Войти | Регистрация
Свежие: анекдоты, истории, карикатуры, мемы, фразы, стишки
Случайные: анекдоты, истории, карикатуры, фразы, стишки
27 декабря 2004

Новые истории - основной выпуск

Меняется каждый час по результатам голосования
Да-а, отстал я от жизни...

Сижу, значит, давеча у себя в компьютерном магазине, торгую. Заходит
клиент - сразу видно, такой если чего и купит, то много и дорого. В
смысле, качества. Ну, и прикид соответствующий - шляпа, пальто, галстук
ценою в приличную видюху, костюм - карден с армани. Ходит себе, товар
разглядывает, паркером сверкает, со списком сверяется.

Интересуюсь, может, помочь чем?

Клиент: - Да, если не затруднит. Я вот домой себе машинку пошустрее
собираюсь приобрести...
Я: - Не вопрос! Я вижу, у вас список, так что примерная конфигурация вам
уже известна?
К: - Да, процессор, мне посоветовали, АМД 64+...

(Знаем мы этих советчиков...)

Я: - Я бы подождал с покупкой такого процессора, по крайней мере, пока.
К: - А почему?

(Ну, блин, теперь ему про архитектуру процов объяснять...)

Я: - Ну, видите ли, у него совершенно новая архитектура, и виндовс для
этого процессора еще не разработана толком.
К: - А зачем мне виндовс?

(Мля, начинается! Еще один ламо! Теперь ему и про винды рассказывай!)

Я: - Понимаете, для работы компьютера нужна операционная система, а
операционная система для этих процессоров все еще находится в стадии
разработки.
К: - Ну и что?
Я: - Да ведь виндовс и есть...
К: - Молодой человек! Вы бы еще дос операционкой назвали! (я офигеваю)
Виндовс - это не операционная система, а продукт жизнедеятельности Билла
Гейца (я деревенею), а операционная система - это Линукс! (я вхожу в
кататонический ступор)
К (заинтересовано): - А у вас что, винды стоят? - я медленно киваю.
- Нет, что, правда?

Подходит к монитору, убеждается.

К: - Хм-м, а с виду приличные вроде люди...

Молчит с полминуты... И добивает меня окончательно:

К: - Скажите, пожалуйста, а почему я должен доверять поставку сложного и
дорогостоящего оборудования масдайным непингуемым ламерам, которые кроме
виндов ничего и знать не хотят?

Разворачивается и уходит.

Все, нафиг, сегодня же ставлю Слакварь! ВЕЗДЕ!
ДОСТАЛИ!!!
Райцентр, где все друг друга знают. Предновогодье. По большому магазину
«Игрушки» ходит расстроенный папа с пятилетним сыном. Вот отец
присаживается на корточки и что-то объясняет своему отпрыску. Подхожу
ближе, и слышу последнюю фразу: «…Ну, где ж тебе Дед Мороз возьмет, если
в магазине у дяди Вити этого нет?.. »

Немолодой.
Собрание.

На крыльце своего дачного домика, выкрашеного половой, коричневой
краской, сидел и дремал на июльском солнышке дед Семен Степаныч.
В последнее время, выражение его лица стало совсем детским, наивная
улыбка блуждала на устах, а глаза лукаво-виновато выглядывали из под
густых и торчащих в разные стороны седых бровей, и казалось говорили:
"Прости мама... Я больше так не буду!".
Но не смотря на это, дрожащие жилистые руки, по прежнему тянулись к
пиле, молотку, доскам, старой жести и ржавым гвоздям, стучали, рубили,
пилили, громыхали с самого раннего утра, и крали все что плохо лежит,
пока детский, наивный взгляд снова не начинал лучезарно сиять: "Прости
мама...".
- Степаныч! - раздался окрик из-за забора со стороны улицы.
- ГА?! - встрепенулся дед и сонно огляделся по сторонам.
За забором стоял невысокий, полненький, седовласо-плешивоватый старец, в
зеленых глазах которого сияли яркие солнечные огоньки и казалось
говорили: "Прости папа! Это сделал не я!".
Этим старцем был Данилыч, закадычный друг Степаныча, с которым они долго
вместе работали по партийной линии, периодически ругались, ссорились,
потом опять мирились, бухали и так далее.
- Каво... куды?! ГА? ШО? - заволновался Степаныч не поняв спросонья в
чем дело.
- Ды эт я...- сказал Данилыч - На собрание идешь? Время уже... Пора!".
- Ага-ага... дык я энто, сейчас... - залепетал Степаныч вставая с
завалинки и сильно хромая.
Обычно дед по своему участку шагает бодро, не сутулясь, но стоит ему
появиться на людях, он сразу начинает чуть прихрамывать на правую ногу и
как бы чуть выбрасывать в сторону левую. Правда иногда забывает на какую
ногу хромать, а какую выбрасывать, но ни это главное.
В этот день в нашем садовом товариществе проводилось ежегодное собрание.
В повестке дня были следующие вопросы:
1. Ремонт дороги.
2. Бурение лунки под общественный колодец.
3. Ремонт моста.
4. Перевыборы председателя.

