Вот был бы тогда интернет
Летом 1824 года молодого чиновника десятого класса Александра Пушкина уволили с госслужбы в Одессе и выслали в имение матери, под надзор местного начальства.
Официальная причина: "за склонность к атеизму" неофициальная - за похуизм и раздолбайство.
В Михайловском Пушкин провёл с августа 1824 года по сентябрь 1826 года. За это время он написал «Бориса Годунова», центральные главы «Евгения Онегина», «Графа Нулина», десятки стихотворений, многие из которых вошли в в учебники
Это все знают, в школе проходили, но прикиньте, если бы эти 2 года Пушкин бы тупо зависал в тик-токе?
24.07.2026
Самые смешные истории за день!
упорядоченные по результатам голосования пользователей
Ах, водевиль, водевиль...
Вспомнилась полицейская байка, которую с удовольствием пересказывали чиновники сыска в 1899 году. Одна почтенная дама, жившая в Петербурге, тогда столице Российской Империи, была приглашена на свадьбу к знакомым в Москву. Увидела жениха и чуть не грохнулась в обморок. Когда силы вернулись, устроила грандиозный скандал: дескать, жених — сбежавший муж её дочери, который пропал вместе с деньгами и драгоценностями. Дама требовала вызвать полицию и арестовать негодяя. Жених клялся, что это не он. Его доставили в участок. После долгого разбирательства, проверки паспорта, визита к несчастному на квартиру и всех возможных свидетельств было установлено: сбежавший муж и задержанный жених – совершенно разные люди. Да, очень похожи, но даже не родственники. Почтенная дама долго не могла поверить, что это– не сбежавший зять. А свадьба, кажется, расстроилась. Чиновников сыска история сильно веселила. Они в лицах показывали, как несчастный жених убеждал, что он не аферист и не вор.
А через некоторое время выяснилось любопытное обстоятельство: оказалось, что у обоих — и у сбежавшего мужа, и у московского жениха — матери в молодости были актрисами небольших частных театров. Как известно, в те времена актрисы зачастую были женщинами с пониженной социальной ответственностью: в их контрактах с дирекцией прямо предписывалось завлекать богатых зрителей в буфет — один из главных денежных источников театра, — чтобы те там тратили деньги. В контракте открыто не говорилось, но намекалось: если зритель после этого захочет продолжить общение за пределами "храма искусства", дирекция не станет возражать.
Тут-то и всплыло пикантное обстоятельство: отец у обоих молодых людей, по всей вероятности, был один и тот же — некий чиновник или промышленник, который по службе часто бывал и в Петербурге, и в Москве и, будучи человеком ветреным, крутил романы с местными актрисами в обоих городах. Поговаривали даже, что оба — и честный жених, и муж-мошенник — до странности похожи на известного генерала Н., но достоверно ничего узнать так и не довелось: теста ДНК тогда ещё не существовало. Так и осталось это лишь догадкой, придававшей истории особый, почти водевильный шарм.
(Идея этого сюжета позаимствована у Антона Чижа; текст существенно расширен.)
Вспомнилась полицейская байка, которую с удовольствием пересказывали чиновники сыска в 1899 году. Одна почтенная дама, жившая в Петербурге, тогда столице Российской Империи, была приглашена на свадьбу к знакомым в Москву. Увидела жениха и чуть не грохнулась в обморок. Когда силы вернулись, устроила грандиозный скандал: дескать, жених — сбежавший муж её дочери, который пропал вместе с деньгами и драгоценностями. Дама требовала вызвать полицию и арестовать негодяя. Жених клялся, что это не он. Его доставили в участок. После долгого разбирательства, проверки паспорта, визита к несчастному на квартиру и всех возможных свидетельств было установлено: сбежавший муж и задержанный жених – совершенно разные люди. Да, очень похожи, но даже не родственники. Почтенная дама долго не могла поверить, что это– не сбежавший зять. А свадьба, кажется, расстроилась. Чиновников сыска история сильно веселила. Они в лицах показывали, как несчастный жених убеждал, что он не аферист и не вор.
