История №1624544

«Главное, что не либерал?»: Разбор мифов о Владимире Мединском

Добрый день, сограждане! Приходится вновь поднимать тему, которая стала уже ритуальной: очередная попытка очернить Владимира Мединского, используя набор избитых штампов — от «красных корочек» до сомнений в его научной состоятельности. За этим стоит не что иное, как попытка представить патриотический взгляд на историю как нечто маргинальное, а либеральный мейнстрим — как единственно верный. Разберём этот «обличительный» опус по существу, без эмоций, но с фактами.

───

1. Ленинская стипендия и комитет комсомола: «красные корочки» или признание заслуг?

Заокеанский оппонент пишет: «ВМ получал Ленинскую стипендию — одну из самых престижных в СССР, входил в комитет комсомола МГИМО. Уверенно колебался вместе с курсом Партии».

Здесь всё предельно просто. Ленинская стипендия в МГИМО была единственной на факультете и присуждалась за выдающиеся успехи в учёбе и общественной деятельности. Тот факт, что Мединский её получал, говорит не о «колебаниях», а о том, что он был одним из лучших студентов. Входить в комитет комсомола — это нормальная студенческая активность. В 1980-е годы это была не «карьера», а форма общественной работы, участие в жизни вуза. Сейчас это пытаются выставить как «преступление» или «признак лояльности режиму». Но в те годы так делали тысячи студентов, и это не было чем-то зазорным или «продажным». Это просто факт биографии.

И да, Владимир Ростиславович действительно был в 1991 году в посольстве СССР в США, когда Союз уже умирал, и позже называл распад СССР «геополитической трагедией» . И это его личная позиция, а не «колебание». Можно с ней соглашаться или нет, но называть это «красными корочками» — просто нелепо.

───

2. Стажировка в посольстве США: не «красные корочки», а учебная практика

Автор иронизирует: «Прямо пахнуло красными корочками, да?» И тут же: «стажировался в пресс-службе советского, затем российского посольства в США».

По данным официальной биографии на сайте «Единой России», в 1991–1992 годах Мединский действительно проходил стажировку в пресс-службе посольства СССР (затем РФ) в Вашингтоне . Позже он работал в PR-агентстве «Корпорация «Я» (1992–1998) .

Во-первых, стажировка в посольстве — это часть учебного процесса для студентов МГИМО. Это не «секретная миссия», а обычная практика для будущих международников. Во-вторых, сам Мединский рассказывал, что его чуть не лишили этой стажировки из-за конфликта с преподавателями, и только вмешательство товарищей по комитету комсомола и ректора восстановило справедливость. В итоге вместо Праги ВМ поехал в Вашингтон. Где здесь «красные корочки»? Это обычная история студента, который отстаивал свои права.

───

3. Докторская диссертация: скандал, который не стал приговором

Автор пишет: «Экспертный совет ВАК рекомендовал лишить ВМ докторской степени за низкий научный уровень, но президиум ВАК степень сохранил».

Это правда, но только половина правды. Действительно, экспертный совет ВАК в октябре 2017 года проголосовал за лишение Мединского степени доктора исторических наук (17 голосов «за», 3 «против»). Однако президиум ВАК, рассмотрев все материалы, включая аргументы самого Владимира Ростиславовича, принял противоположное решение: 14 голосов «за» сохранение степени, 6 — «против». Более того, министр образования Ольга Васильева подписала приказ об отказе в лишении степени. Это была последняя инстанция.

Критики утверждали, что диссертация Мединского «подменяет научный подход идеологией» и что он «не открыл ничего нового». Мединский же настаивал на том, что его работа защищала национальные интересы. Спор шёл о том, что считать «научностью». В итоге формальная процедура была соблюдена, и степень осталась за ним. Называть это «скандалом» можно, но называть «доказательством некомпетентности» — нельзя. Это свидетельство того, что его подход к истории вызывает жаркие споры, но не того, что он «не историк».

───

4. Опыт управления культурой: был ли он?

