Войти | Регистрация
Свежие: анекдоты, истории, мемы, фразы, стишки
Случайные: анекдоты, истории, мемы, фразы, стишки
20 ноября 2008

Остальные новые истории

Меняется каждый час по результатам голосования
Мой мать работала в медицинском университете и там был такой анекдот.
Экзаменатор спрашивает абитуриента я знаю, что вы все знаете, и мы с
вашим папой обо всем договорились, но все-таки ответьте, пожалуйста, на
один вопрос какого цвета учебник?
Слышь ты те чего мой папа бабки давал, чтобы ты тут меня заваливал?
А еще один вроде бы даже реальная история.
Экзаменатор в сердцах сказал абитуриенту грузину Гоги зачем тебе
становится врачом акушером, если во время родов ты даже не будешь знать
тащить ли ребенка наружу или же заталкивать его обратно.
Дуболомы с GUI (юмористический рассказ).

- Равняйсь! - скомандовал Урфин Джюс своим деревянным солдатам.
Но солдаты повели себя как-то странно. Вместо того, чтобы исполнить
команду, они не отреагировали на нее никак. Вообще никак.
- Равняйсь! - снова прокричал Урфин Джюс. Снова никакой реакции. Как и
на третью, четвертую и все последующие команды.
Тут к Урфину подлетел Гуамоколатокинт. Он как-то странно улыбался.
Стало понятно, что случившееся - его рук дело.
- Гуамоко!
- Я тебе больше не Гуамоко, понял! Зови меня теперь Всплывающая
Подсказка.
- Так, ты, всплывающий, признавайся, что ты сделал с моими деревянными
солдатами?
- Да так, ничего особенного. Проапгрейдил.
- А это как?
- Модернизировал, так понятнее?
- И как ты их, интересно, модернизировал?
- Теперь управлять ими стало гораздо удобнее. Они заполучили
графический интерфейс пользователя.
- Графический что-что?
- Короче, подойди к солдату и вынь из его кармана блокнот. Найди там
страницу под названием "команды перемещения". На этой странице найди
команду "равняйсь". Поднеси блокнот к глазам солдата и ткни в команду
пальцем. Вот как все просто.
- Щас попробую. Хм, действительно слушается. Только вот ты, Гуамоко,
один момент не учел. Я ведь должен иметь возможность подавать одну и
ту же команду всем деревянным солдатам одновременно. А то ведь подойти
к каждому, вытащить из кармана блокнот, найти страницу, ткнуть в
команду - это очень долго!
- Вот блин, такую мелочь не учел! Я обещаю, что-нибудь придумаю. Выдели
на это неделю.
- Фиг тебе с маслом, а не неделю, понял! Возвращай все как было!
На этих выходных пошли мы с Григорием (моим знакомым и другом) покупать
ему электрогитару. "На новый,-он сказал,- уровень выхожу. Буду
осваивать новый звук и технику". Ну, купили, домой привезли, дали
нагрется инструменту до комнатной температуры. Стали подключать, к
усилителю сперва, а потом и на колонки. Колонки подключили,
радиотехника S90, но вполне еще рабочие. И вот гитару поднастроив
берет Григорий первый аккорд, тут же у стоявшего рядом и
приготовленного для записи магнитофона взрываются и загораются обе
АС(6 Вт каждая, по паспорту потом проверили). Мы просто в шоке от
такой неожиданности. Дым, пламя-то мы быстро потушили, мама
Григория заходит: картина сажей или углем - в абсолютно
непрозрачной атмосфере угадываются какие-то смутные движения,
слышен нервный смех с подвыванием и шепотная ругань (хорошо, что
ругался только Григорий, потому что он не матерится, когда
происходят такие казусы). Оказалось, когда я ползал подключать к
усилителю колонки, то взял не те проводки, вернее но от тех АС,
ведь они ж были так похожи красненький и черненький. Зато сейчас
ни за что не ошибусь.
ДА ЗДРАВСТВУЕТ САМЫЙ ГУМАННЫЙ В МИРЕ СОВЕТСКИЙ ВАК!

После 6-дневной войны на Ближнем Востоке Коммунистическая Партия не
по-децки обиделись не токмо на Израиль, но и евреев вообще. До
зарубежных руки укоротили, отыгралась на своих, рьяно ухватившись за
справедливость, которая всегда была ремеслом Партии. И в отношении
евреев главной справедливостью стало ужесточение 2-процентного
представительства во всех сферах и ипостасях жизни советских людей –
согласно еврейской доле в общем населении страны.

