Войти | Регистрация
Свежие: анекдоты, истории, карикатуры, мемы, фразы, стишки
Случайные: анекдоты, истории, карикатуры, фразы, стишки
04 июня 2011

Новые истории - основной выпуск

Меняется каждый час по результатам голосования
Книжный магазин в Киеве.
Покупательница: - У вас есть "Кобзарь" Тараса Шевченко?
Продавщица: - На мове - сорок гривень; на русском - восемьдесят.
- Мне на русском, пожалуйста.
- На мове же дешевле!
- Да, но я привыкла читать Шевченко в оригинале.
Молодой папаша везет в коляске мальчика, который еще не умеет
произносить осмысленные слова. Отец пытается его научить родной речи.
- Скажи "папа".
- Бе-е-е.
- Папа!!
- Бе-е-е!!
- Папа!!!
- Бе-е-е!!!
- Папа, бля!!!!
- Бля-я-я!!!!
Из рассказов про авиатехника Васильича.

Прямо посередине полетов и произошла тогда эта история. Помнится, в тот
день летали все, кто хотел. Грохот стоял почти как у вас в «Домодедово».
По аэродрому люди бегали как заведенные туда сюда, и тут как раз стала
садиться наша эскадрилья. Центр управления полетами не умолкал: «Посадка
02, посадка 05, посадка 10». Полоса то от нашей курилки чуть пониже
будет, мы видим оттуда только кончик хвоста. Но каждый техник, при
посадке самолета, и без ЦУПа, сразу узнает свой борт по индивидуальному
рисунку камуфляжа. И бегом из курилки на стоянку встречать.
И тут вдруг. Первым заметил несуразицу самый заслуженный техник
Васильич. «Ребята, там села какая-то икебана» - то ли сматерился, то ли
сумничал он. Тут ожил и центр, и тоже стал умничать. «Посадка 333,
встречайте». «Из 33 эскадрильи, стало быть» - никак не унимался наш
Васильич. «Встречает 333, гвардии старший прапорщик Фомин». Васильич (он
же Фомин) сильно удивился, сказал: «Ни хера себе», никуда не побежал, но
вдруг начал громко икать.
Но мы же знаем, что надо сделать при икоте. Сильно напугать. Что и
сделал ЦУП. «После встречи и осмотра 333, гвардии старший прапорщик
Фомин лично докладывает о результате руководителю полетов». Васильич
сразу перестал икать, а заодно и говорить.
Тут как раз и подъехал на стоянку во всей красе этот борт. Самолет то
вроде такой же, как у нас, но у него была другая раскраска. Тут
замолчали все. Сейчас, по прошествии лет, я бы сказал: «На нем была
аэрография». Но тогда мы таких слов и не знали. Но впечатлило, очень.
По всему фюзеляжу была нарисована картина. Даже диорама, какая-то.
Батальная сцена. На ней от фонаря к хвосту, среди взрывов, бежали толпой
черненькие кудрявые люди, размахивая нашими автоматами, и гнали впереди
себя таких же черных и кудрявых людей. И номер 333.
«Каникулы Бонифация», - рассматривая, предположил техник 09 борта
Снежинка, прозванный так нами за свой избыточный вес.
А Васильич в это время на плохогнущихся все-таки поплелся его встречать.
Но как он не махал руками перед этим самолетом, тот все равно заезжал на
стоянку криво, да так и остановился полубоком. Васильич сплюнул и
потащил стремянку. Приставил ее и полез, было, как обычно вверх, чтобы
помочь открыть фонарь, отстегнуть летчика от кресла, вставить чеки, ну и
всякое прочее.
Но не успел. Фонарь уже открылся сам, и из самолета, навстречу
кряхтящему технику стал вылезать огромный летчик. Тут снова все
наблюдающие притихли. На нем был высотно-компенсирующий костюм, такой же
как у нас, но не совсем. Нашивки и наклейки. Он был весь в них с ног до
головы. Ну, это, допустим, как если собрать всех гонщиков «Формулы-1»,
содрать с них всю рекламу, а потом попробовать наклеить ее на одного.
Вот примерно, так.
В общем, летчик спустился на землю, и стал снимать гермошлем. Снял, и
все охерели еще раз. Это был негр. Он огляделся, в ближайшем приближении
находился только техник. У которого сразу появился иностранный акцент, и
он бормотал что-то типа: «Какие Ваши замечания». Летчик-негр осмотрел
нашего Васильича с ног до головы, скривил лицо и неожиданно для всех
вдруг бросил ему свой гермошлем. Ну, примерно, как дети бросают друг
другу мячик. И сказал что-то строгое на своем негритянском языке.
Васильич шлем поймал, а мы в это время с хихиканья уже перешли на ржаку
в полный голос. Но концерт по заявкам продолжался, техник-то наш только
с виду был такой невзрачный. На самом деле ордена и медали на нем уже