Надо сказать, что для пенсионеров, коих большинство, это собрание,
является своего рода реалити ток-шоу, где можно беззаветно "стучать" на
соседей, жутко возмущаться ценами на электроэнергию и клеймить по чем
свет стоит "виновника" всех российских проблем г-на Чубайса,
обмениваться новостями в садово-огородном деле типа "каким дерьмом в
этом сезоне модно удобрять грядки", до хрипоты спорить о политике
доказывая не понятно кому, что "раньше было не та-а-ак!", короче
заниматься всем чем угодно, только не вопросами по существу дела.
Для молодых "садоводов" и "огородников" коих меньшинство, присутствие на
собрании означает разновидность посещения цирка и Парламента
одновременно.
Короче, председатель, обливаясь пОтом, с самой первой минуты собрания,
ждет, когда же все это закончится, и он спокойно еще один год будет
заниматься личным хозяйством за общественный счет.
Степаныч с супругой и Данилыч, заявились одними из первых, на место для
собраний.
Бабка Степаныча, видимо желая щегольнуть перед ровесницами-"девчонками",
одела новые, синие спортивные трико, которые натянула под самые подмышки
отчего издали напоминала синюю лампочку с ножками, так как была со всех
сторон одинаково овальная, а на голове, в жару, у нее зачем-то была
нахлобучена ангоровая шапочка ярко-розового цвета, фасона Turkish
Fashion Forever с дугообразной тютелькой на макушке.
Народ подтягивался медленно.
Степаныч периодически тряс рукой у своего лица, как будто обмахивался
веером и глядя на председателя бубнил: "Ну кого мы ждем, га? Ну сколько
можно?".
Данилыч подвизгивал: "Семеро одного не ждуть!...".
Наконец большинство собралось, пенсионеры сели на первые ряды лавочек,
молодые на задние, а детвора окружила всех плотным кольцом и стала жадно
ждать развязки сюжета.
Председатель начал: "По первому вопросу... закуплено щебня...
бла-бла-бла... нужно подсыпать его в ямы и утрамбовать. Какие будут
предложения?".
Первым, ясное дело, поднялся Степаныч: "Я предлагаю провести субботник.
Каждый должен явиться со своей лопатой. А тот, у кого есть машина,
должен явиться с двумя лопатами и с женой. Все! Что ж ты Иваныч (в
смысле председатель) сам не можешь додуматься? Все тебя учить надо! Я
знаешь сколько дорог таким образом построил? Вот помню в 1959 году, в
Узбекистане, в Учкудуке..." - тут председатель прервал его: "Все-все...
мне все ясно. Голосуем за предложение о субботнике!".
- Кто "за"?
Поднялась одна рука Степаныча.
- Кто "против"?
Лес рук.
- Единогласно! Прошу внести в кассу по 100 рублей, для найма рабочих и
грузовика.
- Как по 100 рублей?! - чуть не закричал Степаныч - Почему по 100? Это
всего нужно 100 или с кажного двора по 100?
Председатель поморщился, передернул плечами и продолжил: "Переходим ко
второму вопросу. Для бурения лунки под колодец... нужно нанять
спецтехнику... бла-бла-бла... требуется 7.000 рублей...".
- Как 7.000? - заорал дед - Энто хде такие цены, га? Да я в 1952 в
Ленинабаде, с двумя рабочими в ручную скалы сверлил! Да я знаешь сколько
за свою жизнь лунок просверлил?
Мужская часть "огородников" на задних рядах взорвалась хохотом. Дамы
смутились.
Дед посмотрел на бабку взглядом "Прости мама..." и виновато улыбнулся,
обнажив при этом верхние зубы. Надо сказать, что в результате
приключений которые происходили с дедом ранее, четырех верхних
зубов-резцов он лишился, и вот, видимо не давно, вставил себе новые. Но
то ли протезист был таким же "мастером" как и сам Степаныч, то ли дед
постарался самостоятельно, что конечно наврядли, но в итоге у него
получилось сверху четыре резца, абсолютно одинаковой формы, очень
напоминающих подушечки жевачки "Орбит".
- Дык я энто в смысле воды... дык вы не поняли! - залепетал Степаныч.
- Ладно-ладно! Все мы поняли! - икая от смеха сказал председатель -
Голосуем! Единогласно. Переходим к третьему вопросу: для ремонта моста
было закуплено досок... бла-бла-бла.... вот правда вышла незадача.
Намедни, КОЕ-КТО (глядя в упор на деда) утащил из-под носа у правления,
десять досок. Мною НАЗНАЧЕНА (в упор на деда) комиссия, по расследованию
данного инцидента. Уже имеем кое-какие результаты!.
Дед густо покраснел подбродившими остатками совести, стал немного
по-рептильи дергаться в стороны и все, кто сидел рядом почувствовали как
невероято-чудовищно испортился воздух. Симпатичная женщина Таня, которая
не лезет в карман за словом, склонилась к деду и доверительно сказала:
"А знаете Семен Степаныч? В соседнем колхозе, недавно, был аналогичный
случай - один дед захотел пернуть, да взял и усрался".
В задних рядах ее слова произвели эффект взорвавшейся бомбы. Ржали все
от мала до велика, включая председателя, который с шипящим смехом
"Шхи-и-и", краснел как буряк.
Дед, якобы не понимая в чем дело, загундосил: "Дык а я причем?... Какие
доски?... Чего на меня то все смотрите?".
- С третьим вопросом разобрались - явно радуясь, что вывел деда на
чистую воду, заговорил председатель - Итак, четвертый вопрос! Выборы
председателя!
- Ну, как вы знаете, дорогие товарищи - льстиво "запел" председатель - я
председательствую тут уже 15 лет и за это время... бла-бла-бла....
только хорошее! Решать вам! Я выношу свою кандидатуру на голосование.
Какие будут предложения?
Шальная мысль родилась сходу. Таня вытянула руку и абсолютно серьезно
