Лучшие анекдоты, истории и фразы зарегистрированных пользователей

Посвящается М.Л.

МОНАШКА ЯДВИГА

Рассказала эмигрантка о своей маме. С её согласия привожу эту историю как бы от первого лица - её мамы. Правда, моим суровым языком плаката....

Почти в конце Великой Отечественной войны я закончила мединститут и в новенькой форме лейтенанта медицинской службы прибыла по назначению в дивизионный госпиталь. Госпиталь расположился в женском католическом монастыре только что освобождённого польского городка.

Командир госпиталя, полковник медицинской службы, он же и главный хирург, установил добрые и доверительные отношения с аббатисой монастыря. По уговору с ней, часть главного зала для богослужений и боковые приделы костёла отделили деревяннной отгородкой для госпиталя. Правда, вовсе не до высокого свода костёла, а высотой всего-ничего метра в два с половиной. У раненых появилась возможность слушать игру органа, мессы и пение хора, зато верующие могли услаждать слух стонами и матюгами соседей.

Монахини стали вольнонаёмными санитарками и сиделками. Госпиталь временно принял их в штат и поставил на довольствие. Если возникала нужда, им оказывали медицинскую помощь да оделяли лекарствами. И - немаловажно - своим присутствием советские военные охраняли монастырь от мародёров и бандюганов, этих шакалов войны - территорию только освободили от немцев, фронт ушел километров на 60-80. Выздоравливающие бойцы помогали и в монастырском хозяйстве, выполняли всякие мужские работы. Увы, кроме главной: с этим у нашего полковника было строго. Женский персонал госпиталя разместился в кельях, когда выделенных, а когда и совместно с монашками.

А вообще полковник наш был человек замкнутый, суровый, с красными глазами от недосыпа - за хирургическим столом выстаивал по две смены, а если было много раненых, то и все три. Да в отличие от остального командного состава не завёл себе ППЖ - полевую походную жену, хотя мужчина был вовсе не старый, видный из себя, да при том всем нам отец, бог и воинский начальник. Многие врачихи и сёстры клали на него глаз, раскатывали губу и откровенно к нему мылились, но он на это положил и сделался для всех неприступным утёсом.

Говорили, что у него пропала без вести семья - мама и жена с двумя детками. В составленных с немецкой педантичностью списках уничтоженных в концлагерях их пока не обнаружили. У него ещё оставалась надежда, в одном из откровений наседавшей на него даме он обмолвился - верит в примету, если ни с кем не свяжется, семья найдётся.

Вообще-то окружающие меня считали красавицей, при моём появлении у молодых мужчинок начинали блестеть глаза, и они начинали козликами прыгать вокруг. Более пожилые подтягивали животы и становились мягче, добрее и где-то даже романтичней. Когда же я предстала под красны очи моего начальника, в новёхонькой форме лейтенанта медицинской службы для её прохождения, полковник лишь мельком глянул моё направление, сухо пожелал успеха.

Меня такой приём даже немного покоробил, а пока я коробилась, мой начальник без всяких там сантиментов приставил меня к доктору-терапевту, опытному - как профессионал, но молодому по возрасту симпатичному капитану медицинской службы. Нашей задачей была предварительная сортировка раненых и послеоперационное выхаживание. Я рьяно приступила к выполнению медицинских обязанностей, сбылась мечта, которую лелеяла все годы ускоренного обучения в эвакуированном на Урал московском мединституте.

А жить меня поселили в келье с молодой монашкой Ядвигой, работавшей санитаркой под моим началом. Через несколько дней я заметила странности в её поведении: она, проверив заснула ли я, складывала в котомку харчи и ускользала. А ещё просила, если у меня оставались продукты, отдавать ей. Через несколько дней у нас сложились доверительные отношения.

В конце концов, мы были ровесницами, вместе работали да и питали друг к дружке определённую симпатию. Если я таки была комсомолкой, спортсменкой, красавицей, то Ядвига, за спорт и комсомол не знаю, но уж красавицей была точно. Да в монастырь, как оказалось, ушла не для того, чтобы ближе к Богу, а подальше от гестапо, заподозрившего её в связях с подпольщиками.

Гестапо же заподозрило её не зря - она была связной между городскими подпольщиками и сельскими партизанами. Ей удалось ускользнуть из-под самого носа гестаповских менеджеров по сыску да исчезнуть от мира сего. Ядвига взяла с меня клятву на распятии, хотя и знала, что я еврейка, и поделилась своей тайной: она прятала в запущенном склепе на отшибе кладбища костёла еврейскую семью.

Семье удалось сбежать, когда партизанами был пущен под откос эшелон, отвозивший живое топливо для газовых печей в концлагерь. Их подобрали добрые люди и свели с подпольщиками. Мать и деток какое-то время перепрятывали по подвалам да чердакам, пока подпольщики не поручили их Ядвиге, осевшей в монастыре. И вот уже почти два года она, да и другие монашки, посвящённые в тайну, прячут и поддерживают эту несчастную семью.

У меня сразу возник вопрос - а почему Ядзя сразу не известила о своих подопечных наших, освободителей. Она призналась - из страха, вдруг немцы вернутся, война такое дело - сегодня побеждают одни, завтра - другие. И припомнят ей укрывательство опасных врагов рейха и фюрера.. Ну, не верила в возросшую мощь уже победоносной Советской армии, но по этой теме, особенно как для монашки, Бог ей судья.

И тут у меня сверкнуло какое-то озарение-предчувствие - уж не разыскиваемая ли по всему фронту семья нашего полковника? Я напросилась к Ядвиге взять меня с собой - и, о, чудо: это были вроде они, хотя фамилия была другая, но ничего больше выяснить не удалось, мать, предполагаемая жена полковника, потеряла речь и слух из-за сильной контузии при крушении эшелона, а мальчик годов шести и примерно трёхлетняя девочка, ошарашенные появлением женщины в форме, внятно ответить не смогли, внешнего же сходства с полковником в полумраке склепа я не увидала. К тому в семью, которую он разыскивал, входила и его мама, и эта не подходила по составу - другая комплектация.

И всё-таки я уговорила Ядвигу на встречу с полковником. По-любому, заключенные в склепе выбрались бы на волю, он бы помог им вернуться на родину. Ядзя пугливо согласилась, но попросила сохранить всё в полной тайне, мало ли что. Утром я рвалась то ли обрадовать, то ли разочаровать полковника, всё робела к нему подойти: а вдруг это не они?

Да и кто я такая тревожить начальство, обращаться полагалось по команде по команде, согласно уставу, но просьба была очень личная. Короче, я всё-таки решилась и, как певалось в известной песенке знаменитой тогда Клавдии Шульженко, "волнуясь и бледнея", осмелилась:
- Товарищ полковник, разрешите обратиться по личному вопросу!
- Замуж собралась, быстро вы снюхались с Николаем? (Начальство знает всё и про всех - по долгу службы, стук в госпитале, как в образцовом советском учреждении, был налажен превосходно). И он продолжил:
- Неймётся потерпеть несколько месяцев до конца войны? Ладно, что там у тебя, давай покороче!
- Нет, товарищ полковник, у меня не про снюхались - и изложила ему суть дела, да передала просьбу Ядвиги о конспирации.

Он тут же сорвался с места:
- Веди!!! - Однако просьбу о соблюдении всех предосторожностей уважил - задами да огородами, обрядившись в маскхалат, устремился к склепу. А вот тут вся наша конспирация чуть не полетела в тартарары: семья оказалась таки его, и какие неслись из склепа вопли радости, визги истерики,- словами не передать. И слёзы - судьба матери полковника осталась неизвестной, но, скорее всего, она погибла - при подрыве эшелона или уже в концлагере.

Затем подогнали санитарный фургон, спрятали в него семейство с полковником и, сделав крюк, чтобы изобразить явку с вокзала, прибыли в госпиталь, якобы родные полковника отыскались по официальным каналам.

Что и говорить, как счастлив был командир, повеселел, сиял от радости, окружающий пипл даже не удивился метаморфозе. Правда, меня и Ядвигу он попервах пожурил - почему не открылись сразу? Но простил и воздал сторицей: меня через несколько месяцев произвёл во внеочередные старлеи медицинской службы и приказал выйти замуж за Николая.

Я охотно подчинилась приказу, в Николая влюбилась с первого взгляда, с ним произошло тоже, и во мне уже зрел его ребёнок. Благодаря же командиру, случилось то, что должно было случиться рано или поздно.