давно не умещались, и поэтому, буквально, через секунду шлем уже летел
обратно к негру. А вот тот его уже не поймал. Может, не старался, а
скорее не ожидал. И шлем покатился по бетонке. А наш заслуженный техник
с вызовом выпрямился, сунул руку в карман штанов, что-то там пошерудил,
и сказал негру: «Да пошел ты на хер, Вы. Сам носи свои шмотки, понял
чунга-чанга». Развернулся и пошел прочь от самолета.
…вечером, после полетов, в эскадрилью подтянулось все наше начальство.
Они нашли Васильича в своей каптерке, общение между ними уже давно было
неформальным. Горячие точки все-таки связывают людей. Объяснили ему, как
могли, что одна гордая африканская страна на последние деньги купила у
нас один истребитель, и обучила единственного летчика. Он же, этот
летчик, по совместительству, еще и сын и наследный принц короля этой
страны. Прилетел к нам, первый раз пострелять. И он привык, что после
приземления ему всегда оказывают соответствующие почести. А тут
Васильич.
Ну, не знаю я. Потом нам понабилось три стакана «массандры», чтобы
«отмочить» Васильича. И в машине, когда уже ехали домой, он еще, прежде
чем уснуть, пару раз поднимал голову и вздыхал шепотом: «Нет, суки, вам
здесь не Лим-пом-по».
Произошла данная история с подругой моей мамы – рассказала мне лично –
поэтому за достоверность истории ручаюсь, как и за отсутствие домыслов и
приукрашиваний.
В общем, у знакомой этой 50-летней женщины гостили внук и внучка,
первому – 6 лет – юркий такой мальчуган, крайне «хитропопый» и смышленый
не по годам, последней – 4 года – милая девчушка с огроменными голубыми
глазищами в пол-лица и белыми кудряшками. Далее от первого лица: Захожу,
значит, в зал – внучатки копошатся на диване, краем глаза вижу –
шепчутся и косят в мою сторону. Ладно – не вникаю – занимаюсь текущими
домашними делами (замечу – живут в частном доме). Вновь захожу в зал –
ребятишки уже под одеялом возятся. Не реагирую. Разгребаю домашние дела
и вдруг – ступор, начинает «доходить» - тишина ведь дома, ни беготни, ни
рева и драк, ни просто обычно подвижно-громких детских игр, а каждому
родителю, в. т. ч. «опытным» бабушкам или дедушкам, известно – это не к
добру! Забегаю в зал – дети под одеялом возятся. «Что за дела?» - это я
мысленно, и, вслух, сдавленным голосом к внучке – «Милая, подь сюды…»
Вылезает внучка из под одеяла – взлохмаченная – глаза светятся недобрым
светом. Сердце мое опустилось от неприятного предчувствия. Спрашиваю уже
шепотом – «Девочка, моя, а что это вы под одеялом делаете?». А та
глазищами хлопает и выдает – «Письки смотрим!» и нырк вновь под одеяло.
У меня разум помутнился, руки трясутся, в горле ком! Дотелепалась до
чайничка с водичкой – отпила из носика. Вот что родителям сказать? Как
деткам объяснить? Что за безобразие – сексликбез что ль старшой внучок
младшей устраивает? Ладно, с мыслями собралась – вновь в зал – строго
командирским голосом - «Так! Оба слезли с дивана и ко мне!!!» Те
тихонько неторопливо исполняют, и главное, виновато-виновато так глядят
исподлобья. Я в глаза им заглядываю- пытаюсь отыскать в них немой ответ
на больной вопрос. А внучка не выдержав моего грозного взгляда, шмыгая
носом – «Мы больсе так не буим! Ня, баба! Ни лугайся!» - и руки
протягивает, разжимает кулачки, а в них – в одном горсть спичек, в другом
– смятый коробок.
Черт, отлегло-то как, кто бы знал!
Как избежать семейного скандала, не отрываясь от интересного занятия.
Рассказала хорошая знакомая. Далее от ее лица.
Вечер, сижу смотрю телевизор, муж за спиной за компьютером в интернете
серфиться. Слышу за окном шум начавшегося ливня и говорю мужу, не
отрываясь от просмотра телевизора: "Дождь пошел." За спиной никакой
реакции. Говорю громче: "Слышишь, дождь пошел?!" За спиной в тишине
раздается щелчок, а затем негромкий хлопок. Поворачиваюсь - муж, не
отрываясь от компьютера, раскрыл зонт и держит над головой левой рукой,
а правой - продолжает увлеченно кликать мышкой :-)
Чесслово, сам видел...
... Зоопарк. Весна. Первый лучик медленно набирающего силу солнышка,
пробиваясь через расположенное где-то на крыше обезьяньего вольера
окошко, обогревает поставленную для каких-то обезьяньих надобностей
корягу. Ну, там ещё лесенки, канаты и другие разные коряги есть, но
лучик падает именно на эту.

