Рассказчик: Оби Ван Киноби
Данный видеоролик является подлинным и был записан несколько лет назад. На кадрах запечатлен опасный пролет российского истребителя Су. Несмотря на приглушенный звук, на записи отчетливо слышна эмоциональная реакция пилота НАТО, выкрикнувшего «Holy f@ck!». В свое время эта публикация вызвала огромный резонанс на Западе и в мировых СМИ. Интересно, что за штурвалом находился опытный сорокалетний летчик — представитель поколения 90-х годов.
Дважды в год солнце над Гавайями достигает такого положения, вследствие чего видимые тени отсутствуют
Перед вами крупнейшая ныне живущая кошка на планете — Геркулес. Его вес составляет около 400 кг. Это параметры крупных бурых медведей😅
Если вам кажется, что он похож одновременно и на льва, и на тигра, вам не кажется. Потому что Геркулес — лигр. Лигр — гибрид двух видов, где папа — лев, а мама — тигрица.
В природе гибридов больших кошек никогда не встречали. Они появляются исключительно в зоопарках. А всё потому, что шанс появления детёныша от разных видов крайне мал — 1-2%. К тому же сейчас территории львов и тигров не пересекаются.
Самцы-лигры всегда стерильны, а вот самки могут давать потомство. Если скрестить лигрицу с обычным львом, то получится лилигр. Всего насчитывают не больше пяти задокументированных случаев появления такого потомства. И два из них произошло в России!
В Новосибирском зоопарке лигрица Зита дважды произвела потомство от льва Самсона. Первый раз на свет появился один котёнок, второй — три. Все четыре детёныша выжили.
28.06.2026, Остальные новые истории
В 1973 году обнаружили женщину, которая жила так, словно время остановилось в 1873 году — одинокую, забытую и замёрзшую. Ханне Хаксвелл было 47 лет, когда о ней узнали. Три десятилетия она провела в полном уединении на ферме Лоу Бирк Гатт, расположенной в отдалённом каменном домике Йоркширских Пеннин — одном из самых суровых и холодных уголков Англии. Там не было ни электричества, ни водопровода, ни центрального отопления, ни телефона. Соседи отсутствовали на многие километры вокруг. Лишь Ханна, её коровы и жестокие зимы с температурами, часто опускавшимися ниже −20°F.
В 1973 году команда Yorkshire Television услышала о женщине, живущей словно в викторианскую эпоху. Они отправились на её поиски, и их находка потрясла не только их, но и всю Британию. Коттедж Ханны представлял собой двухкомнатный каменный дом с такими тонкими стенами, что внутри зимой появлялся лёд. В доме не было ванной, лишь уличный туалет, а воду она брала из ручья, который замерзал на месяцы. Для питья ей приходилось растапливать снег.
У неё было всего одно платье, одно пальто и одна пара ботинок — вся одежда была в заплатках. Её доход составлял около 5 фунтов в неделю (примерно 10 долларов), которые она получала, продавая одну-две коровы в год. Рацион состоял из овсянки, картофеля и овощей, выращенных на каменистой почве. Радио, телевизора и газет у неё не было. Единственными её спутниками были коровы, за которыми она ухаживала вручную на удалённых пастбищах, куда современная техника не могла добраться.
Жизнь Ханны в 1973 году напоминала быт её бабушки в 1873-м. Она жила так одна с подросткового возраста. Документальный фильм «Слишком долгая зима» вышел в январе 1973 года, и вся Британия была поражена. Зрители увидели, как Ханна просыпается до рассвета в своём ледяном жилище, разбивает лёд в ведре с водой, кормит коров вручную и пробирается по колено в снегу, чтобы ухаживать за животными. Она рассказывала о зимах, когда не могла покинуть дом несколько дней подряд, и о лете, когда работала по 18 часов в сутки, кося сено вручную, так как не могла позволить себе технику. При этом она никогда не жаловалась: «Я справляюсь», — говорила она просто. «Делаешь то, что нужно».
Ответ на фильм был ошеломляющим. Тысячи писем и пожертвований пришли со всей страны. Люди присылали деньги, продукты и тёплую одежду. Её называли героиней и символом британской выносливости. Однако Ханна не выбирала такой образ жизни ради доказательств. Ферму она получила в наследство ещё подростком. Родители умерли рано, оставив ей хозяйство с долгами, которое едва обеспечивало выживание.
