Поиск по автору:

Мир стоит на суете и лжепроблемах.

Сейчас балерина имеет право называть себя художником и не рисовать.

Смотрел в будущее, но взгляд уткнулся в ноги в миниюбке.

И тут выходит реализм, а мы его не замечаем и мечтаем.

Я всю жизнь переписывал первую главу и роман так и не написал.

Делай вид, что ты думаешь, - говорил бредогенератор.

Я отправил роман и не прикрепил текст, но издательство издало чистый лист.

Я отстоял свой текст, и редактор заплатил свои деньги за издание.

«Буду справедливо говорить», — сказал бредогенератор.

На Бора-Бора другие критерии отбора.

Лезь в то, что тебе безумно интересно, но не носом.

Мое «Я» - в другом контексте.

Есть решение - не решать.

Очень классная задумка, если подумать, оказывается недодумкой.

В этом сумасшедшем мире адекватные люди самые неадекватные.

Жизнь — это недобросовестный театр.

Мой внутренний цензор утонул в потоке сознания.

Чтобы жить на разумных началах, денег мало.

Малевич перекрасил белого лебедя в черный цвет и это назвали черным квадратом.

Хочешь совет? Обходись без советов.

Хочешь совет? Удвой ставки и найди гениальный ход!

Всё будет складываться, если в калькулятор поставишь шоколадные батарейки.

Не будь попутчиком плохих историй.

Жизнь никогда не подсказывает тому, у кого нет своего плана.

Есть формула любви между шахматистом и балериной, эта формула – никогда!

Философ нашего времени отличается от остальных тем, что понимает: партия жизни всегда заканчивается патом. Все ресурсы потрачены, короли живы, но никто никуда не может пойти. Поэтому настоящий мудрец либо берет в руки кий для бильярда, либо идет смотреть «Лебединое озеро».

Балерина промахивается мимо сцены — это провал премьеры и конец карьеры. Шахматист промахивается мимо хода — это всего лишь зевок, который завтра войдет во все учебники по тактике как «блестящая жертва фигуры в состоянии глубокой задумчивости».

— Мы совершенно разные люди! — вздохнул шахматист, переставляя ферзя. — Конечно, — улыбнулась балерина, сделав безупречный батман, — но заметь: и для твоих комбинаций, и для моих прыжков требуется идеальное чувство равновесия. Разница лишь в том, что твое стоит сорок рублей за деревянные фигуры, а мое — двадцать лет ежедневных слёз у зеркала.

Если балерина садится с тобой играть в шахматы, не обольщайся знанием теории дебютов: она всё равно поставит тебе мат грациозным движением кисти, против которого бессильны любые энциклопедии, потому что эстетика убивает логику чисто статистически.

В любви шахматиста и балерины главное — не перепутать финал: у него всё заканчивается тихим рукопожатием над доской и записью в турнирном бланке «0–1», а у неё — громом оваций, горой роз к пуантам и необходимостью вызвать скорую для обоих ахилловых сухожилий.

Когда балерина делает шаг назад, это элемент хореографии. Когда шаг назад делает шахматист — это потеря темпа, глубокий экзистенциальный кризис и повод схватиться за голову, пока судья поправляет упавшие от ужаса очки.

Я тебе как шахматист балерине говорю, разница между нами проста: я думаю на восемь ходов вперёд, а ты за эти же восемь тактов успеваешь прожить трагедию, любовь, предательство короля и тридцать два фуэте. Я просчитываю вечность, а ты её просто танцуешь.

Я тебе как шахматист балерине говорю — хотя, впрочем, не знаю, о чем с тобой говорить, когда твой словарный запас состоит из тридцати двух па, а мой умещается в тридцать две буквы пешечного строя.

— Мы совершенно разные люди! — вздохнул шахматист.

— Конечно, — улыбнулась балерина, сделав безупречный батман, — но заметь: и для твоих комбинаций, и для моих прыжков требуется идеальное чувство равновесия.

Если балерина садится с тобой играть в шахматы, не обольщайся знанием теории: она всё равно поставит тебе мат грациозным движением кисти, против которого бессильны любые дебютные справочники.

Шахматист смотрит на сцену Большого театра и думает: «Какая великолепная диагональ! Но зачем королеве тратить столько энергии, если можно было просто объявить шах?».

В любви шахматиста и балерины главное — не перепутать финал: у него всё заканчивается тихим рукопожатием и записью в бланке, а у неё — громом оваций и горой роз к пуантам.

Когда балерина делает шаг назад, это элемент хореографии. Когда шаг назад делает шахматист — это потеря темпа, глубокий кризис и повод схватиться за голову.

Я тебе как шахматист балерине говорю, разница между нами проста: я думаю на восемь ходов вперёд, а ты за эти же восемь тактов успеваешь прожить трагедию, любовь и тридцать два фуэте.

Я тебе как шахматист балерине говорю – хотя, в прочем, не знаю, о чем с тобой говорить.

Если балерина выиграла в Вас партию в шахматы, у Вас всегда есть шанс ее перетанцевать.

Если Вас втянули в чью-то чужую игру, сразу спросите, где здесь буфет: в чужих драмах это обычно единственное полезное место.

Дурак излучает необоснованный негатив.

Чтобы найти смысл, начни с чего-нибудь смешного.

Молчание накаляет обстановку хуже крика.

Наденешь короткую юбку, попадешь не на шутку.

Особенно, когда тебе за тридцать, по барам и кафе возможность находиться.

Бикини, мини, темный лес, зима, найти медведя проблема.

Время - непредсказуемая вещь, его никогда не рассчитаешь правильно.

Каждый репей по-своему привязывается.