... Нас сочетали в костёле по красивому и торжественному католическому обряду - Николай был православным атеистом, я - такой же иудейской. Обряд был классным, и нам было пофигу, кто освятил наш брак. В конце концов Бог един, просто разные религии представляют его в выгодных им форматах. А брачное свидетельство командира на казённом бланке госпиталя да последующая примерно комсомольская свадьба отпустили нам религиозный грех перед атеизмом.

... И через положенные 9 месяцев, уже после Победы, родила я мальчишку. Увы, плод был крупный - в высокого Николая. Чтобы не рисковать, решили делать кесарево сечение. Есссно, операцию провёл сам начальник госпиталя, больше никому меня не доверил. Да уже в добротной немецкой клинике, где разместился наш госпиталь перед отправкой на родину и расформированием.

А как сложилась судьба наших героев? Ядвига вышла замуж за сержанта-водителя того самого санитарного фургона поляка Збышека, он как бы оказался посвящённым в её тайну, вроде с этой тайны у них и началось. Я отработала лекарем больше полувека, выросла до главврача крупной киевской клиники. Мой Николай Иваныч стал доктором медицинских наук, профессором. У нас двое деток, старший кандидат медицинских наук, доцент, закончил докторскую, работает в Киевском Охматдете, где папа заведовал отделением. В медицине такая семейственность приветствуется.

Для Ядвиги мы добились звания праведницы народов мира, её фамилия, правда, девичья, в списках знаментого музея Холокоста Яд-Вашем, она получила аттестат праведницы и пенсию от Израиля. У неё прекрасная семья со Збышеком, трое деток, внуки. У жены полковника после многолетнего упорного лечения речь и слух почти восстановились. Спасённые детки тоже подросли, завели свои семьи и стали классными хирургами.

Наша младшая дочка по программе обмена студентами окончила медицинский факультет Сан-Францисского университета. Вышла замуж за однокурсника, американца-католика, но ради неё он принял иудаизм. Свадебный обряд провели в синагоге - в какой-то мере маленький религиозный реванш состоялся. Хотя, конечно, ортодоксальным иудеем наш американский зять так и не стал, лишь пополнил ряды иудеев парадоксальных.

А мы все иммирировали к дочке в Окленд, город-спутник Сан-Франциско. Здесь у неё с мужем небольшая частная клиника, занимающая нижний этаж их большого собственного дома. Мы с мужем уже на пенсии - в нашем очень уж преклонном возрасте сдать на лайсенс американского врача нереально, да и давно уже пора на покой, сколько там нам осталось!

Несколько раз посещали ставший родным монастырь в Польше, не жлобясь на пожертвования...Увы, несмотря на место главных событий в нашей жизни - монастырь, в Бога никто из нас так и не поверил, зато поверили в справедливость случайности, которая свела стольких хороших людей и сполна наделила их счастьем .

Как-то Юрий Никулин шёл с утра пораньше пешком на работу и стал свидетелем страшной трагедии - молодая женщина и её шестилетний сын были сбиты автомобилем на пешеходном переходе. Мать скончалась. Мальчик просто чудом не пострадал. Просто его руку вырвало из ладони матери при наезде. Первое что сделал Юрий Владимирович это снял свой пиджак и накрыл им тело женщины, чтобы мальчишка не видел изувеченную, залитую кровью мать. Очень быстро приехала милиция оцепившая место происшествия, "скорая помощь", зачем-то пожарные, собралась огромная толпа зевак. Все они охали, ахали и обсуждали произошедшее. Как-то так вышло, что без внимание остался только плачущий мальчишка сидевший на обочине дороги. "Ну как так?" - подумал Никулин, вышел из толпы (милиция увидев известного актёра останавливать его не стала только честь отдала) и сел рядом с мальчиком. Утешил как мог, подарил свой красный галстук с изображением пчелы, а потом ещё и на такси домой к бабушке увёз.

В этот день у Никулина была назначена серьёзная встреча с японской делегацией. Юрий Владимирович естественно опоздал. Опоздал почти на полтора часа, да ещё и вошёл в кабинет без пиджака (костюм приобретался специально за границей для протокольных мероприятий), без галстука, в белой рубашке с закатанными до локтя рукавами. Руководитель токийской делегации Ито Кобаяси и его коллеги посчитали внешний вид и опоздание Никулина оскорблением, нарушением протокола, на котором азиаты зациклены, и демонстративно покинули цирк.

Только спустя пять лет Кобаяси узнал истинную причину опоздания директора Цирка на Цветном Бульваре. Никулина пригласили в столицу Японии прислав за ним самолёт принадлежащий компании. В офисе Юрия Владимировича встретило семьдесят восемь низко поклонившихся японцев без пиджаков, без галстуков и в белых рубахах рукава которых были закатаны до локтя.

Женщина у себя дома занимается уборкой, и вдруг звонок в дверь. Открывает.
На пороге мужчина:
- Добрый день. Прошу прощения за любопытство, как вы относитесь к анальному
сексу?
Женщина захлопывает дверь. На следущий день опять звонок. Тот же мужчина:
- Здравствуйте. Извините за беспокойство. Скажите пожалуйста, любите ли вы
секс в позиции 69?
- Убирайся, сволочь, или милицию вызову.
Звонок на следующий день, все снова:
- Если я кажусь вам назойливым, не обессудьте, но нравится ли вам во время
оргазма слушать непристойности?
- Ну все, мне надоело. Скажу мужу, и пеняй потом на себя.
И действительно, все рассказала мужу. Муж говорит:
- Если он еще раз придет, я стану за дверью, постарайся его задержать.
На следующий день все как обычно:
- Здравствуйте, рад вас видеть. Привлекает ли вас оральный секс?
Женщина:
- Весьма.
- И анальный?
- И анальный.
- А 69?
- Очень люблю.
- А чтоб с садомазохизмом?
- Обожаю.
- Тогда, пожалуйста, передайте своему мужу, что, если у него есть под рукой
все, что надо, зачем он спит с моей женой?

"Тред" на форуме американцев, женатых на женщинах из России. Привожу до
самого интересного места.

Тема: "Моя жена совсем слетела с катушек. Чего это она такого хочет?
Помогите!"
Автор - "Реднек Хэнк".
Текст: Здорово, мужики.
Я на этом форуме новичок. Тут у вас классно; много толковых парней и
куча полезной информации.
У меня проблема: моя жена Вика, на которой я женился около полугода
назад, недавно стала предъявлять мне "культурные запросы". Сама она
откуда-то из русской глубинки, и утверждает, что у них в их городе был
балет, были опера и филармония.
Я же живу в "деревне Буренкино", ну знаете, как оно у нас в селе на Юге,
и из развлечений у нас бар с водителями грузовиков и кружок народных
танцев по воскресеньям.
Так-то у нас все хорошо, но вот недавно ее пробило на культпоходы.
Я свозил ее в город, в Грэнд Ол` Опри, в "Уайд Хорс", в "Райман". Но
кантри ее не впечатляет.

И вот чего ей недавно захотелось: балета. Она от подруги узнала, что
кто-то в город привозит балет. Балет с каким-то странным названием -
"Осел-Сексапил". Сначала она не поняла, отчего я так заржал; потом
обиделась, и стала говорить, что это - один из самых знаменитых балетов
в мире.
Ну, объясните мне, кто-нибудь: я, конечно, реднек и все такое, но даже
мне непонятно, чем может быть так уж знаменит балет, где какой-то
похотливый осел с двухфутовым болтом шляется по сцене. Чем он там
занимается? Трахает свою длинноухую гелфрендшу? К тому же их у него
наверняка не одна. Они же там скачут, в балете. Поскачет, потрахает,
опять поскачет, скажет "иа" и пойдет овес жрать.
Про что балет-то?
Ее английский пока недостаточен, чтобы мне объяснить, зачем она вообще
хочет за 100 долларов смотреть на танцующего ишака, которого я ей в
местном цирке покажу за 20 зеленых.
Вкусы у этих русских!
Хелп!


Автор - Роб-ин-Худ (Роб-в-капюшоне).

текст: Может, он еще и поет там? Осел, в смысле.


Автор - ХэйриХэрри (волосатый Хэрри).