А через некоторое время выяснилось любопытное обстоятельство: оказалось, что у обоих — и у сбежавшего мужа, и у московского жениха — матери в молодости были актрисами небольших частных театров. Как известно, в те времена актрисы зачастую были женщинами с пониженной социальной ответственностью: в их контрактах с дирекцией прямо предписывалось завлекать богатых зрителей в буфет — один из главных денежных источников театра, — чтобы те там тратили деньги. В контракте открыто не говорилось, но намекалось: если зритель после этого захочет продолжить общение за пределами "храма искусства", дирекция не станет возражать.
Тут-то и всплыло пикантное обстоятельство: отец у обоих молодых людей, по всей вероятности, был один и тот же — некий чиновник или промышленник, который по службе часто бывал и в Петербурге, и в Москве и, будучи человеком ветреным, крутил романы с местными актрисами в обоих городах. Поговаривали даже, что оба — и честный жених, и муж-мошенник — до странности похожи на известного генерала Н., но достоверно ничего узнать так и не довелось: теста ДНК тогда ещё не существовало. Так и осталось это лишь догадкой, придававшей истории особый, почти водевильный шарм.
(Идея этого сюжета позаимствована у Антона Чижа; текст существенно расширен.)
Про достойных потомков Эбенезера Скруджа.
В 1994 году, около 5 месяцев обучаясь в Англии, в Ньюкасле, мне с сотоварищами- студентами довелось пожить у местных хозяев-хозяек, которые сдавали комнаты в своих 2х — 3х этажных таунхаусах.
Одним из ярко запомнившихся «когнитивных диссонансов» было их, мягко скажем, рачительное отношение к расходованию коммунальных ресурсов, выходящему зачастую за все разумные пределы, не смотря на то, что само жилье было достаточно дорогим, т. е. сдавали его отнюдь не самые бедные и нуждающиеся люди.
Помню, как через пару дней проживания стандартно- фальшиво улыбающаяся хозяйка принесла ко мне в комнату договор с университетом и, тыкая в какие-то его пункты, стала настойчиво объяснять, что по договору она должна предоставить мне возможность пользоваться электричеством до 23:00, а я вчера выключил свет в моей комнате позже аж на полчаса.
Я несколько охренел от такого поворота событий, но попытался вежливо урегулировать ситуацию, сказав, что по вечерам перед сном я люблю читать (к слову, гаджетов, которые можно читать в кромешной темноте, тогда еще и в помине не было).
На это она, все также радушно-фальшиво улыбаясь, без капли иронии ответила (дословно) — «Нет проблем, выключай свет и можешь читать, сколько хочешь».
Прям таки «аттракцион неслыханной щедрости» с Туманного Альбиона, мистер Скрудж от зависти кусает локти и нервно курит в сторонке.
Особенно сакральным для англичан, судя по отношению к его расходу, был газ — складывалось ощущение, что для них это действительно «голубое золото».
У моего одногруппника Вадима, хозяин таунхауса, в котором он проживал, как то раз уехал из дома на несколько дней. А тут похолодало, и семья в его отсутствие решила пошиковать — «добавили» газу, да так, что в доме стали почти «английские тропики» - градусов 18, а то и все 20 «жары». Но, оказывается, этот продуман перед отъездом записал показания счетчика газа, а когда вернулся, то сразу же сверил цифры и был, скажем так, раздосадован излишним расходом этого сверхценного продукта. И чтобы «выравнять плановые показатели» он «прикрутил» газ до такого уровня, что вся семья вместе с матерящимся Вадимом неделю ходили по дому (и ели за столом) в том же, в чем приходили с улицы — в пальто и ботинках.
В доме у другой хозяйки, куда я переехал, отказавшись от супер щедрого предложения читать вечером с отключенным светом, наряду с аналогичной параноидальной экономией газа, окна были одинарные, с кучей не заделанных щелей, что не давало шансов на его адекватное отопление. Тут я испробовал на себе чудо инженерной мысли — электрическое одеяло. Действительно, зачем отапливать всю спальню, когда можно обойтись электрическим одеялом — этакой здоровенной грелкой. Как утром из под него вылезать — отдельная сага, зато это меня побуждало, не смотря на свободное посещение, с утра мчаться, яки лань стремительная, на учебу и оставаться там на все дополнительные активности — в университете было сильно теплее (ну, если быть до конца искренними, учиться нам еще и нравилось — нестандарный подход к обучению не оставил нас равнодушными, но это уже отдельная история).