После выхода фильма многое изменилось. Благодаря пожертвованиям в доме провели электричество, она смогла приобрести небольшой обогреватель. Крышу отремонтировали, и лёд внутри перестал появляться. Впервые она перестала быть совсем одна — к ней начали приходить люди, она получала письма со всей страны.
В 1988 году, в возрасте 62 лет, Ханна продала ферму Лоу Бирк Гатт и переехала в небольшой коттедж в Котерстоне с современными удобствами. Следующие 30 лет она жила как местная знаменитость, но всегда оставалась скромной.
Она скончалась в 2018 году в возрасте 91 года. Её история живёт не только как символ стойкости, но и как напоминание о забытой бедности и силе простой женщины, которая никогда не стремилась к славе, но изменила свою жизнь, просто оставаясь сильной.
Из сети
В 1973 году команда Yorkshire Television услышала о женщине, живущей словно в викторианскую эпоху. Они отправились на её поиски, и их находка потрясла не только их, но и всю Британию. Коттедж Ханны представлял собой двухкомнатный каменный дом с такими тонкими стенами, что внутри зимой появлялся лёд. В доме не было ванной, лишь уличный туалет, а воду она брала из ручья, который замерзал на месяцы. Для питья ей приходилось растапливать снег.
У неё было всего одно платье, одно пальто и одна пара ботинок — вся одежда была в заплатках. Её доход составлял около 5 фунтов в неделю (примерно 10 долларов), которые она получала, продавая одну-две коровы в год. Рацион состоял из овсянки, картофеля и овощей, выращенных на каменистой почве. Радио, телевизора и газет у неё не было. Единственными её спутниками были коровы, за которыми она ухаживала вручную на удалённых пастбищах, куда современная техника не могла добраться.
Жизнь Ханны в 1973 году напоминала быт её бабушки в 1873-м. Она жила так одна с подросткового возраста. Документальный фильм «Слишком долгая зима» вышел в январе 1973 года, и вся Британия была поражена. Зрители увидели, как Ханна просыпается до рассвета в своём ледяном жилище, разбивает лёд в ведре с водой, кормит коров вручную и пробирается по колено в снегу, чтобы ухаживать за животными. Она рассказывала о зимах, когда не могла покинуть дом несколько дней подряд, и о лете, когда работала по 18 часов в сутки, кося сено вручную, так как не могла позволить себе технику. При этом она никогда не жаловалась: «Я справляюсь», — говорила она просто. «Делаешь то, что нужно».
Ответ на фильм был ошеломляющим. Тысячи писем и пожертвований пришли со всей страны. Люди присылали деньги, продукты и тёплую одежду. Её называли героиней и символом британской выносливости. Однако Ханна не выбирала такой образ жизни ради доказательств. Ферму она получила в наследство ещё подростком. Родители умерли рано, оставив ей хозяйство с долгами, которое едва обеспечивало выживание.
После выхода фильма многое изменилось. Благодаря пожертвованиям в доме провели электричество, она смогла приобрести небольшой обогреватель. Крышу отремонтировали, и лёд внутри перестал появляться. Впервые она перестала быть совсем одна — к ней начали приходить люди, она получала письма со всей страны.
В 1988 году, в возрасте 62 лет, Ханна продала ферму Лоу Бирк Гатт и переехала в небольшой коттедж в Котерстоне с современными удобствами. Следующие 30 лет она жила как местная знаменитость, но всегда оставалась скромной.
Она скончалась в 2018 году в возрасте 91 года. Её история живёт не только как символ стойкости, но и как напоминание о забытой бедности и силе простой женщины, которая никогда не стремилась к славе, но изменила свою жизнь, просто оставаясь сильной.
Из сети
23.06.2026, Новые истории - основной выпуск
«Хронический бабник
» и закоренелый холостяк, которым гордились индейцы »: судьба Гойко Митича — серба, ставшего легендарным индейцем
Для многих советских зрителей лицо благородного индейца с экрана было лицом Гойко Митича. Чингачгук, Зоркий Сокол, Оцеола — его герои учили справедливости, смелости и единству с природой. Многие мастерили луки, строили вигвамы и всей душой ненавидели «подлых бледнолицых». И лишь потом выяснилось: кумир — не индеец, а серб, спортсмен и каскадер, который всю жизнь пытался сбежать от этого образа. Но так и не смог — потому что стал легендой. Давайте узнаем о судьбе Гойко Митича...
Гойко Митич родился 13 июня 1940 года в сербском Лесковаце. Когда фашисты оккупировали Югославию, его отец ушел в партизаны, а маленького Гойко мама увезла в глухую горную деревню.