Дубина! В балете ослы не поют. Ослы поют в опере. В балете ослы танцуют
и крутят пируэты.
Представил осла в тройном прыжке. LOL (Гы-гы). А уж как он приземляться
будет. Сцену проломит нах. Осел приземляется на свою задницу
(непереводимая игра слов "Ass landing on his ass"). Гы-гы.


Автор - Милуоки Кид.

Реднеку Хэнку.
Не хочу тебя обижать, старина, но о чем ты думал, когда женился на
женщине, которая хоть раз в жизни видела балет? Все, что ты в своей
жизни видел, что может хоть как-то напоминать балет, это танцы девушек у
столба в вашем местном гоу-гоу баре. Если твой мозг размером в один дюйм
не подсказал тебе, что такой брак распадется в первый же год, то мне
придется взять на себя эту неблагодарную задачу.
Ты что, серьезно полагаешь, что это балет про осла-сексапила?
Твой "Дон Жуан-Большие Уши" - результат произношения твоей жены
помноженного на твой IQ в 50 очков. Она у тебя просто не знает, как это
в английском произносят, и сказала по-русски, а твое воображение
дополнило картину.
Балет называется не "Donkey Hot", а "Don Quixote" (Дон Кихот).

1985 г. Учебка под Псковом. Нас подняли по тревоге: палки, лыжи,
карабины, мешки и противогазы... командовать нами пришел комбат, аж
целый подполковник (ну не любил он нашу роту). Сам он маленький, злобный
большеголовый с противным голоском, да еще и зубы скалит... ну вылитый
лепрекон.
Бежим через лес на полигон, а путь не близкий - 15 км, противный ветер и
мороз -25. На уазике без верха, едет выпивший для "сугрева" комбат и
подгоняет лыжной палкой отстающих:
- Боец! Бегом! Ты как беременная баба! Вот пристрелю тебя тут, чтобы не
задерживал роту на марше, ты же не знаешь, учебная тревога или боевая.
- А ты чего разлегся!? Вызову твоих родителей, чтоб приехали и
посмотрели какое они говно воспитали!
- Вас, уродов, Родина кормит, а вы бегать не можете!? Ну я вас научу!!!

Так за дружеской беседой, мы полумертвые прибежали на полигон. Ресницы
примерзают, а спины мокрые. Комбатовский водитель раздал нам по три
патрона, и постелил плащ-палатку на которой наш подполковник показывал,
как правильно стрелять по врагам из карабина скс.
Первые двадцать человек лежат на огневой позиции, я крайний справа. Ждем
команды.
Смотрю, за моей мишенью, чуть в стороне стоит уазик лепрекона. Дай думаю
пульну один раз в него, тем более водитель должен был припарковаться за
линией огня, а я не снайпер. Отмажусь.
Команда ОГОНЬ!!!
Я стрельнул... Смотрю уазик стал как-то подозрительно подпрыгивать...
Все 20 человек не пожалели по одному патрону для хорошего дела.
Вроде бы казалось, пару десятков пуль всего-то, а машина в хлам: мотор
пробит, рулевая заклинила, бензин вытек, даже из сидушек выглянул поролон.
Целыми остались только гдровские девушки на переводнушках.
Комбат матерился и грозил всем трибуналом, минут десять, потом замерз и
мы пошли в часть. Мы на лыжах, а он пешком. В начале он бойко шел
впереди колонны, потом позади, потом мог только дышать, потом мог только
громко дышать и наконец на полдороги сел на снег (видимо курил по три
пачки в день).
Мобильников тогда не было и в лесу его не бросишь, замерзнет.
Завернули его в плащ-палатку и по очереди потащили упырька волоком.
Просто живая иллюстрация к стихотворению: "Тятя, Тятя, наши сети
притащили мертвеца..."
Сквозь брезент он нас не видел, но слышал и мы оторвались по полной...
- Эй! волоки аккуратней, это же тебе не говна кусок, а наш комбат...
- Товарищ подполковник, вы пожалуйста там не стреляйтесь, из-за того,
что задерживаете роту на марше, а вдруг тревога учебная...
- Товарищ подполковник, вы еще больший герой чем Маресьев. У того хоть
ягоды были и ноги отморожены, а вы там в темноте, без ягод и весь
отмороженный, родители вами гордились бы.
Леприкон только клацал от мороза зубами, а сформировать мат.. не мог.
Притащили мы его к воротам и сдали дежурному по кпп.

.... До конца учебки, комбата в нашей роте мы больше не видели...

300 ЛЕТ

Далеко-далеко, за три тысячи километров от столицы, в выцветшем на солнце рабочем поселке, жила-была маленькая девочка Валя и была у нее лучшая подруга Люба.

Девочки учились во втором классе и все восемь лет, сколько себя помнили, крепко дружили.
Но, однажды случилась беда - Любиного отца переехал поезд (пьяный уснул на рельсах)
Всем миром схоронили и тут поняли, что Люба-то осталась совсем одна, мама умерла еще при родах, так девочка и жила с отцом в бараке.
К счастью, в детский дом Любу отправить не успели, у нее отыскалась тетя – папина сестра из самого Ленинграда.
И пока Девочка ждала эту свою тетю, она жила в доме у подруги Вали.
Через месяц тетя вырвалась в отпуск и приехала на полтора дня. Собрала племянницу в дальнюю дорогу, переночевала, а утром, поблагодарила Валиных родителей, чиркнула ленинградский адрес, присела с хныкающей Любой на дорожку и, как оказалось, навсегда увезла ее в далекий Ленинград.

Валя, была безутешной. Она рыдала целыми днями. Как там ее Любочка одна, в чужом, каменном Ленинграде? Это же так безумно далеко – целых пять дней на поезде…

У Вали, на всем белом свете оставалась только одна настоящая подруга - Маша, Маша была огромной, нахальной черепахой, величиной с хорошую сковородку. Она постоянно, со знанием дела жевала яблоки и, не мигая, участливо смотрела на девочку, только - это слабо помогало.
Но беда не приходит одна, в одно прекрасное, солнечное утро, Валю добила новая трагедия – Маша пропала, а ведь она даже в открытую калитку никогда носа не совала, не такая она дура, чтобы выползать на улицу, да и Алабай - Шарик, не выпустил бы, завернул бы беглянку назад.

Девочка весь дом перевернула, но черепахи нигде не было, одна только мисочка с водой и осталась.
Целую неделю вся улица слышала, как с утра и до позднего вечера, Валя шарила по придорожным кустам и канавам и все звала: - "Маша! Машулька! Иди ко мне. Где ты! У меня курага. Маша, Маша, домой!"
А Валины родители в это время жутко переругались. Как выяснилось через много лет, это мама увезла Машу на автобусе, аж на другой конец поселка, километров за шесть, да там и выпустила на травку. Во первых, мама всегда недолюбливала эту здоровенную, наглую черепаху и называла ее каменюкой, а в то утро, мама в темноте споткнулась о Машу, упала и чуть голову себе не разбила – из-за этого и психанула, да по-тихому и избавилась от Машки. Потом, конечно, пожалела, да уж было поздно. Даже к той травке ездила, искала, но куда там…
Валя впала в полное отчаяние, ведь кроме того, что пропала ее последняя подруга, с ней исчезла и надежда хоть как-нибудь связаться с Любой.
Вся беда в том, что Валя, как и любая маленькая девочка, безоговорочно верила в добрые сказки – это и сыграло с ней злую шутку: После расставания с Любой, Валя несколько дней носилась с Ленинградским адресом на бумажке и по сто раз на дню, прятала его и перепрятывала, чтобы уж точно не потерять, но вдруг посмотрела на Машку и тут девочке в голову пришла простая и гениальная мысль – а ведь черепахи живут по триста лет.
Вот где стопроцентная гарантия, надежность и стабильность! Не долго думая, Валя послюнявила химический карандаш и на целых три века написала адрес на черепашьем панцире…
Но, какие уж тут три века? Пара дней и ни черепахи тебе, ни адреса, да и бумажка куда-то подевалась за ненадобностью. Эх-хэ-хэх…
Вот и страдала бедная Валя. Ну, да кто же мог знать, как оно бывает не в сказках?

…Промчалось лето, наступила осень, и вот, однажды, ранним утром, Валя выскочила с портфелем из дома и сходу… чуть не наступила на Машку-почтальона.
Маша, как ни в чем не бывало, сидела на крыльце и поджирала яблоки, которые сушились на газетах, а рядом гавкал и улыбался довольный Шарик.