начала: "Вот тут есть предложение. Выбрать председателем в этом году
Семена Степаныча!".
Дед, который заметно притих после досок, не веря ушам, встрепенулся.
- А чего? Человек на редкость заслуженный! И дороги умеет строить и
лунки сверлить, а уж мост починить - плевое дело! - не унималась Таня.
Явно насторожившийся председатель, чувствующий, как одна ножка от его
трона-кресла "отделилась", как ступень от ракеты, сдавленным голосом
произнес: "Еще есть кандидатуры или будем голосовать по двум?".
Дед, не веря в происходящее, с видом типа "Партия - ум, честь и совесть
нашей эпохи", похлопывая себя кулаком в грудь, низким партайгеносским
голосом забубнил: "Товарышы! Дорогие мои товарышы! Оправдаю оказанное
вами высокое доверие! Оправдаю товарышы!".
Между тем, судя по его глазам, в голове включилась
электронно-вычислительная машина образца 1965 года и начала считать:
доски, доски, доски, доски, кирпичи, кирпичи, кирпичи, гвозди, гвозди,
гвозди, гвозди, зарплата, зарплата, халява, халява, халява! Все
результаты вычислений ЭВМ раскладывала по виртуальным полочкам, которые
в реале называются "сарай деда".
Бабка Аня затараторила:"Ды ты чаво старый? Ума решилси? Какое
председательство?".
- Помалкивай дура! - отрубил дед и продолжил: "Оправдаю товарышы
оказанное вами высокое доверие!".
Быстро сориентировавшийся в ситуации Данилыч - друг деда, якобы
успокаивая бабку Аню, довольно громко загудел: "Ды ладны, Анюта! Не
волнуйся! Справимся! И не такое делали... справимся.... точно
справимся!".
Пенсионеры всполошились. Одна какая-то бабка загундосила: "Ой-й-й! Нашли
кого выбирать! Этот точно вам мост сделаить.... так сделаить шо и моста
то потом не сыщешь.... он у меня прошлым летом от забора планки оторвал
и к себе на забор поставил!".
Другой дед, участок которого граничит со Степанычевым, брызгая слюной
завопил: "Да он от моего участка цельных 30 сантиметров в свою пользу
прихватил. Забор тама поставил и дажа слушать ничего не хочет!".
А один дедок, мирно дремавший все время, вдруг проснулся и с видом типа
"кто взял мою лопатку из песочницы?" вставил реплику: "А у меня две
недели назад, ведро с навозом с участка пропало!".
И так продолжалось далее.
Молодые "огородоводы" в один голос загалдели: "Степаныча в председатели!
А бабку его - в бухгалтеры!".
Вторая ножка отделилась от кресла председателя.
А Степаныч, не веря тому, что и бабку можно устроить на должность,
поднявшись в полную мощь заорал:"Ага! Бабка Аня у меня отлично считать
умеить! Она жа в детском саду долго поваром работала! Хорошо тама
считать научилась! Ни копейки мимо нее не убегить! Все в семью несла!
Все, что только было можно!".
Данилыч: "Справимся Степаныч... че там? Точно справимся!".
Дед: "И я и бабка Анюта, оправдаем ваше доверие товарышы!".
Председатель, чувствуя, что скоро отделится третяя ножка, предложил
голосовать.
Молодежь голосовала "за", пенсионеры "против". Деда, конечно не выбрали.
Но Степаныч разошелся по-полной и заорал: "Требую перенесть выборы!
Треть электората отсутствует! Нет кворума! Немедленно прекратить
авантюризьм! Это вам не там! Тут вам не то! Я ишшо доберусь до верхов,
мать их! Я ишшо вам покажу как туды-т надо! Плясать у меня ишшо будешь
на сковороднике!".
Председатель со злорадной улыбкой пытался его успокоить, да куда там.
Данилыч завизжал по-бабьи:"Все свидетели! Много народу отсутствует!
Требуем избрать выборную комиссию, отпечатать бюллетени и голосовать
кажным двором! Произвол не пройдеть! Все вместе скандируем - произвол не
пройдет... произвол не пройдет!. Дед и Данилыч еще долго так орали на
пару, выкрикивая экс-социалистические и сюр-демократические лозунги.
Шоу явно удалось! Молодые "обнадеживали" деда: "Да ладно Степаныч! На
следующих выборах тебя выберем! Ты только доски не воруй и чужую
территорию не прихватывай, тогда все за тебя будут!".
Дед махнул рукой и вместе с Данилычем и бабкой Аней бодро зашагал по
направлению к своему участку, совершенно забыв, что на людях "нужно"
хромать.
Довольно быстро дед и Данилыч вышли со двора. Данилыч нес удочки, а
Степаныч сумку невероятно-огромных размеров, в которую запросто можно
было запихнуть 20-киллограмового сома. Друзья все время недвусмысленно
перемаргивались, видно с собою у них было.
Расположившись на берегу реки, закинув удочки, дед извлек из сумки две
маленькие табуретки, аккуратно расстелил на траве газету и тут же
вывалил на нее неопрятной горой мокрые соленые огурцы вперемешку с
хлебом и кусками вареной колбасы. Чинно протер два маленьких граненых
стакана, достал бутыль мутнейшего самогона и литровую стеклянную банку с
какой-то зеленоватой субстанцией внутри. Степаныч накатил по
пол-стакана, сивушный смрад пошел такой, что птицы с криками поднялись с
деревьев и улетели недоуменно переглядываясь и пожимая плечами.
- Давай Данилыч! За выборы! Как ни крути, а народ уважаить... Пусть щас
не выбрали, потом выберуть! - сказал дед.
Оба чокнулись, хыкнули, засандалили, жутко скривили физиономии и тут же
мощнейше треснулись лбами, так как оба одновременно склонились с
табуреток за закусью. Извинились друг перед дружкой. Дед, потирая
ушибленный лоб, указал на литровую банку с непонятной субстанцией и
порекомендовал Данилычу: "Горчичку попробуй! Сам делал...".