Оппонент пишет: «Профессионального опыта управления театрами, музеями или крупными культурными учреждениями у ВМ почти не было». И это правда. До назначения министром культуры Мединский был главой комитета Госдумы по культуре (с 2011 года) . Но он также был автором книг по истории, членом Союза писателей, председателем Российского военно-исторического общества. То есть он был не «случайным человеком», а человеком, который много лет занимался историей и культурой, но с другой стороны — как публицист и политик, а не как музейщик или театральный менеджер.

Однако его назначение было сознательным выбором власти: нужен был не «профессиональный управленец», а человек, который будет проводить государственную политику в культуре. Это разные задачи. И можно спорить, хорош ли он был как министр, но называть его «некомпетентным» только потому, что у него не было опыта работы директором театра — это упрощение. Сам Мединский в ответ на критику указывал, что министерства культуры существуют во многих странах мира (дело было в 2019 году, когда музыкант Сергей Шнуров предложил "разогнать Минкульт"), а его сторонники (например, Владимир Жириновский) называли ВМ «первым патриотом-министром на своем посту» .

───

5. «Гугл-историки» и архивы: почему интернет — не истина в последней инстанции

Оппонент, по сути, заявляет: если он не нашёл информацию в «Гугле», значит, этого не было. Следовательно, Мединский — лжец. Но это, мягко говоря, не научный подход. Это подход человека, который никогда не держал в руках архивного дела и не представляет, как устроена историческая наука.

Можно ли по данным глобальной сети достоверно судить о российских архивах? Для этого хотя бы нужно, чтобы они были полностью оцифрованы. Но это далеко не так. Росархив хранит более 500 миллионов дел, и это информационный ресурс, которому может позавидовать огромное количество государств мира. Оцифровка такого массива — вопрос не одного года и не одного десятилетия.

Утверждение, что «все британские архивы выложены в интернет», также не соответствует действительности. Есть множество примеров, когда документы засекречены на десятилетия вперёд. Возьмите хотя бы Рудольфа Гесса. Его перелёт в Шотландию в 1941 году — одна из самых загадочных страниц Второй мировой войны. Файлы, касающиеся первого месяца пребывания Гесса в Британии, были засекречены до 2017 года. Более того, часть документов по делу Гесса засекречена до 2041 года. Это прямое признание того, что доступ к британским архивам ограничен и поныне.

То же самое касается и других архивов. Например, детали несостоявшегося визита Германа Геринга в Лондон в августе 1939 года до сих пор остаются скрытыми. Так что хвалёная «прозрачность» западных архивов — это миф, который разбивается о реальные факты.

Что касается Мединского, у него как у министра культуры действительно был доступ к ведомственным архивам, куда простым исследователям хода нет. Но это не означает, что В. М. что-то скрывает. Смысл в том, что он мог использовать закрытые источники, которые не выложены в сеть. Важно отметить, что в 2016 году Росархив был выведен из подчинения Министерству культуры и переподчинён напрямую президенту именно из-за особой ценности этих документов. Мединский же, будучи в должности, мог работать с этими фондами напрямую или через уполномоченных лиц, что давало ему доступ к первоисточникам.

───

Что на самом деле за этим стоит

Западники и псевдо-либералы используют двойные стандарты. Для них:

· быть коммунистом или комсомольцем — плохо,
· быть Ленинским стипендиатом — плохо,
· быть патриотом — плохо,
· быть «не либералом» — плохо.

А «либерализм», который нам навязывают уже 40 лет, давно превратился в карикатуру на самого себя. Это уже не свобода и демократия, а набор готовых ярлыков и запретов: «нельзя в России говорить о патриотизме», «нельзя защищать историю», «нельзя быть русским». Мединский не вписывается в эту систему, и поэтому его травят. Но это не делает его «плохим историком». Это делает его «неудобным» для тех, кто хочет, чтобы мы стыдились своей страны.

И да, стажировка в посольстве в 1991 году — это не «красные корочки», а просто часть биографии В.М. Как и Ленинская стипендия. Как и его докторская степень. Как и его патриотизм. Так что можно продолжать спорить о его подходах, о его книгах, о его политике. Но сводить всё к набору штампов — это уже не критика, а просто дешёвая манипуляция.

P.S. Учитывая, сколько минусов собрала предыдущая статья на эту тему, обсуждение придётся закрыть.
______