Поиск по автору:

Эта тетрадь по рузскаму языку ученика начальных классов, назовем его Васей Петровым - имени не помню – оказалась настоящей книгой судеб. Ее откопали на помойке рыщущие в поисках пионерских артефактов дядьки-корреспонденты питерского детского журнала. Время действия – декабрь 1983 года, место – Байкало-Амурская магистраль, температура за окнами нашего агитпоезда ЦК ВЛКСМ «Комсомольская правда» - до минуса 47 в тени, нда.
Не надо быть Шерлоком Холмсом, чтобы по первым страницам понять, что малец в русском силен не особо, а его училка–стерва отыгрывается на детях за свою погубленную в Южной Якутии молодость: колы да двойки, двойки да колы. Но в самой середине – внезапное просветление.
Видимо, Вася подумал, да что же это, в конце концов, или ремнем его протянули на совесть, но диктант написан без единой ошибки! Оставалось только добавить, собственно, само слово диктант (справился), месяц (тоже) и число.
Случилось одиннадцатое, к этому парнишка оказался не готов. Стерва препарировала слово, как лягушонка, выдавила из него четыре грамматические ошибки – опять двойка? И Вася понял: копец, надо сдаваться. Вся вторая половина тетради – в красной шариковой ручке и привычных оценках.
До сих пор думаю: а было бы первое, второе или десятое?
Так ведь не было, мать их!

Вовочка сидит на горшочке и дрочит.
Подходит бабушка:
- Вовочка, что ты делаешь? Как тебе не стыдно!
- Отойди, бабушка, а то щас кааак брызнет...

Это опять о детской непосредственности.

У нас родился третий ребенок, девочка. Двое первых - парни 5 и 7,5 лет.
Пятилетний очень тянется к сестренке, но, увидев ее первый раз голенькую
после вечернего купания, выдал: "Мама, а когда у нее пися вырастет?"

- У кого самая эротичная фамилия в российской политике?
- У Путина.
- А это еще как?
- Put In.