Поиск по автору:

Он так увлекся готовкой праздничного ужина, что, изредка пробуя его, съел всё сам. Расстроившись из-за этого, он допил и всё спиртное. Поздравил себя с Восьмым марта, а заодно, на всякий случай, и с днём рождения. И тут же на столе, удобно расположившись, с чистой совестью лёг спать.

Суфражистки всех стран, объединяйтесь! Долой Восьмое марта! Как символ бесконечности всех наших женских разочарований! Да здравствуют девятое, десятое, ну и так далее. А лучше: «Пусть вечно будет этот праздник!»
А подарки!? Парфюмерию, бижутерию, кулинарию и цветы дарят лишь плебеи. А вы, все настоящие богатыри и джентльмены, нескромно так дарите, все звёзды и Миры!

Пенсионерка В. недавно наконец-то осознала и всё поняла. А потому взяла да и подала иск в суд на правительство, судьбу и в целом зловредную медицину. В котором гневно и сурово заявила, что до прививки от коронавируса была весьма красива, талантлива, здорова и даже, безусловно, молода. А теперь уже, увы, совсем не так! Ответ, затаив дыхание, ожидает вся страна.

Всем шутникам посвящается! Батл.
Акт 1. Представление.
Как-то вот вышли на арену смешные мимы и клоуны.
Хохотали, дразнили и шутили забавно так, эти мимы и клоуны.
И нёсся этот звонкий смех на все четыре стороны.
А на них сверху, из зрительных рядов, смотрели их вороги,
Кровожадно-равнодушные и очень лютые палачи-вороги.
А все другие говорили им, что если руки и ноги им дороги, то промолчите, не шутите, уж слишком эти зрители строгие.
Но только почему-то не слушали их эти смешные глупые мимы и клоуны.
Веселились и смеялись они безрассудно, но всё равно такие прикольные.
Запускали шары проказники разноцветные, а заодно строили рожицы палачам очень скверные.
Акт 2. Последствие.
Но всё заканчивается рано или поздно.
Вот и завершилось и это чудесное представление.
А палачи-зрители почему-то не захлопали. Этокое неуважение.
Лишь топоры свои острые достали, страшно скрежеща зубами подлые.
Тут и налетели вороги, полетели на пол чьи-то с бубенцами головы.
Вот тогда палачи жутко засмеялись и захлопали, экие они всё-таки сволочи.
Вот тогда и погрустнели наши весёлые мимы и клоуны.
Почуяли бедолаги, что скоро уж точно будут похороны.
Но не все они сразу обосрались, некоторые ещё как-то странно улыбались, хихикали и смеялись.
А палачи рубили, душили и издевались. Они же душегубы, с них станется.
Акт 3.
Завершающий.
Вот и всё, кажется, кончились мимы и клоуны.
А палачи? А палачи, отчего-то забрызгавшись кровью подозрительной, с ума окончательно и вовремя сошли.
Увезли их связанными, прежде отняв топоры, санитары и врачи. Те, кто приехал в ярко-рыжих париках на странном игрушечном паровозике. А ещё у них вроде бы были огромные ботинки и красные носики.
И это замечательно! Фенито. Конец.

Драма. Брак по расчёту. Акт 1.
Мочалка гордая была.
Она могла, она могла.
Могла летать, могла играть.
Могла творить, могла лежать.
Всё было у неё, всё ей дано.
Весь мир открыт:
Курорт, и город, и село.
Любые деньги и лучшее вино.
Но, Боже мой!
Неотвратимый рок её низверг, как ангела с небес.
Акт 2.
И вот! Развод.
Теперь её удел — лишь мокрый пол.
Лишь грязь и нищета.
Теперь Она должна!
Должна терпеть, должна страдать.
Должна тереть и горевать.
И удавиться ей, уж кажется, не грех.
Что это за жизнь такая!
Надоело это всё и опостылело.
Но её опять, опять и снова макают в нечистоты, поднимая изредка и в свет.
И кажется потом, опять на дно всё время отпускают.
И надышаться не дают, и утопиться всё мешают!