- О-о-о, горчичку я люблю! - сказал Данилыч и откупорил полиэтиленовую
крышку на банке.
Птицы - умные существа! Правильно сделали, что улетели. Смрад от
горчички исходил невероятный, чудовищно-дикий.
Данилыч макнул в банку кусок колбасы и запихнул его себе в рот. Через
три секунды глаза его резко округлились, заслезились, лицо покраснело, и
он невнятно и коротко просипел: "И-и-и-и.....".
- Гы-гы-гы-хо-хо! - заржал Степаныч - Пробрало как!
Бедный Данилыч с куском колбасы во рту и взглядом полным удивления и
непонимания, застыл и мог только слегка пошевелить пальцами рук и
показать на пустой стакан.
- А-а!... щас-щас! - "понял", что требуется товарищу Степаныч и налил
ему полный стакан самогона.
Данилыч даже не успел осознать, что налил ему друг, выплюнул колбасу и
мигом проглотил целый стакан.
То, что далее произошло с Данилычем называется "полнейшее изумление от
происходящего". Остатки седых волос на его многострадальной (в прямом и
переносном смысле) голове встали дыбом. Создалось впечатление, что изо
рта и ушей у него повалил дым, а в глазах вспыхнуло пламя.
Он подскочил с табуретки, метнулся к реке и стал жадно пить воду
пригоршнями. После этого отдышавшись, он сказал дискантом: "Сеня... е...
твою мать! Ты из чего горчичку делал из скипидара?".
Дед воспринял это как лучший комплимент: "Есси хошь, я тебе рецепт дам,
кады домой вернемси...".
- Ага, не забудь только! - язвил дискантом Данилыч.
Друзья малость охмелели и дед продолжил рассуждения про выборы: "Все-жа
никак некоторые понять не могуть за кого голосовать! Не могуть
приоритеты расставить. Вот мы с тобой Данилыч - уважаемые люди, столько
вместе работали. Сядем, продумаем все до тонкостей и начинаем дело
делать. Кипела работа... Да-а-а... Ну получалось или нет энто ужо второй
вопрос. Материалов конечно не всегда хватало... Девались вечно
куды-то... А сегодня все понятно было с самого начала... выборы
купленные... понятное дело.... Председатель все и подстроил, чтобы за
него голосовали. Он жа иврей!".
- Кто, Сидоров - еврей? - недоуменно спросил Данилыч.
- А кто жа? Знашь какой он жаднай? Снега зимой не дасть! И жена яво
иврейка чистой воды... даром что-ли бухгалтерша у нас тута? Знаешь, как
ее девичья фамилия была? Нигматуллина! Иврейка - пробы негде ставить! -
развивал свою догадку Степаныч.
- А чаво он к тебе с досками привязался? - спросил Данилыч.
- Да какие там доски?... Обрезь одна. Стоило из-за двух гнилых досок
скандалить? - "включая дурака" затянул Степаныч.
- Так что, ты их вправду взял? - не унимался Данилыч.
- Дык я жа у него спросил сначала... Иваныч, ежли какие доски останутся
после ремонта, дай мне, я полы в доме поправлю... Ну он и пообещал дать.
А сам из-за четырех вшивых дощечек начал меня на людях срамить - ответил
Степаныч.
- Так мост-то еще и не начинали ремонтировать! - чуть язвительно заметил
Степаныч.
- Дык и чаво? Тама все равно досок больше чем нужно. Что удубет что-ли,
есси я семь-восемь некондиционных дощечек взял? - делая "непонимающее"
лицо, сказал Степаныч.
- Сеня!... Клюет! - встрепенулся Данилыч.
Дед подскочил к своей удочке и со всей силы "подсек" рыбу, с сухим
треском дав Данилычу удилищем по голове так, что бедный старик
опрокинулся на спину, на землю с табуретки.
Ясное дело, удочки Степаныч сделал сам из какого-то дерева особо твердой
и тяжелой породы.
- Сеня... мать твою... поднимай меня! - заорал Данилыч лежа на спине
вверх ногами.
Степаныч бросил удочку и кинулся к другу на помощь, схватил его за руку
и потянул на себя. Данилыч подпрыгнул, выпрямился и по-инерции прильнул
к нему. Создалось впечатление, что старинные друзья, собрались танцевать
танго. И действительно Степаныч, сделал какое-то танцевальное "па"
назад, оступился, и держа в обнимку друг друга, друзья мелко-мелко
засеменили под уклон и с криками "Хо! Га! Ну-у-у!" с плеском
кувыркнулись в реку.
Отплевавшись, Данилыч сказал: "Ты какого хрена так сильно тянул-то? Ты
меня что, убить сегодня хочешь мошонка ты седая?".
- Прости Данилыч, не хотел!... снимай рубаху, я тебя сейчас самогоном
разотру, чтоба не простудилси - сказал дед, и схватив бутыль с
самогоном, плеснул Данилычу зловонной жидкостью, зачем-то прямо на
лысину.
Данилыч поднял и свел глаза к переносице и с покорным вздохом "И-и-ххх!"
опустил руки.
Степаныч с усердием принялся растирать ему голову, а Данилыч завизжал:
"Уйди, прошу тебя... я са-а-ам!".
Наконец оба угомонились, сняли одежду и разложили ее сушиться, оставшись
в семейных трусах с ромашками, модели "До седьмого колена".
Дед снова налил. Оба хыкнули и только проглотили самогон, как на поляне,
прямо перед ними, появился ни кто иной, как сторож Шурик, в
простонародье называемый Шрек.
Кличку Шрек он получил сразу же, как только на экраны вышел одноименный
Голливудский мультфильм. И если Говорящего осла из этого мультфильма
рисовали с Эдди Мерфи, то Шрека точно с нашего сторожа Шурика. Даже имя
содрали Шрек-Шурик (видно есть таки у него свой агент в Голливуде).
Сходство потрясающее. Такая же огромная глыбообразная фигура с кривыми и
тонкими ногами, большая лысая голова сливающаяся с шеей, нос
"картошкой", огромный рот и губы и маленькие, торчащие в стороны уши. По
утрам, с будуна, Шурик имеет такую же зеленовато-синюшнюю окраску, какую
имеет Шрек в мультфильме. Общее внешнее сходство дополняет его коза,