«Я не был испорчен цивилизацией, — вспоминает актер. — Лазил по деревьям, с шести лет скакал на лошади без седла. Воспитывали меня бабушка, мама и природа».
Он подавал надежды в спорте (даже входил в сборную Югославии по гребле), учил русский и немецкий и планировал стать тренером. Но судьба распорядилась иначе.
В институт физкультуры пришли представители кинематографа искать каскадеров для фильма «Ланселот и Гвиневра». Атлетичного Митича заметил сам Корнел Уайлд: «Ты похож на меня. Будешь моим дублером?»
Так Гойко выполнил свой первый рискованный трюк: падение с лошади в полном рыцарском доспехе под копыта сотен всадников.
Позже его пригласили в вестерны по романам Карла Мая об индейце Виннету. Митича густо красили морилкой, надевали парик — и получался идеальный «краснокожий». Он считал это веселым подработком, пока в 1965 году на него не положили глаз режиссеры с киностудии ДЕФА (ГДР).
Они задумали снять свой вестерн — «Сыновья Большой Медведицы» — и искали главного героя.
Звонок, который перевернул жизнь, застал Гойко в дверях — он собирался на лыжную прогулку. Неохотно согласившись приехать, он услышал вопрос: «Умеешь скакать на лошади?» — «Могу прямо сейчас показать» — ответил Митич на хорошем немецком.
«О, он и язык знает!» — обрадовались режиссеры. Так он получил главную роль.
Фильм стал сенсацией: его посмотрели 10 миллионов из 17-миллионного населения ГДР. А последовавшие «Чингачгук — Большой Змей» и «След Сокола» запустили в СССР настоящую «индейцеманию».
Мальчишки разрисовывали лица гуашью, а девчонки вздыхали по мускулистому, молчаливому герою с голосом Владимира Дружникова.
Митич переехал в ГДР и сыграл вождей в 12 фильмах ДЕФА. Он так проникся судьбой индейцев, что даже участвовал в написании сценариев. Но в какой-то момент ему захотелось все закончить.
Он даже попросил убить своего героя. Просьбу выполнили, но после шквала гневных писем от зрителей персонажа пришлось «воскресить».
Актер пытался доказать, что он разноплановый: играл Спартака, Робина Гуда, советского разведчика, снимался в фантастике и даже был Дедом Морозом. Но шлейф «главного индейца» тянулся за ним неотступно.
Ирония судьбы: в Америке его приняли как своего. В одной из резерваций шаман провел над ним ритуал и дал имя Волк.
«Ты подарил мне гордость за мой народ. Ты — наш герой!» — сказал старый индеец.
С таким обаянием и славой романы были неизбежны. Митич откровенно называл себя «хроническим бабником». Самые известные его увлечения — Барбара Брыльска (партнерша по «Зоркому Соколу») и немецкая актриса Рената Блюме (впоследствии вышедшая замуж за Дина Рида).
У актера есть дочь Натали (1992 г.р.) от романа с итальянкой. Но семья, по его словам, — не его путь:
«Я всё время много работал. Жена, семья — это не мой путь, но я ни о чем не жалею».
Сейчас 85-летний Митич живет в Берлине с подругой, чье имя держит в тайне, с улыбкой отмечая: «В моем вигваме тепло».
Несмотря на возраст, Митич в отличной форме. Он называет себя «молодым стариком»: плавает в реке круглый год, гребет на каяке, ездит на велосипеде и ныряет в прорубь.
«Груза прожитых лет я не чувствую. Возраст воспринимаю спокойно — в каждом есть свои прелести. Надо жить в гармонии с собой, без злости. И от каждого дня получать добрые эмоции» — говорит он.
И добавляет, что еще не поставил точку в карьере: «Планы сняться в хорошем кино были и есть. Поживем — увидим».
» и закоренелый холостяк, которым гордились индейцы »: судьба Гойко Митича — серба, ставшего легендарным индейцем
Для многих советских зрителей лицо благородного индейца с экрана было лицом Гойко Митича. Чингачгук, Зоркий Сокол, Оцеола — его герои учили справедливости, смелости и единству с природой. Многие мастерили луки, строили вигвамы и всей душой ненавидели «подлых бледнолицых». И лишь потом выяснилось: кумир — не индеец, а серб, спортсмен и каскадер, который всю жизнь пытался сбежать от этого образа. Но так и не смог — потому что стал легендой. Давайте узнаем о судьбе Гойко Митича...
