Памятник жертвам кровавого режима на Лубянской площади
Рассказчик: Патрук
ИВАНОВИЧИ, ПАНТЕЛЕЙМОНОВИЧИ И ВЛАДИМИР ВЛАДИМИРОВИЧ
СКАЗКА
Жили в деревне два брата: Иван и Пантелеймон. Иван был мужик работящий, женился рано и на ладной девке и растил славных работящих ребятишек. А Пантелеймон пил и дебоширил. Ни одной девке как муж он не был интересен, и если бы жизнь шла естественным чередом, то род Пантелеймона скоро закончился бы на нем самом.
Но тут на лозунге "Фабрики – рабочим, землю – крестьянам" в стране победила революция. Новая власть пришла в деревню к Ивану и Пантелеймону и переделила всю землю поровну.
Для Пантелеймона началась новая жизнь. Он женился на деревенской шалаве и стал обзаводиться детишками. Но от старых привычек он не смог отказаться. Чтоб кормить семью, Пантелеймон распродавал свою новую землю и через несколько лет оказался батраком. Батрак из него получился, разумеется, никудышный, и если бы жизнь продолжалась естественным порядком, то род Пантелеймона закончился бы, теперь на его детях.
Тут Пантелеймону повезло еще раз. Новая власть придумала, что для строительства социализма ей не хватает городского пролетариата, а недостающий пролетариат можно раздобыть в деревне. Деревенским пролетариатом были объявлены батраки, а работящие крестьяне – деревенской буржуазией. А чтобы социализм строился быстрее, власть стала создавать деревенские фабрики – колхозы – и ставить начальниками туда, разумеется, деревенских пролетариев.
Так худшие в деревне были объявлены лучшими. А для Пантелеймона наступили золотые времена. Как наихудшего, его поставили командовать колхозом. У Пантелеймона зачесались руки на своих односельчан. "Я помню, как вы меня выпороли на деревенской площади, когда на воровстве поймали. Зато теперь вы все у меня попляшете!"
При таких начальниках работящему народу стало тошно жить в деревне. Дети Ивана – Ивановичи – стали уезжать в город. Но следом туда потянулись и некоторые Пантелеймоновичи. Главный революционный идеолог провозгласил, что социализм – это учет и контроль, и эту деятельность Пантелеймоновичи охотно оседлали. Ивановичей они сюда категорически не пускали, блюдя классовую чистоту своих рядов.
Из Пантелеймоновичей вышли подхалимы, вороватые заведующие складами и многочисленные тупые начальники. Пантелеймоновичи стали любимым объектом советской сатиры. Товарищ Огурцов из «Карнавальной ночи» - это типичный Пантелеймонович.
Но внезапно советская власть закончилась. Перед Пантелеймоновичами встала необходимость делать что-нибудь полезное, за что можно было бы получать деньги. Пантелеймоновичи заметались, многие впали в депрессию.
Но тут Пантелеймоновичам опять несказанно повезло. В результате невероятного стечения обстоятельства один из них пролез на самый верх: стал президентом страны. Он принялся назначать на хлебные должности родных себе людей, которые тут же занялись любимым делом - воровать. Хотя некоторым Пантелеймоновичам хлебных должностей не досталось.
Современного Пантелеймоновича, будь он при власти или нет, гложет комплекс неполноценности. Но он не хочет честно сказать: "Да, я из воровского отродья. Да, это мой род разваливал и продолжает разваливать прекрасную страну. Но лично я постараюсь хоть немного компенсировать причиненное нами зло". Нет, созидательная деятельность не для него.
Свой комлекс неполноценности Пантелеймоновичи подавляют разными способами. На публике Пантелеймоновичи до остервенения поддерживают и одобряют действующий режим. А в своем кругу Пантелеймоновичи предаются рассуждениям. Главная тема их рассуждений - весь русский народ ни на что не годен. Пантелеймоновичам кажется, что такие рассуждения могут превратить их в отдельный вид. Они не понимают, что чудес не бывает, а пословица "на воре шапка горит" есть в любом языке.
Надеяться, что эта гниль вымрет сама собой, больше не приходится. Предстоит большая борьба.
СКАЗКА
Жили в деревне два брата: Иван и Пантелеймон. Иван был мужик работящий, женился рано и на ладной девке и растил славных работящих ребятишек. А Пантелеймон пил и дебоширил. Ни одной девке как муж он не был интересен, и если бы жизнь шла естественным чередом, то род Пантелеймона скоро закончился бы на нем самом.