Даже представить себе такое трудно: огромная черепаха, целое лето, кусок весны и чуть-чуть осени, через весь поселок добиралась обратно домой. (видимо черепах называют мудрыми не только за выражение лица) Ведь ей, бедолаге, кроме компаса, нужно было иметь соображения, что идти можно только ночью, обходя собак, мальчишек и грузовики. Валя глазам не верила, она обнимала и целовала жующую яблоки Машу, да и у мамы от сердца отлегло, на радостях она даже стала разрешать складывать Машку на стол.
Но вот беда, за долгое и опасное путешествие, с Машиного панциря, дождями, почти смыло весь Любин адрес. Цифры еще более-менее читались, а вот улица, то ли «8-го Марта», хотя вряд ли, а может «Мира», но тоже непохоже. Непонятно, хоть плачь, да и у Машки не спросишь, она ведь вообще не в курсе дела.
Это надо было видеть, как Валин папа становился на табуретку, поднимал Черепаху к самой лампе, вертел ее и так и сяк, сквозь очки изучал буквы и чертыхался: - «Машка, не балуй, успокойся, и так ни черта не разобрать, а ты еще дергаешься!»
А Маша, как космонавт, безмятежно болтала в воздухе лапами и абсолютно не чувствовала себя флешкой с важнейшей информацией.
А через пару дней, нежданно-негаданно, в школу, на Валино имя пришло письмо: - «Здравствуй Валя, я все ждала от тебя письма, но ты почему-то забыла меня и вот я решила написать в нашу школу, я ведь помню где ты живешь, но самого твоего адреса не знаю…"

P.S.

…Спустя много-много лет и тысячу писем, когда девочка Валя уже выросла, она все-таки приехала в Ленинград, нашла улицу Марата и, наконец, увиделась со своей закадычной подругой детства.
Потом Валя вышла замуж, родила троих детей, одним из которых был я… хотя - это уже совсем другая...
...Позвоню-ка я Маме…

Человек, который сделал себя сам, или как закалялась сталь

Сейчас расплодилось множество селф-мейд молодежи. Кто бизнесмен, кто менеджер, кто силовик – и все при серьезных деньгах, все сделали себя сами.
Но во времена моей юности – а она пришлась на начало 2000-х, таких ребят до 25 было очень мало. Однажды, сидя за столом с главой одного крупного молодежного делового клуба, я задал ему по дружбе прямой вопрос – кто из людей, так или иначе входящих в клуб, или пересекающихся с ним - а их были сотни, - сделал себя сам? И чтобы реально сам, вот так вот без малейшего сомнения, без малейшей поддержки со стороны?
Глава клуба задумался и начал перебирать людей. И тут оказалось, что если человек реально достиг чего-то из ряда вон выходящего (ну хотя бы заработал пару миллионов долларов чистыми), то за ним так или иначе обозначался контур старшего партнера, родственника или «крутого друга». Да, были ребята без особой помощи, но они получили крутейшее деловое образование и не имели никаких бытовых проблем.
И в этот момент я задал себе вопрос – есть ли сейчас такие люди вообще? Или они все были только в 90-х? И вдруг, на одном мероприятии, президент бизнес-клуба показал мне одного парня. Парень был мягко скажем смешон. Шелковая рубашка с рюшами, золотой крест с бриллиантами на шее, перстни – в общем, полный антураж «нового русского», хотя на дворе уже 2005 год. Этот парень ел специально принесенных для него по спецзаказу лобстеров с черной икрой, уплетая их за обе щеки как будто его неделю не кормили, и запивал самым дорогим шампанским из бара.
Но эти глаза - ах, эти глаза…. Я не побоюсь сказать, что я впервые за долгие годы своей жизни увидел в глазах человека искреннее, а не показное счастье, то самое, что пронизывает до глубины души и не оставляет в сердце ни единого места для капельки грусти или печали:)
Председатель меня представил, дав рекомендации честного, доверенного и конфиденциального человека, мы уединились в вип-зоне, и парень рассказал мне свою историю. Я не буду приводить тут его имени – оно не суть этого рассказа.
Жил-был в одном детском доме на Камчатке мальчик. Умный парень, но со странностями. Он не был «своим» ни для воспитателей, ни для других воспитанников. Парень этот любил читать книги, хотел учиться, и не переносил насилия. А на дворе было начало 90-х, в детских домах на периферии творился беспредел, кормили баландой и жестоко пиздили всех, кто хоть как-то выделялся из общей массы. А парень выделялся сильно. И к 12 годам в его голову пришло осознание того факта, что либо ему напрочь отобьют мозги тут, либо он будет бороться за свою жизнь на воле. И он сбежал. Даже не зная, как его на самом деле зовут. Жрать было нечего, парень ловил по утрам рыбу, соорудил шалаш, и сторонился людей. Потом пришла осень, и он, захватив насушенной рыбы, двинулся в путь – туда, где можно было запрыгнуть на сцепку вагонов железной дороги. Несколько раз по ночам он едва успевал убегать от ментов и железнодорожников – возвращаться в детский дом он не хотел больше всего в жизни. Однажды его поймали на стыковочной станции и жестоко избили, но до милиции довести не успели – собрав последние силы, он рванул навстречу незнакомому городу и затаился где-то в подворотнях. Иногда приходилось не есть по нескольку дней, мерзнуть по подвалам и сараям, есть сырую картошку, найденную на поле. Но парень знал – где-то там, далеко, за тысячи километров тяжелейшего пути, есть город счастья, в котором сбываются мечты. И он добрался. Доехал, а точнее - дошел, ибо почти треть пути ему пришлось пройти пешком. Добрые люди не перевелись, и попав в Подмосковье, парень устроился чернорабочим на автомобильном рынке. Прошел год – работал он честно, быстро учился, и брался за все, что ему давали – лез в канализацию, таскал тяжести – ему просто хотелось кушать и очень не хотелось к ментам и обратно в детский дом. Один из торгашей на рынке выдавал его за своего племянника, и менты на это повелись. Вскоре он сумел убедить одного из покупателей приобрести не Ладу, за которой он приехал, а иномарку чуть дороже – это принесло его «дяде» хорошие бабки. И парню разрешили «помогать» с выбором машин. Пошел второй год – на носу было уже 15-летие, парня приодели и он начал сносно питаться. А параллельно изучал все тонкости автомобильного рынка. Прошел ещё один год – «дядя» показал парня местному авторитету, но парень прямо отказался на него работать, сказав, что уважает таких как он, но хочет учиться и стать специалистом. Авторитет, впечатленный его историей про дорогу с Камчатки, и заслугами по работе - парень помог продать несколько десятков застоявшихся машин - подарил ему левый паспорт и отпустил с миром. Парень сразу уехал в Москву, где устроился на авторынок консультантом. Прошел ещё один год, потраченный на накопление денег и учебу по ночам, и парень смог поступить пусть не в самый крутой, но вполне достойный ВУЗ – в его паспорте был указан возраст 18 лет. Диплом об окончании школы он купил. Далее была покупка первой подержанной иномарки, её продажа, покупка второй, усиленная учеба в ВУЗе, и вот на 4 курсе вместо затюканного и вечно зеленого от недосыпа задрота появился вполне симпатичный парень на белом спортивном мерседесе. А к концу универа он уже контролировал 2 крупных авторынка и получал дилерство на одну из самых известных в мире автомобильных марок. И если кто-то из окружающих его в бизнес-клубе посмел бы посмеяться над его внешним видом или манерами, он честно и справедливо мог бы назвать оного «маменькиным сынком», и во всех случаях был бы прав – с такого «нуля» как он, тут не начинал вообще никто.

Насквозь брехливый рассказ, с которым автор совершенно не согласен.

История навеяна недавними стычками с ужасно предприимчивыми ромалами под Тулой. И хотя подобные поселения в любом месте России — это всегда общеизвестный источник социальной заразы, не стану в очередной раз клеймить трусливые и продажные российские власти. Симбиоз их с цыганами насчитывает столетия, а значит, выгоден обеим сторонам.
От себя добавлю, что сам в 80е до тошноты наездился в командировках по разным заводам и шахтам. По всей стране. Но цыган видел только на вокзалах.
А сейчас речь пойдет о стране кленового листа.

