Повторные истории

В апреле 1978 года Министерство внутренних дел СССР (МВД) организовало совещание
работников руководителей следственных органов, которое проходило в Смоленске.
Я в это время работал в должности главного инженера областного объединения
"Смоленскоблфотопарикмахерские" и отвечал за работу всех региональных фотографий.
Примерно за неделю до начала этого совещания в нашу контору приехал высокопоставленный сотрудник
этого ведомства и попросил "продублировать" работу их штатного фотографа.
Сейчас не помню точно, но на этой "сходке" должно было быть не менее 400 человек самого высокого ранга,
начиная от тогдашнего Министра, генерал-полковника Николая Анисимовича Щелокова.
(о трагической судьбе Н А можно прочитать в безграничном Интернете).
Совещание должно было проходить в большом зале Дома Советов, как тогда называлось здание
областной Администрации.
Получив такое "партийное задание", я решил провести пробную съёмку на месте будущего "эпохального события".
Пошёл в наш "Дом бытовых услуг", носивший символическое имя "ГАМАЮН", на первом этаже которого
размещалась "Фотография номер 50". Поговорил с ведущим фотографом Валентиной Культурной и сказал,
чтобы она подготовила аппаратуру к съёмке "на выезде".
У них ответственным за обеспечение этой "фотосессии" был милицейский подполковник по фамилии Серый.
В моё распоряжение была выделена автомашина, получившее позднее в народе название "буханка".
Накануне я заехал в "ГАМАЮН", загрузил в ам только что полученную из ГДР съёмочную камеру
"GLOBICA" с размером негатива 18х24 сантиметра.
Села рядом и фотограф Валентина Кузьмина, имевшая
четвертый профессиональный разряд. Она, бедная, как узнала, куда её везут, аж за причитала:
"Ой, не надо меня туда! Я боюсь" и т д. Как мог успокоил её.
А она, трясущаяся от страха, возьми да и спроси у подполковника:
"А что со мной будет, если фото не получится?"
А тот, почти в шутку и говорит:
"Место для вас в СИЗО всегда готово!"
Слёзы из её глаз полились ручьём. Еле очухалась.
Теперь о дне съёмки.
Погода стояла великолепная: на небе ни облачка, только солнышко светит высоко над горизонтом.
Надо сказать, что прождали мы на улице очень долго, потому что Николай Анисимович был принят
тогдашним Первым секретарем обкома партии Иваном Ефимовичем Клименко. Они, вероятно,
засиделись в его кабине, но в конце концов вдвоем вышли и сели в середине первого ряда импровизированной
трибуны, где уже покорно ожидали начала "фотосессии" около 400 сотрудников.
Рядом с нами находился и их "штатный" со старенькой фотокамерой ФК 13х18 на шатком деревянном штативе.
Съёмка началась и тут я заметил, что у моего "коллеги" вдруг из камеры выпало матовое стекло, без которого
съёмка просто невозможна!
Дальше было так. Нас с Валентиной привезли в "ГАМАЮН", где она проявила негативы.
Глянув на них, я понял, что всё получилось классно и сказал, чтобы она готовилась к печати
фотографий в количестве 400 (!) штук.
Через несколько минут приехал с серым хмурым лицом подполковник Серый, который сказал:
"Давайте счёт на любую сумму, мы всё оплатим, но к утру фотографии должны быть готовы!"
Эпилог: задача была выполнена, фотографии в нужном количестве были своевременно выданы заказчику!
Вот так.
С уважением, инженер-пенсионер
Вячеслав Дмитриевич Шеверев

Когда Брендону Гримшоу было под сорок, он бросил работу и начал новую жизнь. За 13 тысяч долларов он купил крошечный необитаемый остров на Сейшелах и переехал туда навсегда. Здесь Робинзон начал обустраивать свой новый дом. За 39 лет он посадил своими руками 16 тысяч деревьев и выстроил 5 километров тропинок. Брендон привлёк на остров 2000 новых видов птиц и завёл больше сотни гигантских черепах, которые уже были на грани вымирания. Благодаря усилиям Гримшоу на когда-то пустынном острове сейчас находится две трети фауны Сейшельских островов. Заброшенный клочок земли превратился в настоящий рай! Несколько лет назад принц Саудовской Аравии предложил Брендону Гримшоу за остров 50 миллионов долларов, но Робинзон отказался: «Не хочу, чтобы у богачей остров стал местом для отдыха. Лучше пусть он будет национальным парком, которым может наслаждаться каждый». Брендон добился того, что остров действительно объявили национальным парком.
Влад Сахань

Величайший космический розыгрыш в истории принадлежат американскому астронавту Оуэну Гэрриоту.

