосновенности.

В итоге все стороны остались довольны: уланы и крестьяне получили свои заслуженные деньги до копейки, а чиновники — своё вознаграждение. Справедливость восторжествовала, и бюрократический курьёз был разрешён мудрым решением императора.

Вот такая история. Доброе дело, отвага улан барона Корфа, огневая поддержка артиллерии Геринга, пираты с лицензией, жадный (но отчасти правый) принц Ольденбургский и мудрый император Александр I. И сто четырнадцать рублей с копейками на брата — как символ того, что русские солдаты умеют и воевать, и делиться по справедливости.

P.S. С тех пор минуло двести с лишним лет, но привычка к пиратству у англосаксов никуда не исчезла...

Иллюстрация: портрет Фёдора Карловича Корфа кисти Джорджа Доу.

8 августа 1945 года Советский Союз официально объявил войну Японии

В этот день нарком иностранных дел СССР Вячеслав Молотов передал японскому послу ноту советского правительства о том, что с 9 августа «Советский Союз будет считать себя в состоянии войны с Японией». Такой шаг был сделан в соответствии с договоренностями на Ялтинской и Потсдамской конференциях.

Чтобы скрытно подготовить наступление, СССР перебросил огромные силы по Транссибу на Дальний Восток на расстояние больше 10 тысяч километров. Это была одна из самых масштабных перегруппировок войск в истории.

Наступать пришлось в том числе через пустыню Гоби и безводные степи. Для обеспечения войск водой вырыли 1194 колодца, а для перевозки грузов в ход пошли не только машины, но и верблюды.

Итог — всего за 24 дня миллионная Квантунская армия была разгромлена. Советские войска освободили Маньчжурию, Северную Корею, Южный Сахалин и Курильские острова.

у Гаити, честно говоря, репутация — так себе. Нищая страна с высоким уровнем криминала. Что с ней не так? Опять коммуняки довели страну до ручки?

Гаитянские рабы подняли восстание чтобы вырваться из лап Франции ещё в 1804 году. Кровью залили всё и получили "свободу". Ну как "свободу"? По "джентльменским" правилам того времени, чтобы тебя признали другие страны, типа Британии и США, сначала тебя должна была признать бывшая метрополия т.е. Франция. А она изолировала Гаити и лоббировала против признания рабов-бунтовщиков. Да и сами "страны первого мира" имели рыльце в колониальном пушку и не желали плохого примера своей скотинке. Так Гаити стала страной-изгоем.

Франция через 20 лет выставила ультиматум: "Признаю вашу независимость, но платите 150 миллионов франков" (потом сделали скидочку до 90). За что ? А за то, что потеряли свои плантации и... рабов. О да, французы потребовали компенсацию за потерю рабов, которых гаитяне освободили.

Гаити оказалась в тупике: либо плати, либо оставайся в изоляции под дамокловым мечом французского вторжения. Ну и взяли кредит у французских банков, чтобы расплатиться с... французами. Кто дал у того и взяли.

Сумма бешеная, 18 миллиардов долларов на сегодняшние деньги. Но по сравнению с тем, сколько Франция выкачала из колонии за века - сущие копейки.

Гаитяне платили, платили десятилетиями. Отдавали львиную долю бюджета. На десятилетия вперёд убили свою экономику. Надо же, у власти на Гаити никогда не было ни социалистического, ни коммунистического правительства. Капитализм - процветай - не хочу.

Механизм надёжный, до сих пор работает! МВФ, Всемирный банк. Дают кредиты странам попавших в затруднительное положение, а потом ставят на счётчик. Не выполняешь режут социальные программы, образование, медицину. Всё, что могло бы помочь людям, идёт на выплату процентов. Это как замкнутый круг: экономишь на людях - экономика не растёт - долг становится ещё больше - опять режешь - и так до бесконечности. Ну и элитка подкуплена, чтоб надзирала.

Долг для таких стран превращается в вечную абонементную плату. Платишь и платишь, а выбраться невозможно. Время идёт, Гаити прозябает с XIX века, когда её просто заставили купить свою свободу в кредит. И сколько ещё этих Гаити...