Гойко Митич родился 13 июня 1940 года в сербском Лесковаце. Когда фашисты оккупировали Югославию, его отец ушел в партизаны, а маленького Гойко мама увезла в глухую горную деревню.
«Я не был испорчен цивилизацией, — вспоминает актер. — Лазил по деревьям, с шести лет скакал на лошади без седла. Воспитывали меня бабушка, мама и природа».
Он подавал надежды в спорте (даже входил в сборную Югославии по гребле), учил русский и немецкий и планировал стать тренером. Но судьба распорядилась иначе.
В институт физкультуры пришли представители кинематографа искать каскадеров для фильма «Ланселот и Гвиневра». Атлетичного Митича заметил сам Корнел Уайлд: «Ты похож на меня. Будешь моим дублером?»
Так Гойко выполнил свой первый рискованный трюк: падение с лошади в полном рыцарском доспехе под копыта сотен всадников.
Позже его пригласили в вестерны по романам Карла Мая об индейце Виннету. Митича густо красили морилкой, надевали парик — и получался идеальный «краснокожий». Он считал это веселым подработком, пока в 1965 году на него не положили глаз режиссеры с киностудии ДЕФА (ГДР).
Они задумали снять свой вестерн — «Сыновья Большой Медведицы» — и искали главного героя.
Звонок, который перевернул жизнь, застал Гойко в дверях — он собирался на лыжную прогулку. Неохотно согласившись приехать, он услышал вопрос: «Умеешь скакать на лошади?» — «Могу прямо сейчас показать» — ответил Митич на хорошем немецком.
«О, он и язык знает!» — обрадовались режиссеры. Так он получил главную роль.
Фильм стал сенсацией: его посмотрели 10 миллионов из 17-миллионного населения ГДР. А последовавшие «Чингачгук — Большой Змей» и «След Сокола» запустили в СССР настоящую «индейцеманию».
Мальчишки разрисовывали лица гуашью, а девчонки вздыхали по мускулистому, молчаливому герою с голосом Владимира Дружникова.
Митич переехал в ГДР и сыграл вождей в 12 фильмах ДЕФА. Он так проникся судьбой индейцев, что даже участвовал в написании сценариев. Но в какой-то момент ему захотелось все закончить.
Он даже попросил убить своего героя. Просьбу выполнили, но после шквала гневных писем от зрителей персонажа пришлось «воскресить».
Актер пытался доказать, что он разноплановый: играл Спартака, Робина Гуда, советского разведчика, снимался в фантастике и даже был Дедом Морозом. Но шлейф «главного индейца» тянулся за ним неотступно.
Ирония судьбы: в Америке его приняли как своего. В одной из резерваций шаман провел над ним ритуал и дал имя Волк.
«Ты подарил мне гордость за мой народ. Ты — наш герой!» — сказал старый индеец.
С таким обаянием и славой романы были неизбежны. Митич откровенно называл себя «хроническим бабником». Самые известные его увлечения — Барбара Брыльска (партнерша по «Зоркому Соколу») и немецкая актриса Рената Блюме (впоследствии вышедшая замуж за Дина Рида).
У актера есть дочь Натали (1992 г.р.) от романа с итальянкой. Но семья, по его словам, — не его путь:
«Я всё время много работал. Жена, семья — это не мой путь, но я ни о чем не жалею».
Сейчас 85-летний Митич живет в Берлине с подругой, чье имя держит в тайне, с улыбкой отмечая: «В моем вигваме тепло».
Несмотря на возраст, Митич в отличной форме. Он называет себя «молодым стариком»: плавает в реке круглый год, гребет на каяке, ездит на велосипеде и ныряет в прорубь.
«Груза прожитых лет я не чувствую. Возраст воспринимаю спокойно — в каждом есть свои прелести. Надо жить в гармонии с собой, без злости. И от каждого дня получать добрые эмоции» — говорит он.
И добавляет, что еще не поставил точку в карьере: «Планы сняться в хорошем кино были и есть. Поживем — увидим».