У вольера столпился народ - в основном, почему-то, молодые мамаши с
детьми. Веселятся, хохочут, в ладоши хлопают, рожицы корчат, в общем -
полнейший восторг…

Ах, да, на коряге лежит здоровенная горилла. Самец. Ну, то есть, видно,
что самец. Вольготно лежит, даже вальяжно - задней лапой за корягу
держится, другую на соседнюю ветку закинул, одной из передних лап глаза
прикрывает - типа "ох, и устало меня ваше внимание, дайте солнышком
насладиться" а остатней лапой, простите, яйца время от времени чешет.
Иногда лапу с глаз слегка сдвигает - смотрит, не утих ли восторг. Восторг
в эти моменты вспыхивает с удвоенной силой.

Судя по количеству собравшегося народа, шоу продолжается уже довольно
долго. Впрочем, вскоре и заканчивается - горилла отворачивается,
изображает всем видом "а ну вас всех..." и заваливается спать. Но не
тут-то было, ага. Основная масса народа расходится, но одна девушко-
блондинко требует продолжения шоу. Стучит по стеклу вольера, корчит
рожи, хлопает в ладоши - покоя, в общем не даёт. Горилла поворачивается,
с натуральным раздражением смотрит на девушко и... с паузами по
полсекунды трижды хлопает в ладоши. Отворачивается. Блондинко и
окружающие - в тихом ахуе.
На днях утром еду в автобусе. Народу мало. Сидят две дамы, а рядом стоят
два молодых человека, один из которых что-то громко, увлеченно и очень
эмоционально рассказывает. Настолько эмоционально, что печатных слов
раза в два меньше, чем не печатных.
Через некоторое время одна из сидящих дам делает рассказчику замечание:
"Молодой человек, перестаньте выражаться в общественном месте." Тот
моментально извиняется и повернувшись к своему приятелю собирается
продолжить рассказ:"Ну, мы это... Как его... Ну, в общем... Да ну в
п..ду, я тебе потом дорасскажу."
Улыбнуло.
Примерно год назад наша фирма расторгла договор с прежним охранным
агентством, группа быстрого реагирования которого приехала через час
после срабатывания сигнализации... на такси. Итак, надо было подъехать к
офису другого ЧОПа за договором. Офис располагался на территории
психиатрической больницы, в центре Питера, на проходной больницы
говоришь, что пришел в ЧОП и тебя пропустят. Подъехали, я немного
волнуюсь, первый раз вижу психушку, проговариваю речь для проходной,
шучу с водителем, если через 15 минут не вернусь, значит меня не
выпускают обратно и приняли за пациента больницы. Моя фамилия - Гермес,
название нашей конторы - "Цезарь", название ЧОПа - "Арес". Итак,
здравствуйте, я Гермес, к Аресу от Цезаря. Проговориваю пару раз, и до
меня доходит, как это звучит. Ржем с водителем до слез, нарочно не
придумаешь. Ага, скажут, минутку подожди, там Наполеон. Но на проходной
особо никого не интересовало, кто я и куда, типа, к Аресу вот в ту
дверь. Но историю вспоминаю часто, особенно когда смотрю "Иван
Васильевич меняет профессию". "И Вы Царь? Царь!". "И тебя вылечат, и
меня вылечат!"
Реальное объявление в общежитии:
"Какая блядь украла белый женский свитер? Или "случайно" сняла не свой?
Было бы неплохо, если бы так же "внезапно" ты его повесила на место.
Понимаю, что это нереально, не для того ты его тырила, но все же...
Поздравляю с замечательным пополнением гардероба! Ну как размер?
Подошел? Вообще-то люди преимущественно одеваются в магазинах, на
рынках, а не с сушилок на балконе.
У меня есть еще довольно неплохая юбка к нему. Вывесить?"
Тот, кто рассказал мне историю, сильно заикается. Но этого не передашь.
В общем, середина 70-х. Завод строит спортзал методом комсомольской
стройки. Т. е. все комсомольцы с вожаками после работы усердно строят. И
в выходные, конечно, тоже.
Дальше от первого лица.
Комсомольский секретарь говорит: - «Ребята, построим быстрее, получим
премию, возьмем автобус, махнем с семьями на юга». Построили быстрее.
Комсомольский комитет с женами поехал на юга, остальные остались. Пошел
я в партком. Так и так. Там мужик-фронтовик, тему просек и говорит: -
«Не поднимай шума. Давай, мы тебе путевочку в дом отдыха дадим, или на
курорт какой…». Я отвечаю: - «Отдыхать уже как-то не хочется, а вот где