Цыгане в Северной Америке были, но сильно не разводились. Протестантская этика Штатов и Канады оказалась сурова к бездельникам и профессиональным обманщикам, и в архивах упоминают о них только в разделе наказаний. В местном английском слово «gypsy» даже образовало глагол, и фраза «He just gypped me» стала усиленно подавляться только в наше, просвещенное истинной демократией время.
Строго говоря, ни в одной стране мира эти ребята не уживались с населением (вполне возможно, что и в древности их выперли из родной Индии за какие-нибудь изощренные слонокрадства). Редкие позитивные упоминания об очень свободолюбивом народе в литературе оставлены только теми, кто никак от их свободы не страдал. Думаю, если бы цыгане подсадили бы на иглу горячо любимого сына Максима Горького, то тот бы моментально отрекся от своих изергилей и челкашей....ну да чего гадать.

Вот что мне нравилось в коммуняках — что те держали ромал в строгости, причем по всему соцлагерю. А с крахом коммунизма ай-люли возродились с невиданной силой. Начиная с конца 80х, цыгане восточной Европы основывают официальные общественные организации, которые захватывают (иногда - скупают) земли, где моментально возникают этнические поселения, обеспечивающие наркотрафик из Ближней и Средней Азий. Не брезгают они автомобилями, оружием и работорговлей. Вроде только Германия (которая ГДР) устояла тогда.

Первыми в середине 90х очухались чехи и организовали борьбу с асоциальными наростами. Цыгане взвыли. И ломанулись кто куда. В том числе и в иммуно-дефицитную к ним Канаду. Первая партия из 3 тысяч «беженцев» прибыла в 1997 и была встречена с помпой. Печать приветствовала появление «самобытной культуры Рома» на канадщине. Почему-то стало считаться, что народность, столь яростно и долго изгоняемая нормальными, проверенными временем нациями, вдруг станет охренительно полезной в Онтарио. Очень редкие протестующие были повязаны и вскоре предстали перед судом за разжигание ненависти.

И угнетаемый чернокудрый народ повалил. Из Болгарии, Румынии, Словакии, Украины, Польши... Приехало тысяч двенадцать. Помню свои ощущения дежавю, когда на центральной Натан Филип Сквер среди туристов вдруг углядел снующие характерные носатые личности в цветастых юбках и монистах, собирающих в картонные ящики «жертвам югославских бомбежек». А что, платили. Даже двадцатки бросали.
Последняя большая волна была в 2008, из Венгрии. К тому времени даже самые толерантные либерасты поняли, что погорячились. Почти все беженские истории были признаны лживыми. В социальных домах цыгане устроили террор, заставляя остальных платить им дань. Предложенные работы отвергли. За жилье не платили, еду таскали из бесплатных банков. Учитывая вэлферы, детские пособия и инвалидские (а все поголовно оказались инвалидами), их доход был гораздо выше среднего.
По закону, проигравших суд следовало депортировать, но все как-то разбегались. Потом вообще случилась потеха: какая-то умная голова в министерстве иммиграции предположила, что цыгане не хотят возвращаться из-за бедности, им была обещаны подъемные в 3 тысячи долларов. Цыгане вынырнули из ниоткуда, деньги взяли, но уезжать опять отказались. Те же, кого все же удалось выслать, увезли с собой груды дорогих товаров, купленных в кредит. Или деньги взятые в долг по подложным документам. Такая приятная традиция брать что-нибудь на память продолжается и сейчас.

Кстати о дежавю. Его могут вскоре испытать полицаи, которые раньше с таким трудом выдворяли обманщиков. Они могут вернуться. Выяснилось, что адвокат, который тогда вел их дела, оказался нечист на руку (а кто бы мог подумать?). Поэтому всем обиженным можно прилететь назад и снова подоить тупых канадонов.

Как-то знакомый фотограф снимал цыганскую свадьбу возле Авроры. На ней приехавшие родственники из Европы крутили фильм о своем ежегодном съезде. Знакомый много повидал, но в тот раз был шокирован обилием дорогих машин, ценою подарков и дурным вкусом. Кстати, у него на этой работе украли объектив, и пытались обмануть с оплатой. Чтобы ее получить, он почти год не отдавал файлы, выдерживая угрозы.

В 2012 известный комментатор Эзра Левант (один из немногих, кто имеет смелость заявлять о губительности многокультурной политики) попал под суд, публично заявив, что цыгане практикуют только одну профессию — обманывать и попрошайничать, и что им не место в нормальном обществе. Газеты возмутились, интеллигенция вознегодовала. Как в свое время и Горький с Куприным. По телеку стали крутить интервью, где очередной златозубый в кожане плаксиво жаловался на непонимание их самобытности и клялся в вечной любви новой родине. Щас, мол, наловим свежих медведей — и ну вносить вклад!

И чавелы остались. По последней переписи — их 82 тысячи. Сколько на самом деле — неизвестно. Я допускаю, что какая-то их часть вписалась в общество. Но из открытых отчетов (полиции и городских служб) можно представить деятельность большинства. Живут, как всегда, кланами. В основном — в трейлерных парках вдоль границы с США. Имея несколько паспортов. Зачастую кооперируясь с индейцами в смысле чего стырить от правительства. Получая пособия себе и многочисленным детям. Выращивая коноплю. Не платя никаких налогов. Торгуя бухлом, куревом и веселыми таблетками. Подделывая ID и кредитки. Перевозя контрабанду, рабов и преступников. Обворовывая склады и страховые компании.
Развивая неповторимую собственную культуру.
И наслаждаясь истинным либерализмом.
Эх, мохнатый шмель....

ПОДАРОК В КОМПЛЕКТЕ
- Как-то, - рассказывал Чарли Чаплин, - я ехал в нью-йоркском метро. Придя домой, обнаружил в кармане золотые часы. Ума не мог приложить, как они попали ко мне. Решил отнести их в полицию. На следующий день принесли письмо: "Дорогой мистер Чаплин! Пишет вам профессиональный карманник. Вчера в метро я украл у одного господина золотые часы, но, увидев вас, решил сделать подарок и опустил их в ваш карман".
Прошёл год. Полиция не нашла вора, не нашла и хозяина часов, и поэтому переслала часы обратно мне. В газетах писали об этом, и вот через некоторое время я получил второе письмо: "Дорогой мистер Чаплин! Год назад я ехал в метро, и у меня украли часы. Я прочёл в газетах, что какой-то карманник подарил их вам. Пусть мои часы останутся у вас, мистер Чаплин. А так как я не меньший почитатель вашего необыкновенного таланта, чем вор-карманник, то посылаю к часам и золотую цепочку".

"Богатыри-не вы."