Этот каток справедливости проехался и по Киевскому зональному
научно-исследовательскому и проектному институту (КиевЗНИИЭП) –
кадровая комиссия райкома партии обнаружила в научном отделении
института явное нарушение допустимых пропорций национального состава
кадров, особенно с пятой графой. Директору было строго указано на
это вопиющее нарушение ленинско-сталинской национальной политики и
установлен жесткий срок устранения опасной диспропорции по «пятой
графе».

Поначалу директор удивился - сам бдел, каждый еврей был на учете. Но
оказалось, что в райкоме сложили не только тех, у кого в кадровых
документах откровенно зияло ЕВРЕЙ, но еще и «половинки» да
«четвертинки». С райкомом не поспоришь, «партия – рука миллионнопалая,
сжатая в один громящий кулак» ((с) Маяковский).

И, чтобы не схлопотать кулаком, директор учинил зачистку под формальным
предлогом сокращения штатов. Сначала уволили всех пенсионеров, затем
вспомогательный персонал. Лиц с учеными степенями старались сохранить,
нужных специалистов переводили в проектное отделение. Непосредственные
начальники, как положено полевым командирам, сопротивлялись.

По тому самому анекдоту, где Рабинович отказался от от престижной
должности директора городского публичного дома: ага, начнется - бронь
горисполкома, бронь горкома партии, бронь профсоюзов. Выдели блядей в
колхоз. На кагаты. А самому ложиться – выполнять план?

Вот и начальникам-полевым командирам надо было выполнять план, а как
выполнишь без людей, да еще ведущих специалистов – евреев зазря не
держали. Мой непосредственный завлаб встал на дыбы перед директором –
на мне висело несколько проектов, и они оказывались под угрозой срыва.
Тогда придумали финт ушами – официально перехожу в проектное отделение,
а на самом деле остаюсь на месте и продолжаю то же дело.

Но при этом я терял статус научного сотрудника, прерывавал научный
стаж, лишался авторства в научных темах, включенных в план лаборатории.
Да оставаясь ответственным исполнителем тем, утрачивал права на
публикации по ним, и т. д.

Потому четко решил – если руководство решило меня повесить, почему сам
должен намыливать веревку? Вот пусть и вешают, да и как обойдут пункт о
моей обязательной 3-летней отработке по направлению после аспирантуры?
Короче, писать заявление о переходе в проектное отделение отказался,
вам надо – вы и переводите.

Тогда директор грубо надавил на моего завлаба, но тот ко мне хорошо
относился, и заявил, что грязной работой заниматься не станет, [имярек]
- кадр для него и дела полезный, остальное его не касаемо, он отвечает
за производство. И работник исполнительный, инициативный, делу предан,
результаты отличные. Характер нордический дисциплина – прекрасная, не
пьет, не курит, в порочащих связях не замечен. Благодарности,
поощрения. Лауреат НТТМ СССР, изобретатель, золотая и бронзовая медали
ВДНХ СССР, победитель многих творческих конкурсов. Короче, хоть в
командиры Штирлица. Да и самого директора изящно ткнул - а ты кто
такой?

Директор озверел:
– Ладно, займусь сам, если вы ни на что не способны.

И вытребовал из архива мои отчеты, а из отдела кадров – «Личное дело».
В «Личном деле» ни к чему подкопаться не смог. Тогда из сотен страниц
научных текстов красным пометил и ткнул мне сомнительные знаки
препинания. Я потребовал институтского корректора, она подтвердила
верность пунктуации и орфографии, да добавила про мои отчеты как самые
грамотные в институте.

Наезд по этой теме был отбит. Тогда каратель вцепился в ссылки на
предыдущие работы. Все, кто занимался наукой, знают эту рутину: каждый
год продвигаешься в своем направлении, тематика закреплена в планах и
программах Академии наук, ГКНТ и т. д. Полученные результаты
закрепляешь в публикациях, авторских свидетельствах, наконец, в
ежегодных научно-технических отчетах, которые утверждаются на Ученом
совете института и выше.

В следующем году получаешь право продолжать тему, и, главное,
финансирование на нее. И продвигаешься дальше, больше не описывая
результаты прошлых лет, а пляшешь от них как от печки, уже только
ссылаясь на отчеты.