17.06.2026, Новые истории - основной выпуск
Он свернул шею конвоиру и прошел пешком больше тысячи километров по немецким тылам: как советский генерал дважды сбегал из плена и вернулся на фронт
Двадцать второе июня 1941 года генерал-майор Александр Бондовский встретил в своем кабинете. На часах было четыре утра, когда за окном начали рваться первые бомбы. Только что закончилось совещание по снабжению, все разошлись спать, и тут началось такое, что сон отменился сразу на несколько лет вперед. Его 85-я стрелковая дивизия стояла под Гродно, в двух шагах от границы. Бондовский успел вывести людей из лагеря до того, как немецкая авиация накрыла пустые палатки. Но это было только начало. Впереди его ждали два плена, два дерзких побега и больше тысячи километров пешком по вражеской земле.
В тот же день к нему привели сбитого немецкого летчика. Зенитчики сбили его после того, как наш истребитель протаранил вражеский самолет. Пленный вел себя нагло, не отвечал на вопросы, а сам спрашивал, скоро ли падет Минск. При обыске под его форменным кителем нашли гражданскую одежду. Оказалось, что если бы его подбили, он планировал затеряться среди местных жителей и продолжать разведку. Но куда больше генерала поразила история советского пилота, который пошел на таран. Бондовский разыскал его в медсанбате. Тот рассказал, что в полку дежурили всего два летчика — остальные уехали в театр в Минск. Эти двое взлетели без приказа. Старший политрук сбил два или три бомбардировщика, но его самолет подожгли. Раненый, он сел, пересел в другую машину и снова взлетел. Сбил еще один самолет, его опять подбили, он опять сел, пересел в третий истребитель и дрался, пока не кончились патроны. Тогда он ударил врага винтом. Выжил. Врачи насчитали у него больше десяти ранений.
Двадцать четвертого июня пришел приказ наступать на Гродно. Генерал понимал, что сил нет, но приказ есть приказ. Дивизия двинулась двумя колоннами. И тут начался ад. Девять с половиной часов подряд немецкие самолеты сменяли друг друга. Одна девятка бомбит, уходит, на ее место заходит вторая и штурмует с бреющего полета. И так без остановки с утра до темноты. Колонны были прижаты к земле, потери в орудиях, машинах и лошадях были чудовищными. Наутро бойцы тащили пушки на себе — лошадей перебили. Еда кончилась, патроны собирали у убитых. Несмотря на это, один из полков все-таки захватил старое стрельбище и редуты Гродненской крепости. Но потом пришел приказ отходить. Дивизия попала в котел.
Из окружения прорывались двумя группами. Одной повезло — она вышла к своим через три недели. Второй командовал сам Бондовский. Двадцать первого июля его группу накрыли у деревни Миляевка. Генерал назвался рядовым, чтобы остаться с бойцами. Их погнали в колонне на запад. На четвертый или пятый день, когда колонна проходила мимо деревни Дубенка, Бондовский переглянулся с товарищами, и они бросились на конвоиров. Убили троих и убежали в лес.
До своих он добирался полтора месяца. Питался тем, что давали крестьяне. Шестнадцатого сентября 1941 года вышел к линии фронта. Свобода продлилась чуть больше месяца. Двадцать первого октября при попытке переправиться через реку Десну он снова попал в плен. На этот раз судьба дала ему ровно сутки. Пленных загнали на ночлег в сарай. Генерал дождался момента, напал на охранника и свернул ему шею голыми руками. Вырвался один.
Дальше были два месяца одиночного пути через Новгород-Северский, Глухов, Рыльск и Курск. Зима наступала на пятки. Двадцать четвертого декабря у деревни Крюково он пересек линию фронта и вышел к своим бойцам. Если сложить весь пройденный путь от белорусской Дубенки до курского Крюкова, получится больше тысячи километров. Пять месяцев скитаний. Два плена. Два побега. Он единственный советский генерал, который смог провернуть такое.
Дома его встретили не с распростертыми объятиями. Четыре месяца контрразведчики проверяли, чем он занимался в плену и почему так долго блуждал по тылам. Обвинений не предъявили, но на фронт не пустили — отправили преподавать на курсы. Бондовский писал рапорт за рапортом, просился обратно в строй. Только в конце 1943 года его назначили заместителем командира корпуса, а потом дали дивизию. Воевал он успешно, но недолго. Двадцать третьего февраля 1944 года при форсировании Днепра попал под артиллерийский обстрел. Врачи ампутировали ему правую ногу. После госпиталя он снова преподавал, потом заведовал военной кафедрой в Полтаве. Уволился в запас в 1947 году. Умер в 1970 году в Иванове. На его кителе три ордена Красной Звезды, два ордена Красного Знамени, орден Ленина и именное оружие. В Гродно есть улица его имени и памятник бойцам его дивизии, которые стояли насмерть в июне 1941 года.