которая ходит за Шуриком по пятам, как осел за Шреком и кошка, которая
все время вьется у Шуриковых кривых ног. Эта личность уникальна тем, что
безошибочно умеет находить распивающие алкоголь компании, по запаху.
Причем совершенно не важно, где расположилась компания, далеко от его
дома-сторожки или близко.
Не найти деда по запаху его самогона было трудно.
Шрек подошел, огляделся, оценил запасы алкоголя и закуси и спросил:
"Чего, рыбу ловите?".
- Ды вот, решили малость отдохнуть - ответил Данилыч.
- А чего оба в трусах? Купались? - спросил Шрек.
- Дык жарко сегодня, вот и решили маненько охладиться - нагло соврал
Семен Степаныч - Ды ты проходи Сашко, прсаживайся с нами.
Дед налил Шреку полный стакан, тот мотнул головой и залудил его целиком.
Данилыч протянул ему кусок колбасы и банку и порекомендовал: "Давай
Шурик, с горчичкой закуси... Степаныч сам ее делал!".
Шрек гарно обмакнул колбасу в "горчичку", запихнул его себе в рот и стал
медленно и задумчиво жевать. Данилыч застыл с открытым ртом в ожидании.
Как ни в чем не бывало, Шрек произнес: "Угу! Вкусно!".
Данилыч сильно огорчился, а дед хвастливо сказал: "Если хочешь, я тебе
рецепт дам. Энто моя бабка в каком-то журнале вычитала, как смесь для
примочек от ревматизьма делать. Я сделал, но примочки не особо помагали,
тогда попробовал на вкус - понравилось. Так и стоить энта банка ужо
месяца два в холодильнике. Сами не едим - только для гостей держим".
Так они балакали и между делом выпивали.
Одежда стариков высохла, они оделись и продолжили трапезу.
Наконец у Степаныча опять начало "клевать". Он взял удочку, подсек рыбу
и снова невероятно сильно дернул из воды удилище так, что рыба взлетела
у него над головой и повисла высоко на ветке близстоящего дерева,
изрядно запутав леску. Дед, и так, и эдак пробовал ее сдернуть, но леска
затягивалась все сильней. Наконец, он раздраженно сказал: "Придется на
дерево лезть. Так не снять".
Шрек, решив проявить любезность, в благодарность за угощение, сказал:
"Щас я слажу, достану".
Кое как он залез на дерево, навалился животом на сук, на котором висела
рыбка и стал пробовать до нее дотянуться.
- Еще вперед прими - командовал дед снизу.
- Так? Что ли? - спрашивал Шрек и потихоньку подползал к цели.
- Еще, еще вперед... Давай-давай - трубно бубнил дед - Да ты не боись,
толстая ветка, выдержить...
- Ага! Нащупал леску! - торжественно объявил Шрек и с этими словами сук,
на котором он висел, мгновенно с треском оторвался от ствола и Шрек в
позе летающего майского жука полетел вниз прямо на деда, растопырив в
стороны конечности.
- Наза-а-ад!!!... - не понятно к кому обращаясь проорал дед и не успев
отпрыгнуть в сторону, вместе со Шреком и ветвью шумно и с брызгами
завалился в водяную гладь реки.
Когда они оба вынырнули, на лицах обоих было не то чтобы удивление, а
некое восхищение друг другом и тем, что оба не покалечились.
Данил вытащил удочку со спутанной леской, рыбы на крючке уже не было.
Друзья разложили одежду сушиться и принялись вспоминать все моменты.
- Однако как же она сломалась - размышляя про ветвь говорил дед -
Толстенная жа была... и не выдержала...
- Кто его знает? С виду вроде толстый был сук. А может его белка
подгрызла? Я тут видел одну недавно. - выдал Шрек.
- Это как белка подгрызла? - вопросил Данилыч.
- Ну, они же все время что-то грызут, может и сук подгрызла? Может дупло
там хотела сделать? - "развивал мысль" Шрек.
- А на хрена ей сук подгрызать? Проще ведь дупло в ровном стволе
продолбить! - сказал Степаныч.
Дед накатил, вместе выпили. Степаныч взял кусок хлеба, чтобы закусить и
только принялся его жевать, как вдруг глаза его полезли на лоб и он с
криком: "Ю-ф-ф-ф!..." выплюнул закусь. На хлебе сидела оса, которую он
не заметил и отправил в рот, где она его и жальнула.
- Га-а-а-а! Оса-а-а! Укусила собака-а-а! - заорал дед.
Лицо его раздувалось с каждой минутой, а язык рос, на манер как
методично растет нос у Пиноккио, в моменты когда он говорит не правду.
- Вот тварь! Как я ее не заметил? - голосил дед.
Язык прибавил в росте и вывалился изо рта.
- Степаныч, прополощи самогоном! - порекомендовал Шрек.
- Куды-ы-ы там! - ответил дед.
Язык прибавил еще на сантиментр.
- Сеня! Прополощи! Вдруг она заразная? - пьяно заботился Данилыч.
Язык прибавил еще на пару сантиметров.
Дед прополоскал рот самогоном и сказал: "Пофли уфе домой... Фмотрите как
яфык выроф!".
Шрек кое-как сложил вещи и повел друзей домой. Данилыча сильно штормило.
Степаныч, в семейных трусах, пьяный с раздувшейся как у хавроньи мордой
и вывалившимся языком, опираясь на удочку с перепутавшейся леской,
предстал перед очами бабки Ани и выразительно вращая глазами,
непроизвольно плюясь ей в лицо произнес: "Апф... крррр.... стпффф...
бвррр!".
Бабка Аня тихо села на ступеньки крыльца.
Дед погладил ее по плечу и посмотрел взглядом "прости мама".
Еле державшийся на ногах Данилыч, на секунду пришел в себя и изрек:
"Справимся Анюта... ик!... Точно.... ик!... справимся!".
Вот такая вот история была в нашем садовом товариществе.
Дед пару дней походил с высунутым языком, а потом все у него прошло и он
бодро вышагивал по своему участку, не забывал на людях прихрамывать на
левую ногу и чуть выбрасывать в сторону правую. Иногда и наоборот.
The end.