Но тут на лозунге "Фабрики – рабочим, землю – крестьянам" в стране победила революция. Новая власть пришла в деревню к Ивану и Пантелеймону и переделила всю землю поровну.
Для Пантелеймона началась новая жизнь. Он женился на деревенской шалаве и стал обзаводиться детишками. Но от старых привычек он не смог отказаться. Чтоб кормить семью, Пантелеймон распродавал свою новую землю и через несколько лет оказался батраком. Батрак из него получился, разумеется, никудышный, и если бы жизнь продолжалась естественным порядком, то род Пантелеймона закончился бы, теперь на его детях.
Тут Пантелеймону повезло еще раз. Новая власть придумала, что для строительства социализма ей не хватает городского пролетариата, а недостающий пролетариат можно раздобыть в деревне. Деревенским пролетариатом были объявлены батраки, а работящие крестьяне – деревенской буржуазией. А чтобы социализм строился быстрее, власть стала создавать деревенские фабрики – колхозы – и ставить начальниками туда, разумеется, деревенских пролетариев.
Так худшие в деревне были объявлены лучшими. А для Пантелеймона наступили золотые времена. Как наихудшего, его поставили командовать колхозом. У Пантелеймона зачесались руки на своих односельчан. "Я помню, как вы меня выпороли на деревенской площади, когда на воровстве поймали. Зато теперь вы все у меня попляшете!"
При таких начальниках работящему народу стало тошно жить в деревне. Дети Ивана – Ивановичи – стали уезжать в город. Но следом туда потянулись и некоторые Пантелеймоновичи. Главный революционный идеолог провозгласил, что социализм – это учет и контроль, и эту деятельность Пантелеймоновичи охотно оседлали. Ивановичей они сюда категорически не пускали, блюдя классовую чистоту своих рядов.
Из Пантелеймоновичей вышли подхалимы, вороватые заведующие складами и многочисленные тупые начальники. Пантелеймоновичи стали любимым объектом советской сатиры. Товарищ Огурцов из «Карнавальной ночи» - это типичный Пантелеймонович.
Но внезапно советская власть закончилась. Перед Пантелеймоновичами встала необходимость делать что-нибудь полезное, за что можно было бы получать деньги. Пантелеймоновичи заметались, многие впали в депрессию.
Но тут Пантелеймоновичам опять несказанно повезло. В результате невероятного стечения обстоятельства один из них пролез на самый верх: стал президентом страны. Он принялся назначать на хлебные должности родных себе людей, которые тут же занялись любимым делом - воровать. Хотя некоторым Пантелеймоновичам хлебных должностей не досталось.
Современного Пантелеймоновича, будь он при власти или нет, гложет комплекс неполноценности. Но он не хочет честно сказать: "Да, я из воровского отродья. Да, это мой род разваливал и продолжает разваливать прекрасную страну. Но лично я постараюсь хоть немного компенсировать причиненное нами зло". Нет, созидательная деятельность не для него.
Свой комлекс неполноценности Пантелеймоновичи подавляют разными способами. На публике Пантелеймоновичи до остервенения поддерживают и одобряют действующий режим. А в своем кругу Пантелеймоновичи предаются рассуждениям. Главная тема их рассуждений - весь русский народ ни на что не годен. Пантелеймоновичам кажется, что такие рассуждения могут превратить их в отдельный вид. Они не понимают, что чудес не бывает, а пословица "на воре шапка горит" есть в любом языке.
Надеяться, что эта гниль вымрет сама собой, больше не приходится. Предстоит большая борьба.
Предлагаю установить на Лубянской площади памятник-фонтан "Писающий мальчик"
52
Предлагаю поставить на Лубянской площади памятник рыбе-капле
Рыба-капля незаслуженно сравнивается с унылым гавном. Но эта прекрасная рыба достойна своего памятника! И самое подходящее место - напротив главного здания ФСБ.
63
Будьте вежливы
Во время учебы в колледже будьте особенно вежливы с подонками и дураками. Это ваши будущие начальники.
Старинный американский анекдот
Но сегодня это более чем злободневный российский анекдот. Про Путина и его окружение.
75
Гимн Юнармии: Когда нас в бой пошлет товарищ Путин, ответим просто: "Вова, иди на..."
83
текст удалён
Патрук (210)