Двадцать второе июня 1941 года генерал-майор Александр Бондовский встретил в своем кабинете. На часах было четыре утра, когда за окном начали рваться первые бомбы. Только что закончилось совещание по снабжению, все разошлись спать, и тут началось такое, что сон отменился сразу на несколько лет вперед. Его 85-я стрелковая дивизия стояла под Гродно, в двух шагах от границы. Бондовский успел вывести людей из лагеря до того, как немецкая авиация накрыла пустые палатки. Но это было только начало. Впереди его ждали два плена, два дерзких побега и больше тысячи километров пешком по вражеской земле.
В тот же день к нему привели сбитого немецкого летчика. Зенитчики сбили его после того, как наш истребитель протаранил вражеский самолет. Пленный вел себя нагло, не отвечал на вопросы, а сам спрашивал, скоро ли падет Минск. При обыске под его форменным кителем нашли гражданскую одежду. Оказалось, что если бы его подбили, он планировал затеряться среди местных жителей и продолжать разведку. Но куда больше генерала поразила история советского пилота, который пошел на таран. Бондовский разыскал его в медсанбате. Тот рассказал, что в полку дежурили всего два летчика — остальные уехали в театр в Минск. Эти двое взлетели без приказа. Старший политрук сбил два или три бомбардировщика, но его самолет подожгли. Раненый, он сел, пересел в другую машину и снова взлетел. Сбил еще один самолет, его опять подбили, он опять сел, пересел в третий истребитель и дрался, пока не кончились патроны. Тогда он ударил врага винтом. Выжил. Врачи насчитали у него больше десяти ранений.
Двадцать четвертого июня пришел приказ наступать на Гродно. Генерал понимал, что сил нет, но приказ есть приказ. Дивизия двинулась двумя колоннами. И тут начался ад. Девять с половиной часов подряд немецкие самолеты сменяли друг друга. Одна девятка бомбит, уходит, на ее место заходит вторая и штурмует с бреющего полета. И так без остановки с утра до темноты. Колонны были прижаты к земле, потери в орудиях, машинах и лошадях были чудовищными. Наутро бойцы тащили пушки на себе — лошадей перебили. Еда кончилась, патроны собирали у убитых. Несмотря на это, один из полков все-таки захватил старое стрельбище и редуты Гродненской крепости. Но потом пришел приказ отходить. Дивизия попала в котел.
Из окружения прорывались двумя группами. Одной повезло — она вышла к своим через три недели. Второй командовал сам Бондовский. Двадцать первого июля его группу накрыли у деревни Миляевка. Генерал назвался рядовым, чтобы остаться с бойцами. Их погнали в колонне на запад. На четвертый или пятый день, когда колонна проходила мимо деревни Дубенка, Бондовский переглянулся с товарищами, и они бросились на конвоиров. Убили троих и убежали в лес.
До своих он добирался полтора месяца. Питался тем, что давали крестьяне. Шестнадцатого сентября 1941 года вышел к линии фронта. Свобода продлилась чуть больше месяца. Двадцать первого октября при попытке переправиться через реку Десну он снова попал в плен. На этот раз судьба дала ему ровно сутки. Пленных загнали на ночлег в сарай. Генерал дождался момента, напал на охранника и свернул ему шею голыми руками. Вырвался один.
Дальше были два месяца одиночного пути через Новгород-Северский, Глухов, Рыльск и Курск. Зима наступала на пятки. Двадцать четвертого декабря у деревни Крюково он пересек линию фронта и вышел к своим бойцам. Если сложить весь пройденный путь от белорусской Дубенки до курского Крюкова, получится больше тысячи километров. Пять месяцев скитаний. Два плена. Два побега. Он единственный советский генерал, который смог провернуть такое.
Дома его встретили не с распростертыми объятиями. Четыре месяца контрразведчики проверяли, чем он занимался в плену и почему так долго блуждал по тылам. Обвинений не предъявили, но на фронт не пустили — отправили преподавать на курсы. Бондовский писал рапорт за рапортом, просился обратно в строй. Только в конце 1943 года его назначили заместителем командира корпуса, а потом дали дивизию. Воевал он успешно, но недолго. Двадцать третьего февраля 1944 года при форсировании Днепра попал под артиллерийский обстрел. Врачи ампутировали ему правую ногу. После госпиталя он снова преподавал, потом заведовал военной кафедрой в Полтаве. Уволился в запас в 1947 году. Умер в 1970 году в Иванове. На его кителе три ордена Красной Звезды, два ордена Красного Знамени, орден Ленина и именное оружие. В Гродно есть улица его имени и памятник бойцам его дивизии, которые стояли насмерть в июне 1941 года.