Ждем отзывов - doncossack@narod.ru
Сегодня в офисе под елочкой увидел лист бумаги почти следующего
содержания.

Дорогой Дедушка Мороз!
Спасибо, за подарки, которые Ваш братик Святой Николай передал нам через
любимого шефа Сергея Леонидовича. Конфетки просто Супер!
Дорогой Дедушка, кроме конфеток мы любим и другие вкусные вещи.
Например, нам очень хочется икры красненькой, такой кругленькой, которая
лопается (м-м-м-м-м)! Чтобы Вам легче было сделать нам приятное, список,
чего мы хотим, прилагается.
А еще мы мечтаем о премии. Очень, очень мечтаем.
Мы знаем, что под Новый год все желания сбываются, даже самые
невероятные!
Мы верим Вам, Дедушка Мороз! И ждем Вас с подарками в 10 часов утра в
четверг 30 декабря 2004 года у елочки в нашем офисе по адресу...

P.S. Премию хотелось бы раньше.

ПРИЛОЖЕНИЕ
Для полного счастья нам надо:
1. Икра красная - 17 банок
2. Шампанское - 13 бутылок
3. Кофе - 4 банки
4. Мартини - 7 бутылок
5. Вино грузинское - 10 бутылок
6. Оливки - 17 банок
7. Маслины - 17 банок
8. Грибы маринованные - 17 банок