B конце 1920-х годов психолог из Йеля Эдвард Стивенс Робинсон обратил внимание на то, что уборщик в музее лучше знает, какие картины вызывают наибольший интерес у посетителей музея, чем профессиональные хранители музейных ценностей. Уборщик мог предсказать, перед какой картиной будет больше натоптано в дождливый день.
И тогда Робинсон вместе со своими учениками начал исследование поведения посетителей музеев. Бихевиоризм был тогда на подъеме, а музей все больше мыслили как учреждение образовательное, а не просто хранилище. Студенты под руководством Робинсона незаметно следовали за посетителями по залам и записывали их поведение.
Засекали хронометраж — сколько человек проводит в зале и у каждого экспоната. Это называли «удерживающей силой» экспоната, как долго на нем задерживается взгляд. Зарисовывали, каким маршрутом идет посетитель, в каком порядке и что пропускает. Делали подсчеты: сколько людей останавливается у картины, а сколько проходят мимо. Это назвали «притягивающей силой». Документировали «музейную усталость» — спад внимания к выходу. Пытались понять, почему одни экспонаты собирают толпы, а мимо других люди проходят не останавливаясь.
Оказалось, что у движения людей в музеях есть свои закономерности. Большинство людей, входя в зал, склонны поворачивать направо и двигаться вдоль правой стены. Оказалось, что существует «притяжение дверей» – чем ближе к дверям в соседний зал, тем меньше внимания будет уделено картинам, висящим у выхода. Оказалось, что люди как правило льнут к стенами минуют островные витрины в центре, а первые вещи получают больше внимания, чем последние. А если тенденции существуют (люди — стадные животные), значит ими можно управлять, меняя экспозицию.
По результатам этого исследования была написана книга "Поведение музейного посетителя", изданная Американской ассоциацией музеев в 1928 году. Над этой темой потом много работали и психологи и социологи. Добавляли массовые опросы, датчики движения, тепловые карты, устройства, следящие за направлением взгляда и т.д.
Потом музейные технологии взяли на вооружение маркетологи из больших супермаркетов. Они тоже начали отслеживать поведение покупателей, чтобы управлять ими. И сегодня множество супермаркетов устроены одинаково. Входя в магазин человеку нужно некоторое время, чтобы освоиться. Это «зона разгона» и в ней человек еще не покупает. Поэтому в зоне разгона важного не выставляют, самый ходовой товар чуть дальше, когда покупатель уже освоился. Музеи тоже никогда свои главные шедевры в начале не ставили.
Часто на входе в магазин ставят зелень, овощи и фрукты — они работают на настроение. Яркая, душистая зелень и цветы создают радостное впечатление свежести, здоровья и изобилия. Пекарня добавляет запах свежего хлеба. Магазины, в которых нет своей пекарни, могут использовать синтетические ароматизаторы. Очень хорошо действует на покупателя запах свежемолотого кофе. Существует целая индустрия «ароматного маркетинга».
Как и музейный посетитель, покупатель склонен повернуть направо и обходить зал против часовой стрелки. Поэтому ходовые товары ставят справа от входа и весь поток строят на этом маршруте. Предметы первой необходимости (молоко, хлеб) располагают в глубине, чтобы человек прошел через весь магазин. Бесплатные пробы будят аппетит и чувство долга — нужно отплатить покупкой. Медленная спокойная музыка замедляет шаг, а каждая лишняя минута, проведенная покупателем в магазине, увеличивает средний чек.

Dmitry Chernyshev

История Наташи про "усохший бизнес" ( https://www.anekdot.ru/id/1622550/ ) напомнила свои попытки заработать в старших классах школы.