После московской пробки Апофигос.
Ой, поеду, я поеду, Ой, не знаю, но поеду.
Ух, по травке я поеду, Ух, по муравке я помчусь.
Ох, что-то давит на мозги Эти ваши все пути.
Может, направо я поеду, Может, и налево.
Ну а может, всех вас удивлю, Эх, Лю-люли.
Прямо с дури поверну, У-у-у.
Ой, поеду, я поеду, Даже если все колёса проколю,
Севши вдруг очень мягким местом на весёлую иглу, У-у-у.
Никуда я не сверну, У-у-у.
Эх, где-то заблудившись, может, в пробке навсегда я пропаду, У-у-у.
Так мне и надо. Там, поверьте, похуже будет, чем в аду. У-у-у.
Ох, будь она не ладна.
Ой, а я вот возьму, кстати, и с какой-то там энной трассы совсем с ума сойду.
У-у-у.
Всем назло и где-то в центре МКАДа
Покурю немного и язык свой всем собратьям по несчастью покажу. У-у-у.
С неприличным сопровождением и нервным срывом, в виде мата.
А потом
Ох поеду, ой поеду дальше.
Ой поеду, ох поеду куда надо.
По дороге, может, в дурку загляну.
А может, возьму и полечу! Буду гадом!
Ох держите меня, все весёлые санитары! Расскажите всё грустному врачу.
Ох, я теперь уже не знаю, что хочу.
У-у-у.
Паровозик чух-чух. Птичка чик-чирик.
Ох, скорей беги мужик!
Слишком тесен нынче мир и тротуар для нас двоих.
Ой поеду, я поеду через тернии и метро.
И заодно бабку страшную какую-то, с клюшкой на капоте прокачу. У-у-у.
А потом кого найду! Подвезу. У-у-у.
Бабу с коромыслом и с ведром,
Чуть не разбила мне стекло, вот зараза!
Деда, вроде, с пулемётом иль ружьём.
Гад пальнул в меня два раза!
Ух, трижды сплюну через левое плечо.
И одной рукой забинтую рану. У-у-у.
Ох и дикий здесь народ. Вот гляди теперь в два глаза!
Ох, чего-то мне опять нехорошо.
Слишком стало горячо и противно пахнет.
Значит, скорость маловата, так добавим ещё газу!
Ой поеду, я поеду!

Наконец-то Европа уже совсем почти отказалась от российского газа и нефти. Исчезли практически все эти проклятые невидимые и недемократические флюиды безусловно агрессивной России. Да здравствует свобода от предположительного рабства от варварского путинского режима! Ещё, конечно, есть несознательные личности, которым всё равно, чей газ и чью нефть потреблять. Но недолго им осталось коптить небо благословенной Европы. Лучшие умы Европы и не только её, уже решают эту проблему. И тогда, решив её совсем и бесповоротно, появятся на месте Европы райские кущи. И всем будет очень, очень хорошо. Ведь зачем будущим покойникам тепло и свет?!

Счастье — это когда тебя хоть иногда понимают. Отдают, представьте, всё и всё время при этом улыбаясь.
Но правда в том, что потом всё равно мерзавцы догоняют и ногами, ногами, представьте себе, очень больно пинают.

Сегодня праздник у страны и у меня.
Первое апреля — день радости и счастья,
Ведь в это время всё и все наши пути-дороги — это точно полная фигня.
Прощайте все якоря и тормоза.
Пусть светит солнце, прочь ненастье!
Так что поздравляю себя и вас с нашим профессиональным праздником, друзья!

Эпическая драма, революционная трагедия.
Последний акт.
Чапаев душит Анку, застав её чёрт знает где, в неглиже и с чужим револьвером.
А под постелью дрожит, сжимая зубами пустую кобуру, ординарец Петька в чепчике белом.
Чапаев же, беспощадно и всё сильнее сжимая шею бедную, будто у буржуазии, кричит: «Читала ли Анка перед сном последнюю речь товарища Ленина?!»
А в ответ, Анка лишь только синхронно вращает глазами и чего-то хрипит. А Петька в это время в ужасе крестится и в кальсоны потихоньку журчит.
А дальше закрывается красный занавес. И бедный Йорик, в полосатой тельняшке, грустно смотрит в зал и многозначительно молчит. Пролетарско-крестьянский андеграунд, однако! Финиш.