Мы верим в чудеса!

Далее неразборчивые подписи.
Предыстория. В круто-навороченном городе Новошахтинске жил я в доме по
соседству с семьей оседлых цыган, которым кстати в начале дефицитных
девяностых подкидывало государство мебелишку всякую, как многодетной
семье. И цыган-отец ходил ее продавать по соседям. Так я к ним в гости и
зашел, где был удивлен милым решением вопросов... Цыган, перед тем, как
показать мне мебель на продажу, долго вертел в руках гвоздь и программку
телевизионную явно с мыслью кудысь ее пристроить-то... Наконец подошел к
телевизору (еще с деревянным корпусом), некислым ударом всадил
гвоздь-соточку ему (телевизору) в бочину, наколол газетку и
удовлетворенно хмыкнул.... Но речь не об этом. Были у ентого цыгана две
дочки - погодки, лет семи наверное, Рита и не помню..., которые бегали
с утра до поздней ночи и с ранней весны до поздней осени на улице как у
них принято в одних трусиках и босиком. И случилось мне везти свою дочку
в Ростовскую больницу на операцию где-то в начале осени. Ну и конечно
цепная реакция пошла, к терапевту зашли, тот послал к наркологу, тот еще
к кому-то, добрались так и до психиатра (операция у малых - дело
серьезное). Зашли, сели, тетенька и спрашивает: А скажи, милая девочка,
какой нынче денек. Дочка - понедельник, тетя... А скажи, тебя зовут
как... Дите: - Маша... А скажи умненькая зайка, что у нас сегодня на
дворе, зима, лето, весна или осень... Дочка - Лето, тетенька...
- Ну как же лето, не лето...
- Нет, тетя лето......
- Почему же лето?
- А вот почему, тетенька, - говорит умная зайка, - ПОКА ПО УЛИЦЕ ГОЛЫЕ
ЦЫГАНКИ БЕГАЮТ, ТАК НА ДВОРЕ ЛЕТО!!!!!!!!!

Как нас в дурку не упекли прям оттуда, до сих пор не знаю....
Дело было ровно год назад, как раз во время предновогодней магазинной
суеты.
Стою в очереди в кондитерском отделе, передо мной дама. Подходит к
кассе, секунд десять всматривается в витрину с конфетами и говорит
продавщице: "Мне, будьте так любезны, каждых конфеток грам по сто". Надо
отметить, что ассортимент конфеток весьма велик: наименований десятка
этак три. Ну, девочка-кассирша, есессно, принялась из каждого отсека по
сто грамм взвешивать... Ушло у нее на сие действо минут, наверное, 10,
не меньше. Судя по всему, девочка была новенкая, так как отмеряла все
очень тщательно, а, соответственно, долго. Взвесила, значит, 30 раз по
сто, посчитала на кассе общую сумму, после чего происходит следующий
диалог:
- С вас ХХХХ рублей.
- Ой, так мало получилось? Давайте-ка еще по сто!

... Девочка с безнадежностью в глазах снова берет пакетик и
отворачивается к витрине...
У нас в новом здании помещение туалета довольно маленькое, и еще вместо
бумажных полотенец повесили сушилку для рук, чуть выше метра -
1,2 - 1,4 от пола. Я вчера после архива решила помыть руки и наклонилась
над раковиной. Вдруг чую попой горячее дыхание, сопровождающееся
утробным рычанием. Я руки мою, а сама вою, низко так, и в голос, как
оперная певица, от испуга. А это сраная сушилка зачуяла мою задницу и
без предупреждения включилась, я когда к раковине наклонилась, попа
как раз под ней оказалась. В общем, повеселила пол-отдела.
Пришел возраст трудностей. В половой сфере. Туда-сюда, плохо. Совсем не
то, что бывалыча. Делать нечего, иду к врачу. А то жена уже бурчит.
Глухо угрожает. Врач:

"Что же вы хотите, батенька, возраст!"