Ну и притча во языцех — вода. Да, оказалось, что это не вымысел и в раковинах в большинстве своем нет смесителей, но есть пробка для затычки слива, дабы мы могли, не тратя попусту лишнюю бесценную влагу, умываться, чистить зубы и пр. так сказать «в одном флаконе» - действительно, ведь много чего ещё можно сделать с целой раковиной почти чистой воды — носки там постирать, например, не выливать же такую драгоценность, в самом деле.
Для принятия душа нам, от щедрот своих, хозяйка включала воду на один час раз в неделю строго по расписанию — в среду с 3 до 4 часов пополудни (не успел — ходи ещё неделю немытым), у нее был для этого «секретный кран» для душа в ванной. Мы, правда, как и положено находчивым русским студентам, быстро вычислили его расположение и «тайно» мылись в её отсутствие, нанося непоправимый ущерб её бюджету и водным ресурсам Англии, устав объяснять, что у нас принято мыться чаще, чем раз в неделю.
При этом одной только дороговизной коммуналки такую повальную скаредность было не объяснить — я, помню, поинтересовался местной стоимостью газа-воды-электричества — да, они стоили сильно дороже, конечно, чем у нас, но с учетом разницы в зарплатах-пенсиях (то бишь по паритету покупательной способности) выходило не настолько уж большое отличие, чтобы так «убиваться» по этому поводу, да и платили мы за проживание вполне прилично по тамошним меркам.
Я даже спросил при случае у одной нашей учительницы-англичанки из университета, в чем причина такого странного, на наш взгляд, их поведения, на что получил сильно тогда удививший меня ответ:
- Вы — богатая страна с большим количеством ресурсов и привыкли к их наличию, у нас же этих ресурсов изначально очень мало, и люди «генетически» привыкли сильно экономить, даже когда есть деньги, это у нас «в крови» - передается из поколения в поколение.
Для 1994 года, когда почти всё в стране разваливалось и еще даже и не планировало заново «собираться», а в показываемых в России фильмах та же Англия изображалась как общество всеобщего благоденствия — лорды, сэры, пэры, леди и джентльмены, и многие хотели «хоть тушкой, хоть чучелом» туда свалить — это была очень нестандарная точка зрения, хотя, наверное, она во многом объясняет, отчего англичанам спокойно не жилось и не живется на своем острове.
В 1994 году, около 5 месяцев обучаясь в Англии, в Ньюкасле, мне с сотоварищами- студентами довелось пожить у местных хозяев-хозяек, которые сдавали комнаты в своих 2х — 3х этажных таунхаусах.
Одним из ярко запомнившихся «когнитивных диссонансов» было их, мягко скажем, рачительное отношение к расходованию коммунальных ресурсов, выходящему зачастую за все разумные пределы, не смотря на то, что само жилье было достаточно дорогим, т. е. сдавали его отнюдь не самые бедные и нуждающиеся люди.
Помню, как через пару дней проживания стандартно- фальшиво улыбающаяся хозяйка принесла ко мне в комнату договор с университетом и, тыкая в какие-то его пункты, стала настойчиво объяснять, что по договору она должна предоставить мне возможность пользоваться электричеством до 23:00, а я вчера выключил свет в моей комнате позже аж на полчаса.
Я несколько охренел от такого поворота событий, но попытался вежливо урегулировать ситуацию, сказав, что по вечерам перед сном я люблю читать (к слову, гаджетов, которые можно читать в кромешной темноте, тогда еще и в помине не было).
На это она, все также радушно-фальшиво улыбаясь, без капли иронии ответила (дословно) — «Нет проблем, выключай свет и можешь читать, сколько хочешь».
Прям таки «аттракцион неслыханной щедрости» с Туманного Альбиона, мистер Скрудж от зависти кусает локти и нервно курит в сторонке.
Особенно сакральным для англичан, судя по отношению к его расходу, был газ — складывалось ощущение, что для них это действительно «голубое золото».