Смешной стишок, наверное. 🫩
Почему после десяти вечера рука сама по себе тянется к дрели? Неужели у нас такая в квартире, в стране и в целом на земле атмосфера?
О, это зубодробительный треш и веселье!
Это словно, словно звуки адской свирели,
Особенно ласкает наш слух в воскресенье.
Я слушал этот замечательный концерт,
Иногда даже лёжа и от чего-то изредка подпрыгивая в постели.
В самых интересных моментах, когда в мозг проникала игла,
Я плакал от счастья, вот так бы всегда!
А вместо аплодисментов подло стучал им в ответ,
От переполнявшего счастья краснея и пуская вязкую слюну,
Ну и заодно, в конце концов, вместо занавеса выключил им свет.
Потом затаился, услышав наконец-то в ответ на мой мат тишину.
Нет, ну так невозможно, пойду-ка и я тоже хотя бы немного и чуть-чуть посверлю.
Ночь на исходе, и терпеть не могу!
Вот почему рука произвольно, то и дело после десяти, тянется к дрели!?

Прощание по-английски.
Джентльмен уходит тихо и незаметно, исчезает в лондонском тумане, без прощания.
Прощание по-немецки.
Короткое рукопожатие, учтивый поклон, уверенная походка, аккуратное закрытие двери и «auf Wiedersehen».
Прощание по-русски.
Пьянка, мордобой, обнимашки с прощальными поцелуйчиками и снова, если, конечно, в состоянии, пьянка. Потом чаще всего провожающие выносят провожаемого, если он не в состоянии покинуть их хотя бы на корячках.
Прощание по-еврейски.
Долго, очень долго прощаются, обнимаются и даже иногда почти целуются, эпизодически и вроде незаметно сплёвывая в сторону, у практически открытой двери. Но в конечном итоге провожаемый никак не может и не хочет покинуть их, столь дорогих и любимых, и просто так уйти.
Приходится применять крайние меры с возможными нанесениями обидных побоев, ну или оставлять его на ещё какое-то неопределённое время.

— Говорят, что землю держат три, практически наверняка, американских слона!
— Все всё врут, это республиканская интерпретация. На самом деле это ослы.
— Да вы совершенно правы. Ведь слоны слишком умны для такой нудной и к тому же абсолютно неоплачиваемой работы.

В будущем, в уже очень недалёком будущем, собаки и кошки резко поумнеют и создадут свой профсоюз.
И в конце концов серьёзно займутся своими нерадивыми хозяевами.
— А что будет потом?
— А потом они захватят мир!
— А вы что думаете об этом?
— Гав-гав!

Мрачные женские страдания.

Мой холодильник как-то мрачен и черезмерно слишком пуст.
В нём вчера, от отчаянья и безысходности, повесился знакомый мой паук.
Поверь!
А муж уж верно очень стар для меня
И в целом не в меру худ.
Подул осенний прошлогодний ветер, и вот —
Ищи его теперь?!
А весил бы хотя бы пуд —
Такое бы не случилось!
Сегодня открыла старый свой комод —
Одеться не во что, всё барахло.
Слеза с моей щеки скатилась.
Пошла гулять от бедности в народ,
А там всего лишь старое знакомое село.
За что я так ужасно расплатилась?!

Когда-то всем бывает так тяжело и страшно грустно.
На улице гроза, и вообще вокруг одно несчастье и ненастье.
Возьми кило конфет, бутылку бренди, немного пива, виски.
А также не забудь цветы и приличную ещё какую-нибудь закуску в виде кильки.
Потом напиши себе записку: «Я счастлив наконец».
Забей на всё!
Да, для этого возьми и гвозди, и молоток.
Всю технику: компьютер, плейстейшен и т. д. — в окно.
Пожелаем соседям снизу, чтобы наконец-то и им также повезло.
Ну а ты, такой весёлый и весь свободный, заройся в книжки.
В «Плейбое» посмотри чужие сиски.
Стишки на дверях соседа напиши на зло судьбе, ещё её и пни.
И, конечно, песни как можно громче пой, стуча по батарее и в ведро от скуки.
Пока свободны от моральных кандалов твои изнеженные руки.
И крепко держит дверь.
А далее конец. Вот суки!
Не выдержала дверь — паск-уда.

