История №396366

В самый разгар исторического периода под названием Перестройка,
советские граждане, сгорая от нетерпения, ожидали вечера. Бросали все
дела, сбегали с работы и, в предвкушении чуда, усаживались у телевизора.
С голубого экрана вещал чародей и кудесник той эпохи - Анатолий
Кашпировский. Под его тяжёлым взглядом, явно обладающим
нервно-паралитическим свойством, телезрители чувствовали себя
обречёнными кроликами, готовыми по первому же зову ринуться в пасть
удаву: «Сядьте удобно в кресло и расслабьтесь. Лечение уже началось…»
После так называемых целительных сеансов, Нина с Сергеем засыпали
тревожным сном, полным ночных кошмаров.
В тот раз Нина проснулась поздно с тяжёлой головой. Сергей рано ушёл на
работу, а ей, учительнице, в школу к третьему уроку. Не вполне
проснувшись, на автомате, она едва поставила на плиту чайник, как
тревожно задребезжал телефонный звонок: «Нина?» – откуда-то издалека
донёсся мрачный голос. «Кашпировский!?» – промелькнуло у неё в мозгу.
«Выключи чайник!» – приказал Анатолий Михайлович и повесил трубку. Она
приложила ладонь ко лбу, - вроде лоб был холодным. Подумала, - может
приснилось? Но плитку на всякий случай выключила. Привела себя в
порядок, и только успела снова включить плитку с чайником, как тут же
раздался телефонный звонок, и опять другой мужской голос потребовал:
«Выключи чайник!». «Приехали, - с тоской подумала Нинка, - надо срочно
звонить в поликлинику», - но не успела она подойти к телефону, как снова
раздался звонок. Нинка с ужасом смотрела на старенький аппарат, и, как
писал поэт: «Как бомбу, как змею, как жало обоюдоострое…», немея от
мистического страха она взяла трубку… Но в этот раз звонил муж. Вот что
выяснилось.
Сергею приходилось вставать ни свет ни заря, чтобы успеть на электричку.
Работал он в Подмосковном городе, час езды от Москвы. Попутчики уже были
хорошо знакомые, все ехали на работу в одном направлении. По дороге
травили анекдоты, делились спортивными новостями. Тем утром бульдозерист
Колян рассказывал забавную историю, как он приобрёл щенка мелкой породы
за 300 рублей и прихватил его с собой на рыбалку. Пока он сидел с
удочкой, пёс копошился в траве. Вдруг, из-за кроны густого дерева,
вынырнул ястреб. Не сбавляя скорости, он ухватил когтями визжащие 300
рублей, – и был таков.
На очередной станции в вагон вошла бабка с дорожной сумкой. С
несвойственной её преклонному возрасту расторопностью, продвинутая
старушка стригла свой законный гонорар, обслуживая пассажиров, чья душа
безмятежно требовала утреннего похмелья. В сумке находились на все вкусы
средства, возвращающие организм в рабочее состояние: в бутылках водка
«Московская» и портвейн «Агдам», а популярный народный напиток
собственного изготовления нежно плескался в эмалированном чайнике. Там
же находились гранённые стаканы, пузырчатые огурчики домашнего посола и
аккуратненькие бутерброды с колбаской. Когда бабулька из чайника
наливала Коляну самогон, Серёгу стало клинить: «Чайник, чайник, блин, не
выключил чайник!». Выключил ли он чайник, Сергей точно не помнил, после
дьявольского телевизионного целителя по утрам и трезвая голова плохо
работала. Мобил ещё не было, а ехать было ещё долго. Зная, что Нинка
спит крепко, он попросил ребят, кто будет выходить раньше, позвонить
Нинке…