У моего одногруппника Вадима, хозяин таунхауса, в котором он проживал, как то раз уехал из дома на несколько дней. А тут похолодало, и семья в его отсутствие решила пошиковать — «добавили» газу, да так, что в доме стали почти «английские тропики» - градусов 18, а то и все 20 «жары». Но, оказывается, этот продуман перед отъездом записал показания счетчика газа, а когда вернулся, то сразу же сверил цифры и был, скажем так, раздосадован излишним расходом этого сверхценного продукта. И чтобы «выравнять плановые показатели» он «прикрутил» газ до такого уровня, что вся семья вместе с матерящимся Вадимом неделю ходили по дому (и ели за столом) в том же, в чем приходили с улицы — в пальто и ботинках.
В доме у другой хозяйки, куда я переехал, отказавшись от супер щедрого предложения читать вечером с отключенным светом, наряду с аналогичной параноидальной экономией газа, окна были одинарные, с кучей не заделанных щелей, что не давало шансов на его адекватное отопление. Тут я испробовал на себе чудо инженерной мысли — электрическое одеяло. Действительно, зачем отапливать всю спальню, когда можно обойтись электрическим одеялом — этакой здоровенной грелкой. Как утром из под него вылезать — отдельная сага, зато это меня побуждало, не смотря на свободное посещение, с утра мчаться, яки лань стремительная, на учебу и оставаться там на все дополнительные активности — в университете было сильно теплее (ну, если быть до конца искренними, учиться нам еще и нравилось — нестандарный подход к обучению не оставил нас равнодушными, но это уже отдельная история).
Ну и притча во языцех — вода. Да, оказалось, что это не вымысел и в раковинах в большинстве своем нет смесителей, но есть пробка для затычки слива, дабы мы могли, не тратя попусту лишнюю бесценную влагу, умываться, чистить зубы и пр. так сказать «в одном флаконе» - действительно, ведь много чего ещё можно сделать с целой раковиной почти чистой воды — носки там постирать, например, не выливать же такую драгоценность, в самом деле.
Для принятия душа нам, от щедрот своих, хозяйка включала воду на один час раз в неделю строго по расписанию — в среду с 3 до 4 часов пополудни (не успел — ходи ещё неделю немытым), у нее был для этого «секретный кран» для душа в ванной. Мы, правда, как и положено находчивым русским студентам, быстро вычислили его расположение и «тайно» мылись в её отсутствие, нанося непоправимый ущерб её бюджету и водным ресурсам Англии, устав объяснять, что у нас принято мыться чаще, чем раз в неделю.
При этом одной только дороговизной коммуналки такую повальную скаредность было не объяснить — я, помню, поинтересовался местной стоимостью газа-воды-электричества — да, они стоили сильно дороже, конечно, чем у нас, но с учетом разницы в зарплатах-пенсиях (то бишь по паритету покупательной способности) выходило не настолько уж большое отличие, чтобы так «убиваться» по этому поводу, да и платили мы за проживание вполне прилично по тамошним меркам.
Я даже спросил при случае у одной нашей учительницы-англичанки из университета, в чем причина такого странного, на наш взгляд, их поведения, на что получил сильно тогда удививший меня ответ:
- Вы — богатая страна с большим количеством ресурсов и привыкли к их наличию, у нас же этих ресурсов изначально очень мало, и люди «генетически» привыкли сильно экономить, даже когда есть деньги, это у нас «в крови» - передается из поколения в поколение.
Для 1994 года, когда почти всё в стране разваливалось и еще даже и не планировало заново «собираться», а в показываемых в России фильмах та же Англия изображалась как общество всеобщего благоденствия — лорды, сэры, пэры, леди и джентльмены, и многие хотели «хоть тушкой, хоть чучелом» туда свалить — это была очень нестандарная точка зрения, хотя, наверное, она во многом объясняет, отчего англичанам спокойно не жилось и не живется на своем острове.
Был у нас на работе лодырь. Постоянно придумывал отмазки.
И тут его просят такого-то числа выйти на работу.
И что вы думаете он сказал?
- Не могу, у меня у любимой бабушки день рождения, царствие ей небесное)
И перекрестился)
И тут его просят такого-то числа выйти на работу.
И что вы думаете он сказал?
- Не могу, у меня у любимой бабушки день рождения, царствие ей небесное)
И перекрестился)
Приехавших с территории СССР в Израиле называют русскими, нравится не всем, но спорить с терминологией занятие неблагодарное.