Записка на дверях: «Свершилась кара тяжкая народа. В больницу увезли урода».

Очередная кляуза.

Закрыли солнышко злые облака.
Ну мерзавцы!
Напишу-ка я и об этом Путину.
Ещё не забыл пока!

На улице сидит злобная ворона.
Хулиганы отчего-то хулиганют у моего дома.
Ну и вообще и в частности верно говорят.
Против лома нет приёма.
Ну если этот, конечно, приём не у Самого!
Кремль — это ого-го.
Замечтался, что ж с того.

А у нас?!
Худший двор среди района.
Если посмотреть с моего окна.
В общем всё тут как всегда.
Вон побежала куда-то с собачонкой старая корова.
Ишь, испугались грома!
Ты боися лучше не его, а меня.
Всё про всех, куда надо напишу ведь я.
Жуть, сверкнула молния!
Промахнулась ты, судьба.

Все знают, как трудно найти иголку в стоге сена. Но никто не предполагает, что наоборот было бы, безусловно, и гораздо сложнее.
А вот зачем этим заниматься, ну не знаю. Вам, друзья, виднее.

Маленькое у нас село, почти песочница.
Вот только я покинул свой участок в любую сторону, а уже околица.

Дорогу молодёжи! И тут же юный балбес снёс бабушку в прихожей.
Здесь вам не тут! — сказал дед и, не торопясь, стал снимать с себя кожаный офицерский ремень.
И здесь малец вдруг осознал, что всё, ему капец и вообще капут.
А во дворе так хорошо цвела сирень.
Но в это время, так называемый трухлявый пень, вершил свой скорый справедливый суд.

Мой небедный дачный сосед, постоянно выпендриваясь, гуляет по своему участку то с ягуаром, то с приручённым аллигатором, то вообще со своим лощёным адвокатом. Вот же пакость какая! Ну и я, не будь дураком, смело гуляю где-то рядом за забором, чтобы точно в дырку было видно. Весь черезвычайно важный в полосатой майке, шортах и в тапочках, несомненно провоцируя их всех своей аппетитной беззащитно-нежной тушкой. Пусть видят. Иногда хожу то с тёщей и её злобной подружкой кошкой Муркой, то с нашей страшной блондинкой бабкой и её железной советской клюшкой, то возьму и вообще с женою без макияжа, чтобы черти выли, совершу свой беспощадно-контрольный променад.

Средь бесчисленных тревог и суеты,
Среди невзгод и всё иссушающей тоски
Ищу, ищу не смысл бытия в чернеющей за окном ещё ночи,
Не в вечности исчезнувшие какой-то цивилизации следы,
А всего лишь свои, свои вчерашние, безвременно пропавшие, любимые,
Быть может, пропитанными женскими слезами
И пропахшими всяческими разными миазмами носки.
Ах вот нашлись!
На люстре, мрачно сплетённые петлёй, болтаются они.

Россия как государство есть, флаг неплохой присутствует. Герб орёл, правда, мутант двуглавый, но тоже имеется, а гимна нормального (а гимн — это прежде музыка, а музыка у нас старая, СССР) до сих пор нет.
К чему бы это? Что, талантливые музыканты закончились или достойных старых мелодий нет?

Любая еда всегда гораздо приятней и вкусней, да и жизнь в целом кажется веселей, когда кто-то, быть может, даже и тот незнакомец, что за соседним столом, но, безусловно, завидует тебе.
Вот если наоборот, то как-то не очень. ☹️

Светлый день, поверьте, всегда начинается утром после тёмной ночи.
И после запоя всё чаще в отражение начинаешь замечать своё заплывшее лицо. А не, как обычно, чьи-то скачущие и от чего-то ржущие с рогами рожи.
Но в любой период суток знайте, плохие и хорошие детки, как бы ни было вам плохо. Всегда, всегда над головою светят яркие вечные звёзды.