Никогда не писал историй, да и на сайте только зарегился, хотя читаю его давно. Максим Камерер, Грубас и другие люди с колоритом написания и изложения-здорово!
я вот что думаю... почему мы, да и сам Бог, забываем порой такие необходимые и нужные, казалось бы, Вещи.. Куда-то спешим, не пойми чего ищем..
Мой дед принял свой первый бой под селом Касторное Воронежской области. Воевал как все.. Был снайпером, артиллеристом, обувщиком (сапожником), сказались ранения. Это записано в военном билете.
Когда я учился в школе, на День Победы мы все собирались у деда и бабули. Мелочь (я и мой брат) пили клубничный компот (ВЕЩЬ!!!) и ели драники !!!!! (ничего вкуснее я до сих пор не едал, а едьбой меня удивить сложно), приготовленные бабулей, родители говорили, выпивали.. Так вот..
Дед никогда не говорил о войне, да бабуля молчала. когда мне было лет 15, я стал интересоваться военной историей. И когда, в очередной раз, собравшись, мы сидели 9-го мая, по ящику со сказками шел фильм о Войне. Я точно не помню какой, была сцена атаки наших ребят на позиции гансов. Дед смотрел в ящик, молчал, а потом сказал:"Пиздеж это все, внучки." Наступила тишина. Бабуля только грозно спросила: "Толя, ты опять?"
"Да ты сама знаешь, почти вся солдатня ботинки с обмотками таскала, а не сапоги, да еще и яловые!", спокойно дед ответил.
(Дед с с бабулей в госпитале познакомился через разбитую свою физию).
"Мы с ребятами спирта чуть жахнули, осталось мальца, ну я за водой в клозет общий и пошел. Смотрю-задница как у девы, около раковины торчит.. Да посуду она мыла.., не перебивай. А я подошел к этому чуду да и как за жопу ее ручонками и приобнял.. Схватил так, аж глазенки повылазили. Затихла... стоит.. Пиздец, моя! Эта моя разворачивается и как даст мне в гнидник (лицо прим.ред.)миской!Да еще!Да еще!..Злость меня взяла-ранения имею да и награды кой-какие есть. А потом смотрю-у нее погоны лейтенанта медицинской службы, а я-по военно-учетной специальности-наводчик сорокопятки, рядовой. Все, трибунал и тюрьма. А зараза красивая-смерть!Волосы-черные с синевой, глаз режет.Хотел развернуться и уйти с соплями кровавыми, она говорит: " Смирно, солдат.. Девушку трогал, теперь-женись!" А я смотрою на нее и не могу оторваться.. Поженились через 2 месяца, политрук все тянул:рядовой и лейтенант.. Отправили меня в запас в октябре 45-го, аттестаты на харч и тряпки дали, а Сашу не отпустили, людей лечить надо было. Мужиков по госпитолям валялось до хера, как в эту клистирную заходишь-вонь, мат, плачь и пиздеж. Вот она их и лечила, Саша. Я с ней ездил по этим госпитолям, сапоги, другую обувь чинил, потом меня один армянин кроить и шить обувку научил. В билете хорошо приписали, что и обувщик специальность имеется,за это платили немного, Саша постаралась.В ноябре 46-го отпустили Сашу, повез я ее домой в Воронеж, в Польше и Белоруссии ее родствеников не осталось. Год прожили в землянке, пол-Воронежа-одни кирпичи, немцев пленных много-строят дома, лица веселые,мол живые остались.. Ну и ладно.. А потом нам и комнату с Сашей дали, на "девятке". там и мать твоя родилась.Ну что, поразговаривали мы, Павлуха?" Я промямлил "Да".
Потом я никак не мог понять: почему мой дед, неразговорчивый человек в жизни, бабуля моя, молчаливая еще больше, почему дед все это мне рассказал?
Я потом рассказал матери эту историю. Она очень удивленно смотрела на меня, а потом серьезно спросила :"Павлик, а ты не перегрелся, жарко сечас?"
Перегрелся... Я не перегрелся, я-"переиздался"..
Простая и незатейливая история моего деда "переиздала" меня, изменила, как говорят сейчас, "формат".
После этого я стал очень часто бывать у моих "секретных" любимых стариков (хотя мои родители оставили во имя работы на бабулю великовозрастную детину 3-х летнего возраста до похода детины в дед-сад,бабуля готовила вкуснотищу, жертвовала своим здоровьем от игрищ детины), этих бравых стариков родителей-родителей я очень любил и люблю и стремился к ним.
"Уррраа,-орал детина 5-го года выпуска,-мы идем к деду и бапке!"
Я, в принципе, неплохо учился в школе, барыжили в 80-х музыкой (скидывались по 20-ке, брали винил, писали мастер-кассету, потом долбили на кассеты и реализовывали в школе или по друзьям-знакомым, фото конверта винила делали,продавали фото по 50 коп-1 руб.
Когда мы задолжали фарце 150 рубчиков, я припух. Деньги были в заказе, все были на ноле, сигареты курили одну на троих. Я пошел к бабуле и сказал :Ба, нужно 150, отдам через две недели 200."
Через неделю, я шел с приплясом, к старикам, 200 рубчков были. Бабуля денег не взяла, "Тебе они нужнее, дед хорошо зарабатывет." Пытался сунуться к деду-наткнулся на кулак с хороший арбуз около моего носа: "Сашу не расстраивай."
Зато я так драниками со сметаной, бабулик приготовила, накидался тогда, а дед рюмочку принял, что шел домой как толстый волк из мульта.
В 1989 году, после первого курса института, попал я служить погранцом. И постоянно вспоминал своих стариков, ну и родителей тоже.Только родители-вот они,как буд-то рядом, говорят какие-то вещи, все рядом, а старики-они какие-то свои собственные, загадочные.
В службе все бывает, но почему-то все время не выходила у меня история любви моего деда и бабули. Может и живым тогда остаться помогла.
Дембельнулся в октябре 1991 года, родители решили праздник устроить, родственников позвали.
Дед с бабулей шли ко мне. Дед умер по пути, не дошел ровно 100 метров. Через месяц слегла и бабуля. Умерла она через несколько месяцев. "Волосы-черные с синевой, глаз режет", только несколько седых волосков все-таки было.

Бегущий Негр

Один знакомый инженер-электронщик, Ицик (Иссак), уроженец Израиля, где-то в 80-х работал на Мотороле в Америке. Моторола тогда была на высоте. Инженерный состав был ещё преимущественно “белый.” Но каким-то образом там оказался и негр Джо, сразу после окончания университета. Джо родился в Африке, где-то в Нигерии, и как-то ухитрился попасть учиться в американский университет. Стоит ли говорить, что у Джо не было гроша за душой. К студенческой жизни он-то пристроился, но на солидной фирме надо “держать фасон.”
Ицик человек очень душевный. Встретив Джо в его первый день и проникшись его проблемой он ему одолжил несколько сот долларов “на подъём.” Это позволило Джо купить нормальный костюм для работы. В последствии, с первых зарплат Джо вернул долг. Но он очень проникся тем, что незнакомый белый человек так вот был готов ему помочь. Тем более что “белые” к нему относились очень холодно. Джо с Ициком подружились.
Ещё Ицик любит бегать. Ему очень нравилось бегать по живописным городским паркам. Он пригласил и Джо. Тот замялся и сказал что может попробовать, но будет бегать только вместе. Сам он бегать боится. Ицик не понял и поинтересовался в чём проблема. “Понимаешь,” – сказал Джо – “если в Америке бежит белый человек, то он занимается спортом. А если бежит негр, то он что-то украл.”

Рассказали про одного человека. Трагическая, в общем, судьба. Давид
Гоцман номер два, с той разницей, что работал начальником УГРО не в
Одессе, а на Дальнем Востоке. По городу с ним невозможно было идти: где
ходьбы десять минут, Д. М. (на самом деле его, конечно, звали иначе) шел
полчаса, потому что каждый встречный считал своим долгом поздороваться и
поговорить за жизнь. На вопрос спутника "Кто это?" ответ был всегда
один: "Да сажал я его в таком-то году".

В перестройку Д. М. выперли на пенсию, хотя сил и желания работать еще
хватало. Демократические перемены он не принял, до конца оставался
убежденным коммунистом и патриотом Советского Союза, Ельцина и его клику
ненавидел от всей души и считал американскими шпионами.

Личная драма этого человека состояла в том, что его сын и дочь
эмигрировали в ненавистную Америку и неплохо там устроились. Жена капала
ему на мозги лет 10: очень ей хотелось перебраться к детям и внукам, и в
конце концов Д. М. сдался. Как видно, зря: меньше чем через год после
переезда у него обнаружили запущенный рак.

Хваленая американская медицина вылечить его не могла, но и в покое
оставлять не хотела. Мучила ненужными уже операциями. И вот, очнувшись
после последней операции в палате интенсивной терапии, из которой, как
он знал, ему уже не выйти, Д. М. увидел перед собой седого негра в
черной сутане.

- Здравствуйте, я пастор Джексон, - сказал негр (сиделка перевела). - Я
здесь для того, чтобы облегчить вам переход из этого мира в другой мир,
лучший. Не хотите ли исповедоваться?

Умирающий молчал.

- Вы, наверно, принадлежите к другой религии? - догадался пастор. - Не
важно, у нас в гоститале работают представители самых разных конфессий.
Есть православный священник, католический, иеговистский, раввин, мулла.
Кого вам позвать?

- Комиссара! - злобно ответил Д. М. и отвернулся к стене.

Через два часа дверь палаты опять отворилась.

- Здравствуйте, - сказал вошедший. - Я Реймонд Келли, комиссар полиции
Нью-Йорка. Пастор Джексон передал, что вы хотите меня видеть.

До смерти Д. М. комиссар заходил в его палату еще несколько раз. Им таки
было о чем поговорить.

http://proza.ru/texts/2008/04/06/339.html

Всех с днём защиты детей! Которые, увы, растут так быстро.)