Я занимаюсь любительским дайвингом. Как принято, любители всегда платят (впрочем не только любители) и в частности в дайвинге есть огромное количество спецкурсов по различным темам, которые дают возможность использовать то или иное оборудование, спускаться на различную глубину и тому подобное. Я проходил в Эйлате курс deep diving, то есть глубоководного погружения, на самом деле не сильно глубоководного до 40 метров, хотя это максимум разрешенный для любителей. После того как я с инструктором спустился на эту глубину, инструктор взял пластиковую табличку и какой-то специальной тушью, которая позволяет писать под водой, написал ивритскими буквами, то что в русской транскрипции звучит примерно “блу хол тов”.
Я посмотрел на него потому, что ничего не понял он, посмотрел на меня поскольку не смог понять со мной всё в порядке, или я поймал азотное опьянение (есть такое состояние, вроде бы без похмелья, но на глубине опасно) После какого-то времени разглядывания друг друга, мы продолжили. Когда погружение закончилось и мы вышли на берег, я у него спросил что ты хотел написать? На что он ответил “blue hole” это на сленге дайверов глубоководное погружение, о'кей говорю, но это же английский, зачем его писать ивритским алфавитом?
- Мы же в Израиле
- Ладно, а почему ты “тов” (хорошее) написал с ошибкой (не та буква “т”)
- Так я же русский
Я занимаюсь любительским дайвингом. Как принято, любители всегда платят (впрочем не только любители) и в частности в дайвинге есть огромное количество спецкурсов по различным темам, которые дают возможность использовать то или иное оборудование, спускаться на различную глубину и тому подобное. Я проходил в Эйлате курс deep diving, то есть глубоководного погружения, на самом деле не сильно глубоководного до 40 метров, хотя это максимум разрешенный для любителей. После того как я с инструктором спустился на эту глубину, инструктор взял пластиковую табличку и какой-то специальной тушью, которая позволяет писать под водой, написал ивритскими буквами, то что в русской транскрипции звучит примерно “блу хол тов”.
Я посмотрел на него потому, что ничего не понял он, посмотрел на меня поскольку не смог понять со мной всё в порядке, или я поймал азотное опьянение (есть такое состояние, вроде бы без похмелья, но на глубине опасно) После какого-то времени разглядывания друг друга, мы продолжили. Когда погружение закончилось и мы вышли на берег, я у него спросил что ты хотел написать? На что он ответил “blue hole” это на сленге дайверов глубоководное погружение, о'кей говорю, но это же английский, зачем его писать ивритским алфавитом?
- Мы же в Израиле
- Ладно, а почему ты “тов” (хорошее) написал с ошибкой (не та буква “т”)
- Так я же русский
5
Мой старший двоюродный брат учился в ССХИ, который он расшифровывал как Самый Самый Плохой Институт.
- Ну почему же плохой, - удивлялся маленький я, - ведь хороший. "Хэ" - означает хороший!
- Нет, - отвечал старший брат, - плохой!
- Ну почему же плохой, - удивлялся маленький я, - ведь хороший. "Хэ" - означает хороший!
- Нет, - отвечал старший брат, - плохой!
Купил как-то осенью в Перекрёстке росток малины. Название сорта не запомнил. Запомнил только, что ремонтантная. Первое лето она проростала. Прочитал в Гуголе, что ремонтантный сорт малины надо осенью обрезАть под корень. Обрезал. Следующим летом она снова проросталаи к осени достигла росту метра-полтора. Без ягод. Закралось сомнение в обряде обрезания. Понял, что если продолжу обрезать по осени, то рискую повторить подвиг программиста, который следовал инструкции на шампуне: "Намылить голову, смыть водой. Повторить". И вышел из ванной только, когда шампунь закончился. Оставил, в итоге малину, как есть. Настало ещё одно лето, спасибо партии за это! Малина дала новые ростки, а прошлогодние заветвились. В середине июля на них появились ягоды. А созрели они в начале октября. Уже когда ночью ударил первый морозец. Были ягоды красные, красивы и очень крупные. Но отвратительные по вкусу... Ещё одно лето наступило. Уже в конце мая появились ягоды, а в середине июля они созрели. Крупные, тёмно-красные и очень вкусные! Скармливаю их домашним. А сам питаюсь тем, что даёт нам полудикая природа. Ну какая она может быть дикая в Подмосковье. Да и вкус у ягоды из леса отменный! Лучше садовой. Пару ягод съешь и аромат на полчаса. Земляника, лесная клубника, малина, черника (форте :)), костяника. Немного, но разбросано по всему лесу. И охраняют её верные стражники: комары, слепни и клещи!