В политике не всегда самые буйные добираются до пика власти. Многие из них срываются, будучи на волосок от счастья.
Современная особенность и беда — подчас безликие марионетки у руля.
Найти кукловода или кукловодов — та ещё задача.
За сценой и спиной короля часто водят целый хоровод, стая безмерно коварных и кровожадных придворных.

В преддверии практически уже истлевших стен
Застыл в нелепой позе уставший от недосыпа и бессонницы,
Так и не дойдя до моей унылой горницы,
Забытый, всеми брошенный Морфей.
Играла грустная свирель, а в это время
Вся жизнь моя всего лишь тлен, подумал мудро я и тоже лёг в постель,
В сей мрачный поздний час напрасно ожидая сновидений,
Считал я слоников, овец и всякую другую живность, прыгающую среди пампасов и других растений.
Но сон не шёл,
Наверное, споткнулся слон или овца о чей-то наглый пень.
Морфей же отчего-то, без сомнений, всё храпел,
Не слыша моих гневно-слёзных причитаний и подвываний.
Вот до чего порой доводит чтение иных стихов, газет и всяческих изданий.
Страдание теперь мой крест, удел
И день и ночь,
И ночь и день.

Мне кажется, что я где-то глубоко в душе герой.
Вполне возможно, каратист.
Заодно знаток всех боевых искусств и в целом, без сомнений, готов надрать всем задницы и уши.
И даже где-то упорно ходят слухи, что вот точно сокрыты стальные мускулы в моей нежнейшей туше.
Для этого не раз смотрел кино с Брюсом Ли и, кажется, качком Белуши.
Но больше всех, дрожите люди! Люблю, люблю я бить безжалостно баклуши!

Самый главный финансовый вопрос в жизни. Тест.
А для чего тебе нужны деньги?!
1. Для того чтобы не думать о них!
2. Для того чтобы были! Денежки делают денежки и рулят миром!
3. О, бабоски, побежала я в клуб, бутик ювелирный. А потом, вот сейчас же, поплыла в Мальдивы.
4. А чо, есть?! Одолжи ещё тогда немного!

Мысли о мире.
В 20 веке Европа медленно и мучительно умирала. Её тело потихоньку разъедали внутренние противоречия и различные социальные вирусы. Как мы сегодня понимаем, без США и СССР она уже бы загнулась. Может, так было бы и правильней, на её месте возникло бы что-то лучшее. Но что было, то сплыло.
Были, конечно, и иллюзии о выздоровлении, перед смертью такое бывает. Казалось, политика бездумного единоличного комфорта и зелёная экономика вполне совместимы. Ну что же, 21 век всё расставил по местам. Очевидно, потихоньку с суицидным ускорением однозначно приходит время её похорон! Главное, чтобы её почти мёртвая рука нас не прихватила за собой в мир хауса и разрухи. Мы сами оттуда ещё не до конца вылезли! До сих пор тошнит и колбасит!

Один из самых главных врагов человечества — это порой его излишние амбиции, но без них человечество и вовсе практически наверняка обречено на исчезновение. Так подумал неудачливый брокер-стажёр и не стал прыгать с крыши.

Самоубийца — известная ироничная прощальная песня.

Самоубийца — слышу за спиной,
Но знайте, на том или ином свете
Я не вступаю в безнадёжный бой,
Там выход был, вы просто не заметили.
Стратег!? Ну, возможно, я такой,
Один клинок на сотню небожителей,
Сверкает он подчас молниеносно солнечным лучом
Над ранее заблаговременно подготовленной позицией.
Да я не вступаю в безнадёжный бой,
Я постараюсь, вопреки всему и даже смерти,
Снова выйти только победителем.
А если всё-таки не повезло, бывает,
Тогда мы совершаем неожиданно совершенно героический обходной манёвр,
Чтобы нанести и с другой стороны удар критический,
Лихо представившись всем неуловимым мстителем.
Вперёд, за мной! Непобедимые воители!
А вообще, ты знаешь, план был неплохой,
Но вот только немного подкачали, как всегда опять, конечно, исполнители.
Ну что ж, не в этот раз, тогда в другой.
Быть может, и с новым, более удачливым, конечно, предводителем.
Да я не вступаю в безнадёжный бой
Даже когда в спину ревут азартно разнопогонные лицедеи-зрители.
Я уверяю вас, что не поверну обратно, ещё рано на постой
Хоть иногда и тревожат порою былые злые раны,
Яд сомнений и несбыточной покой
Я не способен к саморазрушению
Есть, точно знаю, путь иной
К возможному моему последнему спасению
Вот вдруг из горла вырвалась кровавым сгустком кровь
Прости, прощай
Я скоро встречусь со своей судьбой
Приду, конечно, после и за тобой
Похоже, не успеешь и соскучиться
Поверь, я не вступаю в безнадёжный бой!
Я просто в бой! А дальше?
А дальше как получится!