Когда соседскую Настю впервые оставили у нас, я ещё не знал, что её воспитывает бабушка. С виду она выглядела совсем как обычная девочка.
Оба её родителя были художниками и с единственным чадом особо не заморачивались, дружно подкинув его бабуле. Квартиру свою они сдавали, а сами дрейфовали по странам Азии, где на пару валялись на пляжах и рисовали диковинные ведические пейзажи с храмами и джунглями.
Войдя тогда к нам, Настя кротко взглянула на меня своими синими глазами и, укоризненно покачав головой, переставила мои, стоявшие в беспорядке ботинки, носками друг к другу.
— У добрых-то людей так, — терпеливо, как маленькому, пояснила она на мой недоумённый взгляд, — чтоб голова не болела.
Жена в тот день как раз собралась пройтись по магазинам, оставив меня сидеть с девочками до вечера.
— Сперва пусть поиграют, — подробно инструктировала она меня, —- потом своди их во двор погулять на часик, а после покорми. Устанут - пусть поспят.
Я, признаться, загрустил. Провести весь день, смотря сразу за двумя детьми, означало для меня просто египетскую работу, но деваться было некуда.

Наша Даша, игравшая с подаренным ей накануне "бэбиборном", гостье тоже не очень-то и обрадовалась. Умудрённая горьким опытом детсадовских разборок из-за игрушек, она с подозрением посматривала в её сторону, держась настороже. То, что незнакомка начнёт сразу претендовать на её новое сокровище не вызывало у неё никаких сомнений.
Настя же действовала совершенно по-другому. Спокойно присев и молча понаблюдав за дочкой минут десять, она неслышно подошла к ней сзади:
— Голубушка ты моя, — мягко проворковала она, ласково приобняв её за плечи, — позволь и я поиграю... а тебе, вот, пирожок, — развернула она принесённый с собой пакет.
Дочка, приготовившаяся защищать свою собственность до последней капли крови, от неожиданности опешила и безропотно разрешила гостье забрать "бэбиборна" к себе на руки. Более того, сроду не евшая никакой домашней выпечки, она послушно сжевала пирожок с капустой, глядя, как её бэбику стригут ногти и укладывают спать.
"Бэбиборн" перед сном капризничал и даже плакал, на что Настя резонно заметила:
— Побольше поплачет, поменьше поссыт.
Как только кукла, по их общему мнению, заснула, я поставил им диск с телепузиками, что особенно понравились нашей гостье.
— Чисто ангелочки, — всплёскивала она от умиления руками, не забывая при этом кормить дочку очередным пирожком:
— Кушай, кушай, совсем ты у меня бледная как спирохета...

Потом, когда кончились и пирожки, и мультики, мы стали собираться на прогулку. Причём собирать детей и не пришлось, Настя прекрасно с этим справилась без меня. Нарядив себя и Дашу, она сказала "с Богом" и мы отправились во двор. Там она также без труда взяла под контроль всю детскую площадку, не оставив мне и другим родителям ни единого шанса самим присматривать за детьми.
— Мальчик, ма-а-альчик, чего ты носишься, как лыска? — то и дело доносилось из песочницы. — Что сказал? Сейчас песком накормлю! Не кричите, девочки - милиция приедет! А, ну-ка, слезь с дерева, махновец!
Девочки ожидаемо собрались возле нового «бэбиборна», но Настя решительно разогнала всех дочкиных дворовых приятельниц.
— Видали таких, — категорично заявила она ей, — подружки-подлюшки… им только дай чего… У бабушки тоже такие есть, до сих пор банки с-под варенья не возвращают...

За обедом убедив дочку, что, если она не доест, каша будет за ней бегать, она каким-то волшебным образом заставила её умять две полных тарелки нелюбимой манки. Чему я, привыкший уговаривать съесть хоть ложечку, был также немало удивлён.
В общем, вернувшись к вечеру, супруга застала у нас полную гармонию. Я, нисколько не устав от детей, занимался какими-то своими делами, а девочки дружно штопали старые колготки на взятой у меня лампочке.
Когда жена повела Настю домой, дочка даже позволила ей взять ночевать "бэбиборна" к себе, и та уходила довольная:
— Спасибо, добрые вы люди, мы с бабой сонник ему почитаем, посумерничаем, — она обулась, оглянулась на нас у двери и с чувством повторила:
— Какие добрые люди!

ЖИЗНЬ НА ОБОЯХ
Студенческая пора. Начало 90-ых. Мы с товарищем купили себе шикарные
машины "шестерку" с "нивой" и гнали их из Львова в Питер.
Сейчас уже не помню, но что-то там, в моторе закапало, и срочно
понадобилась отвертка затянуть хомуты. А у нас не было даже баллонного
ключа. Съехали с трассы в какое-то белорусское село. Глухая ночь.
Колышемся на ухабах. На улице пусто. Вдруг проехали мимо темного
силуэта. Сдаем назад, спрашиваем:
- Мужик, у тебя есть отвертка или пассатижи.
- Нет ребята, чего нет, того нет. А вы далеко ли?
- До Питера.
- Так, может, останетесь у меня? Переночуете, я все равно спать не буду,
ночью постерегу машины, а утречком схожу к соседу за отверткой.
Не успели мы согласиться, как мужик принялся судорожно ломать и без того
хилый забор своего огорода. Когда пролом был готов, он пафосно, как
регулировщик, показывая направление, сказал:
- Заезжай потихоньку.
Делать было нечего, мы решили переночевать, раз гостеприимный мужик свой
забор для нас не пожалел. Звали его Николаем.
- Коля, а сколько ты возьмешь с нас за постой?
Он видимо уже дня два был готов к этому вопросу и без запинки выпалил
какую - то смешную, но очень конкретную сумму. Мы вручили ему деньги,
как эстафетную палочку и Коля стартанул к соседям за самогоном.
Зашли в дом. Хозяин включил переносную 25-ти ватную лампочку.
- А чего у тебя такой тусклый свет?
- Да чтоб соседи не заметили и не заложили. У меня же электрику года три
как отрезали. Я сам со столба тянул.
Глаза привыкли к полумраку. Наш хозяин на вид обычный безобидный
сельский алкоголик лет пятидесяти. Одет в ватник несмотря на лето. В
доме из мебели был стол с прожженной столешницей. Стульями служили
деревянные ящики, накрытые мешковиной. В углу матрац с ватным одеялом
без белья.
Из бытовой аппаратуры, только кирпич со спиралью в качестве печки. Из
посуды - ведро с водой. Рядом на гвоздике висела кружка. Все.
После беглого осмотра обстановки, было глупо спрашивать про ужин.
Пока Коля пил, мы для приличия посидели с ним на ящиках. Несмотря на то,
что через несколько часов нам за руль, мой товарищ Андрей тоже не
удержался и выпил. У него выпивка вообще была слабым местом. Из-за этого
и ссоры с женой.
Бутыль опустела и хозяин указал нам на почетное спальное место, а сам,
дескать, человек бывалый и на полу ляжет. В ватнике не замерзнет. Уже
отрубаясь, сквозь сон мы слушали его незамысловатую историю жизни:
- Я раньше в Минске жил в самом центре. У меня было все, что нужно для
счастья: Любимая жена, две дочурки, друзья.
Потом я начал попивать. Жена полюбила другого, я все подписал, все им
оставил, переехал сюда. Потом жена вдруг продала квартиру и уехала в
Америку.
Навсегда.
Ничего мне не жаль, жалко только, что уже никогда не увижу своих
дочурок...
-------------------------------------------------------------------
Солнце разбудило нас. Николай спал в углу, свернувшись калачиком. При
свете дня ушла романтика спартанского жилища одинокого волка и еще
наглядней проступала безнадега. И вот только сейчас мы увидели три
черно-белые фотографии, приклеенные над столом прямо к обоям. Две
большие глянцевые и одна выше других, маленькая 10 на 15.
На первой фотке несколько смеющихся людей стоят в обнимку на снегу в
одних трусах. На их фоне огромный корабль с надписью "ЛЕНИН" на борту.
На лбу одного из людей, шариковой ручкой написано "Коля"
На второй фотографии человеку вручают Орден Ленина, на лбу у человека,
той же ручкой написано "Коля". У некоторых на заднем плане выколоты
ручкой глаза, А у Брежнева, который вручает орден, на лбу написано -
"Леня"
Наверное кому-то из многих поколений собутыльников хозяина, в шаловливые
ручонки попала шариковая ручка.
Верхняя маленькая фотография была, видимо, недоступна для ленивого
вандала, поэтому и не пострадала.
На ней белая Волга, рядом стоит Коля, в руках тряпка и шланг. Вода из
шланга направлена в распахнутую дверь, из-за которой в кричащем восторге
выглядывают мокрые смеющиеся девчушки. С другой стороны машины стоит
красивая брюнетка и прикрывает руками от водяных брызг японский
магнитофон.