бы от заикания вылечиться…». Мужик говорит: - «Это еще проще. Ищи, где
лечат, путевка за нами». Ну, люди подсказали, вроде, есть в Харькове
такая больница. Поехал проверить. Заведующая, молодая, но грамотная,
видно, порасспросила, как и что. «Вылечим, - говорит – документы
давайте». Ну, достал я паспорт, показал. Тут она и сообщает: _
«Неувязочка с вами выходит. Вы – житель Российской Федерации, а у нас
тут – Украина. Лечить мы вас не будем». Приезжаю назад, опять в партком.
Так и так. Фронтовик разволновался: - "Как это так?! У нас СССР, дружба
народов и т. д." Пишет письмо в ЦК Украины. Или Щербицкому лично. Что-то
так. Приходит ответ. Можно ехать. Собираю документы, еду в Харьков.
Приезжаю, показываю направление. Заведующая говорит: - "Да, все
нормально, вас будут лечить. Только это не у нас. Вы сейчас сядете на
троллейбус, адрес такой-то, передадите заведующей той клиники вот этот
конверт, там и документы ваши". Сел, приехал. Здание трехэтажное, окна
забелены, вывеска, все как положено – больница. Дверь только без ручки,
звонок, глазок. Позвонил. Санитар вышел в белом халате. Вот письмо, где
заведующая? – Пойдемте. Заведующая письмо прочла, документы посмотрела.
"Ну что ж, - говорит, - будем лечить". И начался дурдом. То есть дурдом
это и был. Психиатрическая лечебница. И еще чего то там изучали. На
крысах, на собаках. В глубине двора домик стоял, вокруг охрана, кто там
находился, не знаю. В общем, обстановочка. Психи кругом, санитары… Я
крыс кормил. Когда одна удрала, скандал был большой. Но сульфазин не
кололи и не издевались особо. Месяц прошел, выписывают. Заведующая
говорит: - "Ну, надеюсь, вы поняли, что писать Щербицкому больше не
надо?" "Понял, - говорю, - на всю жизнь". Она, оказывается, заведующая,
с той, что меня к ней посылала, подруги институтские. Вот так. Справку
правда дали, что находился на лечении и где. Хоть это помогло: Харьков –
узел железнодорожный, август, билетов нет. Подхожу к милиционеру:
"Надо билет, у меня справка" – " У всех справка" – " Но вы
посмотрите – КАКАЯ!" Пять минут и я в поезде.
Приехал домой. В партком больше не пошел. Заикаться стал больше.
МУЗЫКАЛЬНАЯ ПАРТИЯ НОСА МОЦАРТА
Однажды между Моцартом и Бетховеном произошёл спор. Моцарт утверждал,
что никто, кроме него, не в состоянии сыграть на фортепиано сочинённую
им пьесу. Решили держать пари.
Моцарт стал исполнять пьесу и, когда дошло до того места, где требовался
фокус, а именно: когда обе руки пианиста были заняты на концах
клавиатуры, а в то же время требовалось взять несколько нот посередине,
композитор, обладавший выдающимся носом, ударил им по клавишам и вышел
победителем.
Пытавшийся повторить этот носовой удар Бетховен спасовал "благодаря"
плоскому и короткому носу.
Восьмидесятые годы, Камчатка, 116 механическо-стратегический завод,
лесоцех. Перед сержантом-стройбатовцем, прослужившим чуть больше года,
два молодых бойца с носилками. Все трое-представители южных народов,
которых Родина тогда посылала служить с Юга на Север.
Диалог:
Сержант: "Эй, ты, чурка, бери носилька, носи опилька!"
боец: "А что такое опилька?"
Сержант: "Ти не знаешь, что такое опилька?!?!?! Эх ты, чурка!!! Это
такой мелький-мелький дров!"
Лучшая история за 03.06:
Всех с днём защиты детей! Которые, увы, растут так быстро.)

Когда соседскую Настю впервые оставили у нас, я ещё не знал, что её воспитывает бабушка. С виду она выглядела совсем как обычная девочка.
Оба её родителя были художниками и с единственным чадом особо не заморачивались, дружно подкинув его бабуле. Квартиру свою они сдавали, а сами дрейфовали по странам Азии, где на пару валялись на пляжах и рисовали диковинные ведические пейзажи с храмами и джунглями.
Войдя тогда к нам, Настя кротко взглянула на меня своими синими глазами и, укоризненно покачав головой, переставила мои, стоявшие в беспорядке ботинки, носками друг к другу.
— У добрых-то людей так, — терпеливо, как маленькому, пояснила она на мой недоумённый взгляд, — чтоб голова читать дальше
Рейтинг@Mail.ru