Лучший в мире спринтер — это тот, кто, заблудившись среди кромешной тьмы, вдруг чувствует и осознаёт, что за его спиной из самой непроглядной части ночи (возможно, кладбища) вдруг внезапно возникает какой-то вот наверняка очень свирепый жуткий монстр или того хуже — какой-нибудь страшный покойник.
И тут как-то сразу и чрезвычайно срочно возникает потребность практически у каждого ставить потрясающие рекорды по бегу, и даже порой с, казалось бы, с непреодолимыми (по крайней мере при свете дня) препятствиями. Да не на потеху зрителям, а ради спасения своей несомненно бесценной жизни.
В этом случае даже, возможно, гепард позавидует такой скорости.

Наставник: В центре Дантова ада, безусловно, находится Северный полюс.
О, а почему не южный?
Ведь там такие милые пингвинята живут!
Наставник: Ещё раз повторяю.
Ну-у-у, да ладно. Белые медвежата тоже ничего себе.

Куда же скрылись такие милые НЛО?
Опять вчера из «Шилки» было сбито ещё одно.
Что же им делать, может, уйти им всем на дно?
Но и оттуда их скоро и точно достанут, так же, как и в кино.
Больше им не украсть уж никого.
Не поэкспериментировать, напившись с очевидцем в дым и в говно.
Не прозондировать чьё-нибудь село.
Жуткие беспилотники заполонили всё уже давно.
Где же, где же вы, милые НЛО?

Ничего так не вдохновляет, как топор над головой.
Грезишь славой!?
Тогда сначала с невиданным упорством взрасти в себе талант, заодно поймай мимоходом за хвост удачу и всё пожертвуй ради славы. (И на обломках самовластия. Э-э-э-э, это другая история.) Ну а если не вышло, то дальше пустяки, запрягай скорей свою последнюю, ещё живую клячу и едь в столицу, самую что ни на есть ценную библиотеку жечь. Главное, спички не забудь. Проверено, запомнят!

Считал себя заяц хулиганом отпетым,
И решил как-то он сцепиться с медведем.
Да только грибочки прикольные так некстати закончились за обедом.
И он вдруг понял, что зря решил заняться пагубным делом этим.
И напрасно он ночью, подкравшись, вдохновенно пнул храпящего медведя.
Пришло, пришло время для ответа.
Ну, если кто не понял, украинский заяц теперь пишет уже жалобы на произвол и черезмерное насилие, но с того света.
Моими устами, да мёд пить!

Часто гордость путают с гордыней, как и высокого с верзилой. С виду всё одно и тоже, но суть не та, хоть и похожа.
Родину любить — это вам не кирпичи грузить!
Самое загадочное и опасное занятие влюбленного — это ночная серенада под окном любимой. Не знаешь, что из этих таких приветливых окон вылетит и какие интересные эпитеты в твой адрес выскажут. Да и вообще интересно, не перепутал ли окна!?

Истерично-эксбиоценическая европейская транскрипция Маяковского:
Я достаю из широких штанин.
Доказательство единственное своё, не судите строго.
Смотрите, глядите, завидуйте!
Я гражданин!
А не какая-то там гражданка!
Не буду говорить я много.
Самец я, брутальный самец!
А не какая-нибудь самка-недотрога!
Поверьте, вместо крови моей один адреналин!
И чип мой, угадайте, где и в какой он части тела?
Но всё же стоит!
И нет для него места иного!