Посеешь «потом», пожнешь «никогда»
Человек всю жизнь куда-то спешит, топчется на месте, а потом говорит, что прошел длинную дорогу. Утром он просыпается и решает, что жизнь — это барабан, чтобы постоянно во что-то бить.
— Начнёшь каркать — всё проворонишь! — часто повторял он себе, пытаясь доказать, что в очевидном сомневаться нужно вдвойне.
Словно уставшая птица, он садился на табурет и рассуждал: не устраивай курице разбор полетов. Вся эта суета казалась абсурдной, но мудрец внутри него точно знал: что бы ты ни делал — ты ищешь любовь. И даже когда поезд давно ушел, он философски улыбался, ведь если поезд ушел, то с ним ушел и вагон проблем.
(с) Юрий Тубольцев
Человек всю жизнь куда-то спешит, топчется на месте, а потом говорит, что прошел длинную дорогу. Утром он просыпается и решает, что жизнь — это барабан, чтобы постоянно во что-то бить.
— Начнёшь каркать — всё проворонишь! — часто повторял он себе, пытаясь доказать, что в очевидном сомневаться нужно вдвойне.
Словно уставшая птица, он садился на табурет и рассуждал: не устраивай курице разбор полетов. Вся эта суета казалась абсурдной, но мудрец внутри него точно знал: что бы ты ни делал — ты ищешь любовь. И даже когда поезд давно ушел, он философски улыбался, ведь если поезд ушел, то с ним ушел и вагон проблем.
(с) Юрий Тубольцев
Продолжение так полюбившейся вам истории про деда. 1993 год.
Помнится, послала меня бабка, и, кажется, если правильно расслышал, в магазин за луком. Ну принёс я ей этот лук, будь он неладен. А она опять чего-то недовольная осталась. Стала опять некрасиво ругаться, за мной гоняться. Слава богу, стрел не купил, а то бы застрелила мой амурчик меня сгоряча. А так всего лишь лук об меня сломала, да и глаз подбила. Хотя жалко, вещица знатная. Вот враги какие-нибудь пожаловали бы к нам в гости, а тут я, такой красивый и меткий, из-под печи стрельнул бы, и всё, капут врагам, победа. А так, кроме пулемёта и ящика гранат на сеновале, практически и ничего нет.
Голодранцы мы, почти хиппи. А вообще это слишком громко, разбегутся враги, как тараканы при свете по щелям. Так что же делать, почти голыми руками воевать?
Помниться, раньше в сибирском таёжном колхозе, пардон, даже до сортира опасно было ходить. Многие гадили там, где придётся, особо если где-то случайно веточка подозрительно хрустнула или глазки чьи-то в темноте засветились. Я раз пошутил с фонариком, ох мне и прилетело, дамы черезмерно нервные оказались. Чудом выжил с контузией, но не будем о грустном. А шишки с деревьев сами себя не добудут, белки не в счёт, те ещё затейницы.
Приходилось путь иногда гранатами освещать и штаны держать, пробегая сквозь вонючее минное поле под свист шишек и клёкот противных птиц. Многие, как я ранее и говорил, и недобегали, бедолаги.
Ох как нас соседи не любили, пока были живы, ну и мы их также тоже.
Зато они с утра по нужде, так сказать, коллективно ходили. Кто по надобности, а кто от страха. И это колхоз назывался «Путь ча», буковки «Ильи» отвалились или скорей были украдены ещё в восьмидесятые неизвестными людьми с явно пьяной бандитской физиономией. Ну и в целом крепкие раньше были люди, не чета нынешним. Правда, пахали, сеяли и так далее как-то не очень, без огонька. Я им, конечно, подсобил, пару растяжек поставил, ну и ещё кое-что, а они совсем обделавшись обиделись. Передвигались осторожно перебежками и ползком, но зато родину в отличие от нынешних любили. Правда, без ответной взаимности, но это уж как всегда.