Самая невероятная катастрофа советского истребителя: как один самолет попытался сбежать без пилота.
В 1989 году на один из домов бельгийской деревушки Беллегем упал советский истребитель МиГ-23. Так закончился один из самых нелепых полетов в истории мировой авиации.
Трагедия начала разворачиваться в девять часов утра 4 июля 1989 года, когда с военного аэродрома польского города Колобжега взлетел истребитель МиГ-23 под управлением полковника Николая Скуридина. Это был обычный тренировочный полет, истребитель был не вооружен, если не считать 260 23-миллиметровых снарядов к авиационной пушке, полковник Скуридин был опытным летчиком, имевшим налет 1700 часов из которых 527 часов он налетал на МиГ-23.
Через сорок секунд после взлета что-то пошло не так: обороты двигателя стали падать, самолет прекратил набирать высоту и Скуридин решил катапультироваться, полагая, что истребитель через несколько секунд разобьётся. После эвакуации двигатель МиГ-23 вновь заработал, и самолет (уже без пилота) продолжил набор высоты.
Командование 871-го Померанского Краснознаменного истребительного полка, которому принадлежал самолет, после объяснений Скуридина решило, что МиГ-23 упал в Балтийском море и организовало поиски обломков истребителя, который тем временем сумел набрать высоту 12 000 метров и летел на запад на автопилоте. Самолет пересек границу Польши и ГДР, а при подлете к границе ФРГ был обнаружен операторами натовских радаров, которые «навели» на него два истребителя ВВС США.
Сблизившись с МиГ-23, американские летчики с изумлением увидели, что в кабине самолета никого нет. Также они доложили диспетчеру, что на самолете нет вооружения и предложили его сбить. Но диспетчер запретил сбивать советский истребитель, полагая, что обломки, падая с высоты 12 километров, могут накрыть весьма значительную, густонаселенную площадь, что могло привести к жертвам и разрушениям. В сопровождении американских самолетов МиГ-23 вошел в бельгийское воздушное пространство и почти дотянул до французской границы, где его уже поджидали истребители Mirage-2000, пилоты которых, в отличие от американцев, имели четкий приказ сбить самолет сразу же по пересечении франко-бельгийской границы.
Применять оружие «миражам» не пришлось: израсходовав все топливо, МиГ-23 начал плавно снижаться и в 10 часов 37 минут упал в нескольких километрах от французской границы. К сожалению, он угодил точно в один из домов бельгийской деревушки Беллегем, похоронив под его обломками 19-летнего Вима Деларе. Вот уж, что называется, не повезло, так не повезло...
Сразу же разгорелся международный скандал. Правительства Бельгии и ФРГ обратились за разъяснениями к советской стороне, пытаясь получить ответ на вопрос, почему это советские истребители без всякого предупреждения вторгаются в воздушные пространства других стран, а СССР в течение долгого времени не предупреждает о таких ЧП? Западноевропейцы больше всего опасались того, что на самолете могли находиться ракеты или бомбы и тогда масштаб разрушений был бы совсем другим. Кое-кто заговорил даже о том, что МиГ-23 мог нести ядерную бомбу, но советская сторона в лучших традициях гласности и нового мышления заверила, что вышло досадное недоразумение и что пока МиГ-23 летел над ФРГ и Бельгией, его обломки искали в Балтийском море. Вот почему западноевропейским «партнерам» ничего не сообщили заранее.
Советский Союз предложил создать двухстороннюю комиссию по расследованию катастрофы и также согласился выплатить 685 000 долларов компенсации за гибель Вима Деларе и уничтожение дома. Вскоре советские специалисты были допущены к месту катастрофы, им даже было разрешено вывести обломки истребителя обратно в СССР. Во многом такое сотрудничество стало возможным благодаря разрядке конца восьмидесятых годов, когда два военных блока – НАТО и стран Варшавского договора — начали налаживать диалог, перестав смотреть друг на друга как на непримиримых врагов.