Но экзекутору плевать, классическая ситуация «ты виноват лишь тем, что
хочется мне кушать» ((с) Крылов), и пан товарищ директор обвинил в
самоссылках, нескромности, следовательно, низком моральном уровне,
недостойном советского ученого. И пока не исправлюсь, мне не место в
научных рядах... Короче, пишите заявление о переходе в проектное
отделение. И, самый страшный, по директорскому мнению, аргумент – не
пропустим вашу диссертацию на Ученом совете института (которому он
председатель).

Тут вмешался мой начальник:
- А он уже защитился!
- Где?
- В автодорожном институте.
- Как, мы же его на нашем совете не рассматривали!

Пришлось разъяснить, что для Ученого Совета автодорожного утверждение
нашего нафиг не нужно. Приниимая работу к защите, затребовали лишь
протокол заседания отдела, что тема работы входила в план
научно-исследовательских работ, в предстваленных в диссере материалах
отражены оригинальные исследования автора - в подтверждение, что ни у
кого ничего не стырил. Плюс, как положено, характеристика с места
работы и сопроводилка руководства института в лице замдиректора по
научной части. Все это они и получили в установленном порядке, и его,
директора, беспокоить по таким пустякам не снадобилось, пусть и дальше
будет спокоен.

Однако он не успокоился:
- На какой стадии утверждение?
- В ВАКе.
Обрадовался:
- А, щас отзовем характеристику!

... Все, думаю, а вот уже уже пипец. Шикарное для ВАКа дополнение к
моей 5-й графе в условиях свежей раны, полученной Советским Союзом в
6-дневной войне Израиля. И я выбрасываю белый флаг:
- Хорошо, завтра будет вам заявление...

Удрученный, ухожу домой. По инерции лезу в почтовый ящик, за их гнусной
«Правдой». И из нее выпадает та самая вожделенная открытка из ВАКа – об
утверждении решения Ученого совета, присудившего ученую степень...
бла-бла-бла. «Правда», из которой выпала открытка, показалась мне уже
не такой гнусной, но читать ее не стал, а тут же вернулся в институт и
забабахал заявление.

Но не директору с просьбой о переводе в проектное отделение, а парторгу
института, копия – в горком партии. Типа, директор - хам, малограмотное
быдло, ничего не разумеет в деле, и т. д., и т. п. Для несомненной
пользы Дела пора гнать самой поганой метлой! Все аргументированно, по
полочкам. Попади в вышестоящие организации, может бы, и не выгнали,
волосатая лапа, естественно, была – раз держали за директора. Но жизнь
бы ему попортил изрядно, в гадюшнике хватало и врагов.

Утром отдал заявление парторгу, с которым был в хороших отношениях.
Жора офонарел:
- Ты что? Чего мне с этим делать?
- Отнеси Борову (местное погоняло директора).

Сам вернулся на рабочее место в ожидании грозы. И через несколько минут
она грянула: срочно вызвала секретарша. Чуть не в дверях встретил
потерпевший. Красный как рак.
- !!!???
- Вы требовали заявления – я принес.

Он понял, что это – чем-то обоснованная контратака. И, сменив тон, как
близкого друга просил войти в его бедственное положение. И даже со
вздохом сказал, что если бы у меня уже была степень, то вопрос бы не
поднимался. Я отвечаю – так есть, уже давно. С такого-то числа
(открытку готовили и пересылали с месяц).
- Так почему не сказали?
- Дык вы не спрашивали!
- Завлаб сказал – дело в ВАКе.
- Мало ли чего он сказал!

... А заявление о переводе в проектное отделение я все таки написал.
Нашли какую-то хитрожопую отмазку, типа на должности главспеца в
проектном отделении могут работать лица с учеными степенями и званиями,
за которыми сохраняется статус научных сотрудников со всеми
вытекающими. Таким образом, и волк-директор оказался сыт, и я,
подчиненный, агнец-не агнец, – цел.

© Алик, б/главспец ПКО № 5

Вчера<< 20 ноября >>Завтра
Самый смешной анекдот за 18.06:
- Алло, а Оля дома?
- Оли нет!
- Уже поздно, а вам, родителям, хоть бы хрен, где Оля, с кем Оля! Позвоните и позовите её домой! У меня нет больше денег поить вашу дочь!
Рейтинг@Mail.ru