90-91й годы, ещё вроде и СССР, но слова "кооперация" и "бизнес" звучат из каждого утюга. В нашем маленьком городке возможностей для бизнеса крайне мало, львиная доля населения работает на градообразующем предприятии, которое к тому же содержит практически всю социальную сферу. В городе очень активный деятель по фамилии Розенфельд открыл первый видеосалон, причём поскольку он до этого занимал какую-то должность в местном Доме культуры, то договорился насчёт помещения прямо в этом ДК, и открыл там кафе-видеосалон, проходишь, садишься, можешь заказать еду и напитки, задираешь голову наверх (телевизор над каждым столом) и смотришь фильм с гнусавым переводом.
Очень хотелось заработать и мне. Отец был директором того самого градообразующего предприятия, и проблем с деньгами в семье, как вы понимаете, слава Богу не было. Но я, как и мои друзья, бредил собственным заработком, не желая зависеть от родителей уже в девятом классе. Тем более что казалось, что деньги можно заработать на чем угодно.
Идеи бизнеса одурманили наши с друзьями головы. У меня были два друга, Саня и Лёня, и мы часто говорили о том, где бы заработать. Я в 1989 году пошёл в фотокружок, и хотел устроиться на лето работать в фотоателье, но отец, у которого были обширные связи в городе, сказал — "наработаешься ещё в своей жизни, отдыхай пока". Я был категорически не согласен с такой позицией, тем более что летом в нашем городке можно было только шляться по улицам, играть во дворе в карты под чей-то старый магнитофон и ходить купаться на местные озёра.
Надо сказать, что и государство тогда было озабоченно досугом подростков в летнее время. В школе после экзаменов была обязательная практика две недели, где мы вскапывали грядки у школы, сажали какие-то цветы, что-то таскали по поручению учителей. Это было противно, потому что за это не платили ни копейки. Только в 1990 году форма летней практики была изменена на трудовой договор со сроком месяц, и кроме работ на благо школы нас начали вывозить в местные совхозы, где мы могли целый день окучивать километровую гряду картофеля, и нам с другом Саней заплатили таки за месяц работы аж 5 рублей на брата (средняя зарплата сельхозрабочего в 1990 году, судя по гуглу, была 150-190 рублей, окей, мы работали не каждый день в совхозе, но рублей 50 хотя бы можно было заплатить?). Не перепутайте — это проклятые капиталисты занимались эксплуатацией детского труда, а советское государство — приучением молодёжи к труду на благо родины.
Была также в 1991 успешная попытка меня и ещё одного друга, Лёхи, устроиться на время летней практики на завод, помог отец. Мы с Лехой работали в энергоцехе на перемотке электродвигателей. Большие, куда в пазы сердечника медная проволока красиво ложилась с помощью специального станка, и маленькие, например, от дворников заводского грузовика, с микроскопическими пазами, куда я засовывал обмотку руками и специальным шпателем, руки были в мелких порезах. "Спуску им не давай, грузи как всех", заявил тогда мой отец начальнику энергоцеха. И всё же это было гораздо интереснее, чем грядки у школы или в совхозе, да и заработали мы там уже нормально, около 80 рублей, кажется. Причём сначала бухгалтерия завода то ли решила нас обмануть, то ли забыла, кто мой отец, выдав квиточки с 30 рублями зарплаты. Я показал это отцу, он возмутился и устроил разборки, нам выдали остальные с квиточком "извините за бухгалтерскую ошибку".
А Саня и Лёня пошли по "кривой дорожке", впрочем только понарошку. Эти два друга были большие фантазёры (с Лёней мы даже, начитавшись Ильфа и Петрова, писали на двоих какой-то приключенческий роман, это было здорово - общая тетрадь на 96 листов, одну главу пишу я, передаю в школе Лёне, он пишет следующую, и так далее, получалось очень интересно и смешно местами, по мнению одноклассников, кто это читал... куда потерялась та тетрадь, не знаю, возможно так и лежит у Лёни). Так вот, из уст фантазёров начало всё чаще появляться выражение "Великая Тайна", произносимое с заговорщически-надменной ухмылкой. Два друга старательно интриговали всех своей "ВТ", упоминая её там и сям, просто задолбали, всем, в том числе и мне, уже стало неинтересно, и вот тут-то Лёня и раскрыл мне её (кажется, они даже поругались из-за этого с Саней) — "Великая Тайна" оказалась банальным способом скоммуниздить бесплатное мыло в туалетах школы, принести к Лёне домой и, забив куски мыла в специальную железную форму, получить аккуратные цилиндрики нового мыла, которое два друга планировали куда-то сбывать, ну и собственно озолотиться. Увы, новую форму мыло приобрело, но вонючий сантехнический запах и бурый советский цвет ностальгически сохранило, из-за чего в тумбочке Лени произошло элементарное затоваривание цилиндриков готовой продукции. Бизнес забуксовал, и вот тогда-то Лёня и решил рассказать всё мне. Наверное, думал, что я помогу со сбытом. Потом о мыле было рассказано ещё и другу Косте, который отличался прямолинейностью и, посмотрев на тумбочку, из которой несло мылом, заявил что Саня с Лёней придурки. Нелегально-мыльный бизнес пошёл крахом...
Из всего этого я уяснил один большой жизненный урок — любому делу надо сначала основательно учиться. 90е как-то дали нам понять, как не надо делать. Это была своего рода бесплатная жизненная школа бизнеса.
Спасибо всем, кто дочитал! И удачи в делах!