А какой там возраст, Дюма-пэр лет на тридцать старше был, на свиданки
бегал.

"Чего делать-то", спрашиваю.

"А Виагру, очень она ничего".

Ладно, дорого, конечно, но... Купил. Прихожу домой, говорю жене, так мол
и так, купил, надо бы сегодня опробовать. А она мне с эдаким
возмущением:

"На мне, конечно, опробовать будешь!"

Потом даже смеялись.

Игореша
Лучшие анекдоты дарит сама жизнь.
Вчера с товарищем в кафе познакомились с очаровательной семнадцатилетней
девушкой. Выпили, разговор завязался. Товарищ мой не из тихих, возьми и
спроси у девчушки:
- А как у вас, сударыня, с анальным сексом?
И она (о святая простота!), слегка потупив взор, отвечает:
- Туго.
... От смеха чуть не умерла половина заведения!

P.S. на утро товарищ сообщил, что малолетка все-таки лукавила :-)
Сумкин
В который раз о ней, о женской логике.
Есть у нас на работе замечательная девушка из Иваново (это город невест
такой), зовут ее Маша. Аспирантка академии наук, не хухры-мухры. Хотя в
нашем заведении вся молодежь - либо аспиранты, либо будущие аспиранты.
Это потому что институт такой. Жутко секретный, так его растак. Охрана
заставляет меня бороду брить, ибо не похож на свой портрет на пропуске.
Доходит до того, что посылают даже директора, ибо подчиняются самому
МВД, откуда, как известно, всех плохих оборотней в погонах прогнали,
остались только хорошие. Ладно, это история отдельная, я отвлекся.
Итак, Маша. Прелесть. Золотые руки. Не идет эксперимент? Херня. Поручи
Маше, все пойдет. Ко всему прочему, как говорили в дни моей молодости,
отличный товарищ. То есть она может иногда притормаживать, но чтобы
подставить или глупость ляпнуть - никогда. Ее муж - Саня. Запомните это
имя, ибо оно еще упомянется. Все друг друга знают, дружим лабораториями.
История в следующем. Слегка приняв на грудь то ли пива, то ли вина мы с
Лехой (другим аспирантом из Иваново) стоим и курим. Мимо проходит Маша,
недавно закончившая очередной удачный эксперимент и сдавшая кандидатский
минимум по англицкому языку. Я, в легкой эйфории от всего этого, говорю
Лехе:
- Леха! Маша - классный парень!
Это я, конечно, загнул. Хотелось выразить весь свой позитив, а как его
еще выразить? "Классная девчонка" - могут не так понять. Маша,
разумеется, возмущается:
- Я не парень, я девушка.
Леха:
- Да ладно, Маш. Жена друга - не женщина.
Уже смешно. Я угораю, ибо эту фенечку слышу в первый раз. За угоранием
мы не замечаем, как помрачнела Маша.
И ТУТ ОНА СКАЗАЛА.
Я повторюсь - девушка прелесть, сама непосредственность. Заподозрить ее
в пошлых мыслях - это все равно что заподозрить деву Марию в том, что
ЭТО был не голубь.
Она сказала... Что бы вы думали? Очень обиженным голосом...
- Все, - сказала она, - Сашка тебе больше не друг!
Вот так вот. Типа "Леха, пусть у тебя не будет друга, но я для тебя
женщиной буду-таки. Понял? А то в глаз получишь."
Как говорится, занавес. Долгий ржач почти задушил нас, но не додушил,
иначе вы не читали бы этой истории.

Вчера<< 27 декабря >>Завтра
Лучшая история за 29.04:
Косатки, хитрые вы сволочи

Австралия, залив Таффорд, середина XIX века. Это одна из "перевалочных баз" синих китов и финвалов, мимо залива шли тогда их регулярные пути кочевья. Естественно, эту локацию облюбовали китобои. Но в открытом море кит легко уходил от кораблей, а дальнобойных гарпунных пушек у людей ещё не было. Редкой удачей была ситуация, когда кита удавалось загнать непосредственно в залив - там бедолага-гигант лишался свободы манёвра, и его можно было достаточно легко загарпунить. Но кит не идиот и сам в залив не полезет.

В это же время за стадами китов следуют голодные и злые косатки.

Косатка любит кита. Косатка ценит кита. Косатка просто, блин, обожает кита. Это сколько ж мяса для бедного дельфинчика! Косатки могут даже читать дальше
Рейтинг@Mail.ru