Для того чтобы жениться, иногда достаточно всего лишь мига, малейшей слабости. Случайно ляпнув меж сладких поцелуев: «Да». И вот ты уже на алтаре в цепях Гименея, прикован к милой, полной радости. Допустим, Лене. А позади застыл у двери отцов конвой, чтобы точно не сбежал, возможно, даже из постели. Родная тёща вместе с мамой уже, как видно, спелись и делят будущих детей.

Мы все рыцари пера и бумаги.
Нас так много, и всё же,
Всё же нас чего-то в этом мире объединяет странное.
Быть может, пробитая завистниками пулями шляпа,
Сзади дурно пахнущая куча перьев и обломок фамильной шпаги,
Остатки верёвок и кляпа
И подозрительные пятна на старом потёртом плаще.
На плечах что-то типа кругло-овальное.
Да и вообще!

Ходят упорно слухи и сплетни, что еврочиновники вполне адекватны и политкорректны. А конопля и всякая другая веселящая лабуда нужна для полноценного труда.

Утилизация старых технологий, утилизация военного металлолома.
Утилизация людей.
Вот такая теперь на западе война, без излишних слюней.

Оптимизм.
Давайте жить, друзья, дружно, долго и красиво,
А умирать, если придётся, весело и динамично,
Порой энергично и прикольно дёргаясь, с насмешкой высунув язык.
Порадуем и удивим, если получится, ну хотя бы своих врагов напоследок,
С последним крайним вздохом и каким-то юношеским задором вдруг выдернув чеку.

Паяц и заслуженный фигляр Зеленский,
Решив и улыбнувшись мерзко,
Ну как же, ведь он злодей вселенский,
Ударить ещё и по Ирану резко.
Хозяева в недоумении протянули для поцелуя сапог, по-видимому, всё ж женский.
Зеленский же, облабызав очередной сапог, опять и снова попросил ещё немножко денег, глянув из-под стула дерзко.

На нашем серо-скорбном полотне реальности есть иногда и яркие пятна, и изысканные мазки, иначе говоря, разнообразные семена добра. И это, безусловно, дарит надежду нам, что появятся скоро и новые звёзды, рассеющие, ну хотя бы частично, казалось бы, эту бесконечно-муторную мглу. 😳😳😳
В каждом самом наичернейшем туннеле, обязательно маячит где-то далеко впереди, светлым пятном выход. Ну или, по крайней мере, наткнёшься на такого же бедолагу, бредущего тебе навстречу с безумной надеждой в глазах и таким же почти разряженным фонариком. 🚇🔦
Там же можно встретить и несущегося куда-то сломя голову, в очередную неведомую нам сторону и даль, всклоченного призрака коммунизма или расплывшееся в самолюбовании и ничтожестве, зажравшееся приведение капитализма. 🤒👻☠️

Я помню, раньше я был сильно молодым и постоянно искренне во всём заблуждался.
А сейчас, сегодня!? А сейчас, сегодня я просто очень постарел.
На всё забил, сказал, что нет меня, и сдался!
Ответы на все вопросы не найти.
Весь мир, что раньше, что теперь — одна загадка.
Но вот настал конец и моему пути.
В огонь метнул, и оно
Вот блин влетело!
Метко и без какой-то жалости
То ли мой паспорт, то ли какая-то бесценная тетрадка.

Всё, что случайно не ляпни, с умным видом не скажи,
В этот век, в этот год, в этот час
Всё это да кто-то уже и говорил.
И, увы, по ходу, не раз,
А я, как дурак или дебил, всё пыжусь и пыжусь над рождением новых интересных и смешных фраз.

И всё-таки она вертится!
Это вы о чём, голубчик?
Конечно, о нашем хрупком голубом шарике!
Теперь нет никаких сомнений.
Я вчера крутил, экспериментировал и перепроверял!
Но, слава Богу, наконец-то глобус починили!

Целителей по миру много, полно.
Они все думают, что творят добро,
Порой не разбираясь, что есть что и как,
Но постоянно неизбежно совершают зло.
Благими намерениями, как известно, дорогу вымощая в ад!