В конечном итоге ни один не покинул живым этот колхоз, как ни старался. Всё по периметру лежат, украшая пейзаж, белеют косточками. Патриотизм это называется.
А я им говорил, как и бабке. Безопасность прежде всего, ну добрососедство наверное тоже. А она: зачем, скотина безмозглая, лук купил, зачем купил!? Обидно, честное слово. Когда вокруг и везде, за каждым углом. Кто с ножом, с ружьём, а кто и с кирпичом. Вот как тут не купить что-нибудь этакое для самозащиты!
Помнится, послала меня бабка, и, кажется, если правильно расслышал, в магазин за луком. Ну принёс я ей этот лук, будь он неладен. А она опять чего-то недовольная осталась. Стала опять некрасиво ругаться, за мной гоняться. Слава богу, стрел не купил, а то бы застрелила мой амурчик меня сгоряча. А так всего лишь лук об меня сломала, да и глаз подбила. Хотя жалко, вещица знатная. Вот враги какие-нибудь пожаловали бы к нам в гости, а тут я, такой красивый и меткий, из-под печи стрельнул бы, и всё, капут врагам, победа. А так, кроме пулемёта и ящика гранат на сеновале, практически и ничего нет.
Голодранцы мы, почти хиппи. А вообще это слишком громко, разбегутся враги, как тараканы при свете по щелям. Так что же делать, почти голыми руками воевать?
Помниться, раньше в сибирском таёжном колхозе, пардон, даже до сортира опасно было ходить. Многие гадили там, где придётся, особо если где-то случайно веточка подозрительно хрустнула или глазки чьи-то в темноте засветились. Я раз пошутил с фонариком, ох мне и прилетело, дамы черезмерно нервные оказались. Чудом выжил с контузией, но не будем о грустном. А шишки с деревьев сами себя не добудут, белки не в счёт, те ещё затейницы.
Приходилось путь иногда гранатами освещать и штаны держать, пробегая сквозь вонючее минное поле под свист шишек и клёкот противных птиц. Многие, как я ранее и говорил, и недобегали, бедолаги.
Ох как нас соседи не любили, пока были живы, ну и мы их также тоже.
Зато они с утра по нужде, так сказать, коллективно ходили. Кто по надобности, а кто от страха. И это колхоз назывался «Путь ча», буковки «Ильи» отвалились или скорей были украдены ещё в восьмидесятые неизвестными людьми с явно пьяной бандитской физиономией. Ну и в целом крепкие раньше были люди, не чета нынешним. Правда, пахали, сеяли и так далее как-то не очень, без огонька. Я им, конечно, подсобил, пару растяжек поставил, ну и ещё кое-что, а они совсем обделавшись обиделись. Передвигались осторожно перебежками и ползком, но зато родину в отличие от нынешних любили. Правда, без ответной взаимности, но это уж как всегда.
В конечном итоге ни один не покинул живым этот колхоз, как ни старался. Всё по периметру лежат, украшая пейзаж, белеют косточками. Патриотизм это называется.
А я им говорил, как и бабке. Безопасность прежде всего, ну добрососедство наверное тоже. А она: зачем, скотина безмозглая, лук купил, зачем купил!? Обидно, честное слово. Когда вокруг и везде, за каждым углом. Кто с ножом, с ружьём, а кто и с кирпичом. Вот как тут не купить что-нибудь этакое для самозащиты!
Долго не мог понять, что за так называемый рис нам продают в супермаркетах. Вроде и рис, но, если присмотреться, то вместо рисинок там какие-то обглоданные огрызки. Ни одной целой не найти. Когда его моешь, то вода превращается в молоко. Столько на нём налёта! Купил рис у узбеков на рынке. Стоит в два раза дороже, но там целый рис. Моешь водой - обычная крупа, никакой белой взвеси. Сваришь - получается не размазня, как с магазинного, а нормальный рис - рисинка к рисинке. Откуда же берётся это барахло в магазинах? Я прикинул, что огромный Китай потребляет хренову кучу риса. Когда его очищают от шелухи, как побочный продукт получаются колотые рисинки. Их просеивают, отделяют от целых рисинок, упаковывают и везут к нам под названиями "Краснодарский", "Кубань", "Увелка", "Националь", "Мистраль" и т.д.