История №1477491

В 1997 мой папа Кирьянен, он же «деда», поехал в ООН на конгресс непредставленных народов, как Предводитель и Великий Вождь ингерманландских финнов. Не обращая внимания на вой домочадцев, уверенных, что теперь-то деда «опозорит флот» уже не локально, надев, к примеру, на защиту своего аспиранта зеленый галстук к синему пиджаку, а начнет гулеванить на международной арене, деда невозмутимо завернул пожилые домашние тапочки в пережившую перестройку газетку “Советский Спорт”, сунул сверток в портфель и полетел в ООН.
Он подружился там с индейцем. Индеец тоже был из непредставленных, и к завтраку в фешенебельном отеле спускался в перьях на голове. А Кирьянен приходил в домашних тапочках, и товарищи из ООН с уважением относились к экзотическому поведению indigenous people.
При этом «внешняя репутация» у деды совершенно безупречная - по работе он никогда ничего не забывает, а студенты вообще считают его высокоорганизованной и технически продвинутой личностью.
В общем, то, что папа вместо мази для обработки послеоперационной раны взял с собой в Италию глицерин для чистки холодильника, это в порядке вещей. То, что мама, не моргнув глазом, ему эту рану этим глицерином обрабатывала, тоже не очень удивительно. Парадокс, что ни с раной, ни с папой ровным счетом ничего не случилось. У их поколения какая-то фантастическая выживаемость.

Lisa Sallier