Это случилось в 1973 году на борту американской космической станции «Скайлэб». Гэрриот был не просто блестящим астронавтом — он был ещё и первоклассным шутником. И то, что он провернул с кассетным магнитофоном, заслуживает места в космическом фольклоре.

Перед полётом Гэрриот взял с собой диктофон. На него его жена Хелен записала несколько строк — часть сверхсекретного розыгрыша, задуманного специально для диспетчера полётов Роберта Криппена в Центре управления полётами.

Однажды перед началом ежедневной связи с Землей на вопрос диспетчера: «Скайлэб», это Хьюстон. Вы слышите?» Гэрриот встал у передатчика и нажал кнопку воспроизведения. Женский голос с орбиты ответил: «Добрый день, Хьюстон. Это Скайлэб».

На линии повисла тишина. Затем с Земли раздался неуверенный голос:

«…Кто это говорит?»
«Привет, Роберт. Это Хелен, жена Оуэна».
Долгая пауза. Затем Криппен, явно в панике, ответил:
«…Что ТЫ ТАМ делаешь?!»
«О, я просто решила принести ребятам что-нибудь поесть. Всё свежее и домашнее».

А потом — радиомолчание. Полная неразбериха.

На целую минуту Центр управления полётами замер.

А потом... связь прервалась. Вероятно, потому, что нервы диспетчера Роберта Криппена не выдержали.
До сих пор это остаётся одной из самых легендарных шуток в истории космоса.

Автор?

С Днём космонавтики🚀

12 апреля 1951 года произошёл воздушный бой между советскими и американскими ВВС над рекой Ялуцзян. Убедительную победу одержали советские лётчики-истребители. Этот день вошёл в историю американской авиации под названием «Чёрный четверг».

12 апреля 1951 года крупная группировка американских ВВС вылетела на боевое задание. Их целью было уничтожение стратегически важного железнодорожного моста через реку Ялуцзян в районе города Сингисю, по которому осуществлялось снабжение северокорейской армии со стороны Китая.

Основу группировки составляли 48 бомбардировщиков B-29 «Superfortress», которых сопровождали полторы сотни истребителей.
Советские РЛС засекли крупную группу самолетов противника, двигавшуюся со скоростью около 500 километров в час в сторону северокорейских позиций.
По тревоге были подняты 44 истребителя МиГ-15 324-й истребительной авиадивизии под командованием трижды Героя Советского Союза полковника Ивана Кожедуба. Летчики-добровольцы, имевшие богатый боевой опыт с асами Люфтваффе, с ходу вступили в бой, застав американцев врасплох. Поначалу они вообще не понимали, кто и откуда ведет по ним огонь — «МиГи» стремительно заходили сверху и в упор расстреливали нагруженные бомбами «суперкрепости». Группа советских истребителей преследовала головные B-29, остальные атаковали самолеты сопровождения, чтобы связать их боем и оттеснить от бомбардировщиков.

Через пару минут горело уже несколько B-29 — фугасные снаряды авиапушек «пятнадцатых» оставляли в фюзеляжах тяжеловесов огромные пробоины. Экипажам ничего не оставалось, кроме как выпрыгивать из падающих машин с парашютами. Некоторые подбитые бомбардировщики смогли уйти, но не все дотянули до аэродрома.

Бой продолжился более 20 минут. Советские истребители вернулись на базу без единой потери, сбив более 10 бомбардировщиков B-29 и 5 истребителей.
В результате воздушного сражения порядка 100 американских летчиков, выпрыгнувших с парашютом из гибнущих самолётов, попали в плен к северокорейцам. Эти потери шокировали американское командование - такого не было со времён Второй мировой войны. В итоге, в США был объявлен недельный траур, а налёты в район реки Ялуцзян прекратились на 3 месяца.

12 апреля 1951 года навсегда вошёл в историю американской авиации под названием «Чёрный четверг».

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 10 октября 1951 года гвардии капитану Сергею Макаровичу Крамаренко было присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда».

Из сети