История №1580281

РУССКОЕ ПОРНО

(исп. Слава Ещенко)

Есть у меня друг, кандидат наук, но работает электриком, там больше платят. Однажды он мне предложил за 5 минут срубить большие бабки. Я говорю, я согласен на 8-часовой рабочий день, и во вторую, и в третью смену, а что надо делать? Друг сказал, надо сняться в русском порно, за него на Западе хорошо платят.
Я спросил, как он додумался. Он говорит, на работе влез на стремянку, а та вдруг раздвинула ноги, он упал в мусоропровод и прогремел на весь подьезд. Начальник сказал, такой порнографии в жизни не видел.
Я спросил, почему для сьемок он выбрал именно меня. Друг говорит, все малолетки ушли в "Тик-Ток", а ты, говорит, в самом соку, да и жена с тещей будут участвовать, как соковыжималки…
Мы в семье посовещались. Жена сказала, мол, деньги семье нужны, но ниже плинтуса она не опустится. И соврала, опускалась она ниже плинтуса и под ним нашла мою заначку.
Теща придумала сценарий для порнофильма. Муж приходит домой пьяный и не может найти кровать. Потом он кровать находит, но не может на нее влезть. Потом он на нее влезает, но не может на ней удержаться. То есть, секс защищенный, прямо федеральная безопасность.
Но у друга был свой сценарий. Я - сантехник, прихожу к домохозяйке чинить сливной бачок, и мы с ней такое учиняем! Мама, не горюй, а она и не горюет, а подглядывает и охает, мол, как так можно? И так, и этак, и вот так…
Порнофильм снимали у нас дома. Но в туалете сгорела лампочка, я стал вкручивать новую и ногой провалился в унитаз. Нога застряла и я стоял, как кот в сапоге - ни вылезти, ни нагадить. Теща не дала мне даже стакан воды, сказала, вода есть в унитазе, и кто что охраняет, тот то и имеет.
Из унитаза меня достали спасатели. За съемку порнофильма друг, конечно, ни хрена не заплатил, сказал, извини, но это не порнография, а издевательство над ЛГБТ. Но друг нашу семью не бросил, а предложил новый сценарий, и мы ударили по рукам… а лучше бы ему по морде.
Новую порнографию снимали в лесу у дороги. По сценарию я был сумасшедшим. Сбежал из дурдома и думаю, что я - телевизор, то есть, по всем программам показываю голую задницу. На дороге я останавливаю машину, в которой едут мать и дочь, то есть, мои жена и теща. И я заставляю их со мной втроем… как бы это сказать помягче… биться рожей об асфальт, чтобы стали лучше дороги! Но что-то опять пошло не так.
По просьбе друга-режиссера мы на сьемках так разошлись, как молния на брюках. Теща пищала, как надувная. Жена меня кусала, как шмат сала. Я женой, как рукавом, занюхивал. И тут на запах сала пришел весь муравейник. Мурашки бежали по спине только вниз, будто знали, где лучшее убежище.
Мы в машине всей семьей стали тут же раздеваться, хотя не договаривались. Друг раздевал тещу глазами. Никогда он не видел женскую грудь с надписью "Не забуду мать родную" на случай деменции.
Я снял с себя ногами носки и, путаясь, растегивал на жене лифчик, но лифчик не поддавался, ведь я - не виртуозы Москвы. Жена, как в танго, выставила вперед колено и нечаянно сделала мне "пих в пах, ой-е-ей, умирает зайчик мой…" Я зашатался. Режиссер кричал, чтобы я среди баб не шатался, как шатун, а ходил, как поршень… Я дал гудок, будто паровоз тронулся. Жена, как Анна Каренина, бросилась под поезд. Теща на сиденье развалилась, но сиденье под ней развалилось раньше. Теща сделала козье лицо, и на него откуда-то прибежал козел, бородатый, настоящий, а я еще думаю: кто это сзади машину толкает? Мы покатились под горку, в болото. Уклон был, как водка, сорок градусов, но не в стакане, а из горлА.
Вообще-то у меня нервы, как канаты, но я же не канатоходец. Сказал теще все, что о ней думаю, и зря. Гора с горой не сходятся, а я, дурак, с ней сошелся. Я ей слово, она мне два, я ей два, она мне четыре, я ей четыре, думал, она мне восемь. А она в меня как плюнет! Попала в лобовое стекло - ведро слюны, как у верблюда. Машина пошла вниз быстрее, я на руле, жена на мне, сверху теща.
Оператор с камерой сидел на крыше и снимал через люк. Головой стукнул в дерево так, что сверху упал дятел. Камера упала в салон, но продолжала снимать. Я не пытался выскочить, я пытался вскочить, потому что голым задом сел на камеру. Жена, пытаясь выскочить, открывала дверцу, но деревья дверцу закрывали, так что выскочила не жена, а на ней шишки.
Рядом с машиной бежал друг-режиссер. На дороге он, в прямом смысле этого слова, трахнулся, об бульдозер и знак "Дорожные работы".
И тут из леса вышла девочка со смартфоном и грибами, она по ягоды ходила. Ее мать кричала: "Ты где была? Выкладывай". А девочка: "Уже выложила, миллион просмотров".
Мы в машине рухнули в воду. Жена вынырнула, а теща назло мне цеплялась за дно подбородком. Я звал на помощь. Теща вынырнула и сказала: "Не кричи, рыбу распугаешь! Лучше слови, говорит, зеркального карпа, увидишь в зеркале харю рыбака".
За эту порнографию нам заплатили, как кот наплакал. Но кот, наверное, не плакал, а смеялся, скотина. Хотели срубить легкие бабки, но наша порнозвезда не взошла...

(с) Григорий Кофман