Посмотрел "Последний богатырь. Колобок"
Древнерусская версия американского "The Mask", и немножечко от "Shrek".
И чего вы все к нему привязались? Нормальный весёлый фильм.
Некоторые шутки достаточно плоские, но в целом неплохо.
Уж не хуже, чем "Спортлото-82".
Похоже, создатели с кем-то чем-то не поделились,
и влиятельные обиженки мобилизировали падкие на провокации
ресурсы российского (и не только) интернета.
Так было с троллейбусами, когда вся страна принялась срочно
ненавидеть троллейбусы.
Так было на западе со шлёпанцами Crocks.
Так было и с производителем бритвочек Gillette, когда обидевшееся рекламное агенство разрекламировало ношение бороды.
Теперь вот безобидный Колобок.

Суд американского штата Нью-Мексико приговорил компанию Meta к выплате $567 миллионов за то, что её механизмы ухудшили ментальное состояние несовершеннолетних. Cредства, в частности, пойдут на лечение молодых людей, пострадавших от влияния социальных сетей.

На «лечение» от «социальных сетей». Звучит непривычно и странно, как будто бы речь идёт о последствиях наркозависимости. Но соцсети действительно деструктивны и вредны, особенно для неокрепших мозгов.

Подробно мы рассказывали об этом в нашем спецпроекте в статье «Эпидемия одиночества: тихий кризис, который мы не замечаем». Тогда многим казалось, что мы намеренно сгущаем краски и нагнетаем, чтобы выдать нечто эдакое, что привлечёт внимание.

Но прошло всего-лишь полгода и пожалуйста: не какая-то там европейская страна с целью протекционизма, а американский штат штрафует американскую компанию на пол ярда баксов за её сущность. Это прецедент не только для других штатов, но и для других государств.

Кажется, мы наблюдаем закат соцсетей в том виде, к которому привыкли. Широкая тенденция — идеологическая цензура и возрастные ограничения. А это, в свою очередь, ставит вопрос о том, каков будет чёрный рынок подростково-юношеской веб-социализации в ближайшие годы.

https://www.nytimes.com/2026/08/06/technology/meta-new-mexico-child-safety.html

Историки, социологи и политологи пытаются описывать те или иные исторические периоды и процессы. Получается по-разному: иногда правдоподобно, иногда они ошибаются, часто просто врут, но всегда они это делают длинно. Однако, бывают случаи, когда некоторым людям, причём часто совершенно обычным людям (ни разу не Конфуциям) удаётся буквально одной фразой передать суть исторического периода.
Я помню во времена перестройки я оказался без денег, что было неоригинально в то время. И мой друг организовал мне какую-то работу в кооперативе, где он сам тогда работал. Как-то я встретился с руководителем этого кооператива, надо было что-то обговорить, и тот мне начал жаловаться, что дескать мой друг говорит ему, что он мне мало платит. Я его успокоил, мол всё нормально, ты платишь мне так, как мы договорились, а мой друг, ну мы с ним старые друзья, много чего вместе пережили и выпили. И тут я услышал фразу, в которой по-моему выражена вся суть этой самой перестройки. Он мне сказал:
“Я с ним тоже много пил, (вот она фраза) но мы живем в разных семьях.”