На столе нас ждала отвертка. Подкрутили хомут, вернули инструмент и
оставили на столе денег для нового вечернего забега.
Колю будить не стали.
Ночная белорусская самогонка - было последнее что выпил в своей жизни
мой товарищ Андрей.
Недавно он позвонил и напомнил мне эту историю.

Соседка встречает Вовочку, идущего из школы:
- Как дела, Вовочка?
- Нормально.
- А в школе как?
- Нормально.
- А здоровье как?
- Нормально.
- Слушай, а в твоём лексиконе есть другие слова кроме этого "нормально"?
- Папа сказал, что взрослым нельзя говорить "отъебись"...

Дело было лет пять назад. Приехал к нам в университет на короткий срок такой
парнишка Витек из Питера. Парень хороший, но редкий рассвистяй. Ничего себе
серьезно в голову не брал. И все время занимался тем, что искал себе здесь работу
(дело было в Западной Европе). И тут я, на свою голову, нашел ему вариант.
Есть в нашем университете такой профессор Фаринотти. Серьезный, суровый мужчина,
и при этом неплохой специалист, в его лаборатории вечно деньги водятся.
Я прослышал (от своей знакомой из группы Фаринотти), что тот не против взять
человека, и посоветовал Витьку дипломатично и куртуазно к Фаринотти подкатить
на предмет работы.
А поскольку дьявол никогда не дремлет, в это время шел во всех кинотеатрах фильм
"Кастрат Фаринелли" про итальянского певца-кастрата. Это словосочетание было
тогда у всех на слуху, и вся наша лаборатория в переговорах с чопорным Фаринотти
бдительно следила, чтобы, не дай Бог, не назвать его случайно Фаринелли. И когда
наш Витек отправился на долгожданное рандеву с Фаринотти, я его заклинал, чтобы
он забыл этот чертов фильм о кастрате (который, кстати, мы с ним вместе буквально
накануне смотрели) вместе с именем Фаринелли.
Ушел Витек и пропал. Через час приходит ко мне знакомая от Фаринотти. Мрачная
как туча. Я сразу все понял.
- Что, -спрашиваю,- все-таки он его Фаринелли назвал?
- Какое Фаринелли. Хуже.
- ХУЖЕ?? Что же может быть хуже?
- Твой этот идиот приходит и спрашивает - здравствуйте, это вы профессор Кастратти?

- Владимир Владимирович, все ваши друзья – олигархи, ваши дочери замужем за олигархами, ваш личный виолончелист – миллиардер. Вы, честный и скромный человек, не чувствуете себя изгоем в их компании?

Работаю менеджером в интернет-провайдере, звонит клиент (К) и начинает говорить:
-К: здравствуйте не работает компьютер!
-Я: компьютер или интернет?
-К: ...компьютер, интернет ... не знаю - все не работает, даже лампочка не светиться
-Я: Какая лампочка, где?
-К: тут на коробке, где антенны и вообще я заплатил на полгода вперед, почему отключили? (начинает повышать тон)
-Я: На роутере не горят лампочки или на системном блоке?, где именно?
-К: Я не знаю, ...везде, что ты меня грузишь (уже на ты перешли), включи интернет, я оплатил, есть квитанция и в прошлом месяце отключали, что за ху*ня.
-Я: Успокойтесь и не материтесь, объясните что именно не работает..(тут он меня перебил)
-К: короче *ля, давай номер директора, будем разбираться !!
Что-то еще хотел сказать, но резко притих и тут я слышу как на фоне кто-то говорит:
- ты чего орешь придурок, с кем разговариваешь?
- да в интернет звоню, не работает нихера!!
- у нас свет отключили, кому звонишь, он не может работать!

Далее тишина и повесили трубку.
Через минуту звонят с этого же номера:
- Извините пожалуйста, у меня просто муж придурок, надеюсь вы поймете.

Жаль женщину так стало, я то поговорил и все, а она живет таким человеком.

Придет серенький волчок и укусит

Многие, наверно, видели в Московском зоопарке волка, который вместе с волчицей жил в открытом вольере, отделенном от посетителей бетонным рвом и стенкой высотой метра четыре. Высокая стенка была со стороны волков, а со стороны посетителей - примерно по пояс.
Волки там скорее всего степные, маленькие, меньше овчарки, с узкой грудью. А когда они весной линяют и шерсть клочками висит - вообще жалкие дворняжки. Никакого сравнения с полярными волками, которых я в тундре встречал. Те размером с северного оленя, весом за 80 килограммов и ростом до метра в холке. А резцы больше, чем клыки у моего боксера.
Мы с дочкой весной приехали в зоопарк, прошлись мимо волков (вслух: "Смотри, дочка, это волк!" Про себя: "Да какой это волк! Овчарка какая-то") и пошли дальше. Через несколько минут обернулись на крики и вернулись обратно к вольеру с волками.
Кричала полупьяная компания из нескольких парней и пары девушек, которые перед этим там стояли. Двое держали парня, нога которого свисала в вольер, остальные криком пытались отогнать волка.
Парень перед этим решил показать свою молодецкую удаль девицам и засунул ногу в вольер, подразнить волка. Он был обут в модные по тем временам в узких кругах сапоги-казаки, с острым носом и высоким каблуком.
Вот на этом каблуке, зажав его в клыках, и висел волк, смиренно согнув лапки на груди, как зайчик на утреннике.
Парень уже был трезвый как стеклышко и бледный, как шпорцевая лягушка. Он не мог даже пошевелить ногой, на которой висело с полсотни килограммов живого веса, и только что-то шептал собутыльникам, наверно, держите крепче, братцы! Перспектива оказаться в вольере наедине с волком, которого он только что дразнил, как шавку, ему совсем не нравилась.
Девицы визжали, волк продолжал скромно висеть, а за этой картиной с интересом, наклонив голову, со стороны наблюдала волчица.
Через несколько минут на крики прибежал милиционер и, оценив ситуацию, начал резиновой дубинкой тыкать волку в морду. Тому это не понравилось, он отпустил каблук и мягко приземлился на дно рва. Поднялся к волчице и они на пару легли на солнышке, наблюдая за окрестностями. Безобидные облезлые собачки на отдыхе.
До сих пор жалею, что я не видел самого волчьего прыжка, когда пьяный придурок решил засунуть ногу в немытой обуви к нему домой. Тому надо было пролететь метров пять-шесть по воздуху и с лету поймать каблук.
После этого над вольером протянули провода и пустили ток.
Многие, наверное, думают, что это для защиты людей от злых волков. Но я-то знаю, что это защита волков от дураков.

Мамин-Сибиряк (с)

Это история произошла с нашим парнем переехавшим в Германию то ли на ПМЖ, то ли подзаработать. Работал он водителем на грузовичке, перевозил разные грузы немца-предпринимателя. Всё было хорошо, пока нашему водиле не дали заказ на перевозку сахара в мешках. Задание было несложное -перевезти небольшое количество мешков из пункта А в пункт Б, и что интересно, никаких бумаг-накладных не было, может расстояние было небольшим, может всё строилось на доверии. У нашего парня сработала релюшка алчности, и он решил один мешок умыкнуть. Несколько дней всё было тихо, но тут подходит хозяин и спрашивает-вы случайно не курсе, - затерялся мешок сахара? Парень немного подумал и выдал: проезжая мимо одной деревеньки остановился по нужде, пока искал где, видимо, мешочек и увели. Хозяин ничего не сказал, но на следующий рейс по перевозке сахара садится рядом с водилой - поехали, маршрут тот же. Подъезжая к подозрительной деревеньке, хозяин просит остановиться там же, где произошла пропажа. Затем даёт команду на выгрузку всего сахара прямо на обочину. Ну хозяин-барин, выгружают и едут назад. Через неделю хозяин опять забирается в машину и просит ехать по сладкому маршруту. Приезжают к тому месту, где выгрузили сахар, картина маслом: все мешки на месте, да ещё какая то добрая душа накрыла все мешки плёнкой.