Полет беспилотного МиГ-23 из Польши в Бельгию, когда самолет смог без участия летчика пролететь более девятисот километров, является в чем-то уникальным. В истории мировой авиации и раньше были случаи, когда летчики слишком быстро покидали самолеты, и те продолжали еще какое-то время лететь самостоятельно, но никто не смог проделать такой длинный путь. Этот полет можно было бы считать курьезным, упади МиГ-23 где-нибудь в чистом поле, но закончился полет трагедией. Видимо, несчастному Виму Деларе самой судьбой было предназначено погибнуть таким образом, ведь проработай двигатель МиГ-23 хотя бы на секунду больше или меньше, то молодой человек остался бы жив.
Стоит упомянуть и еще один малоизвестный факт. В тот же день, 4 июля 1989 года, случилась еще одна катастрофа, также приведшая к печальным последствиям. Все в той же Польше, в воздухе столкнулся советский фронтовой бомбардировщик Су-24 и польский планер. Произошло это опять-таки из-за череды нелепых случайностей и ошибок, и если повреждения Су-24 оказались не фатальными и летчик посадил бомбардировщик на своем аэродроме, то польскому планеристу столкновение с «сушкой» стоило жизни. Однако главной темой того дня в европейской прессе был «самолет-беглец» МиГ-23, тем более, что случился этот инцидент во время визита тогдашнего генсека Михаила Горбачева во Францию, куда за ним следом едва не прилетел и советский беспилотный истребитель.
В 1989 году на один из домов бельгийской деревушки Беллегем упал советский истребитель МиГ-23. Так закончился один из самых нелепых полетов в истории мировой авиации.
Трагедия начала разворачиваться в девять часов утра 4 июля 1989 года, когда с военного аэродрома польского города Колобжега взлетел истребитель МиГ-23 под управлением полковника Николая Скуридина. Это был обычный тренировочный полет, истребитель был не вооружен, если не считать 260 23-миллиметровых снарядов к авиационной пушке, полковник Скуридин был опытным летчиком, имевшим налет 1700 часов из которых 527 часов он налетал на МиГ-23.
Через сорок секунд после взлета что-то пошло не так: обороты двигателя стали падать, самолет прекратил набирать высоту и Скуридин решил катапультироваться, полагая, что истребитель через несколько секунд разобьётся. После эвакуации двигатель МиГ-23 вновь заработал, и самолет (уже без пилота) продолжил набор высоты.
Командование 871-го Померанского Краснознаменного истребительного полка, которому принадлежал самолет, после объяснений Скуридина решило, что МиГ-23 упал в Балтийском море и организовало поиски обломков истребителя, который тем временем сумел набрать высоту 12 000 метров и летел на запад на автопилоте. Самолет пересек границу Польши и ГДР, а при подлете к границе ФРГ был обнаружен операторами натовских радаров, которые «навели» на него два истребителя ВВС США.
Сблизившись с МиГ-23, американские летчики с изумлением увидели, что в кабине самолета никого нет. Также они доложили диспетчеру, что на самолете нет вооружения и предложили его сбить. Но диспетчер запретил сбивать советский истребитель, полагая, что обломки, падая с высоты 12 километров, могут накрыть весьма значительную, густонаселенную площадь, что могло привести к жертвам и разрушениям. В сопровождении американских самолетов МиГ-23 вошел в бельгийское воздушное пространство и почти дотянул до французской границы, где его уже поджидали истребители Mirage-2000, пилоты которых, в отличие от американцев, имели четкий приказ сбить самолет сразу же по пересечении франко-бельгийской границы.
Применять оружие «миражам» не пришлось: израсходовав все топливо, МиГ-23 начал плавно снижаться и в 10 часов 37 минут упал в нескольких километрах от французской границы. К сожалению, он угодил точно в один из домов бельгийской деревушки Беллегем, похоронив под его обломками 19-летнего Вима Деларе. Вот уж, что называется, не повезло, так не повезло...
Сразу же разгорелся международный скандал. Правительства Бельгии и ФРГ обратились за разъяснениями к советской стороне, пытаясь получить ответ на вопрос, почему это советские истребители без всякого предупреждения вторгаются в воздушные пространства других стран, а СССР в течение долгого времени не предупреждает о таких ЧП? Западноевропейцы больше всего опасались того, что на самолете могли находиться ракеты или бомбы и тогда масштаб разрушений был бы совсем другим. Кое-кто заговорил даже о том, что МиГ-23 мог нести ядерную бомбу, но советская сторона в лучших традициях гласности и нового мышления заверила, что вышло досадное недоразумение и что пока МиГ-23 летел над ФРГ и Бельгией, его обломки искали в Балтийском море. Вот почему западноевропейским «партнерам» ничего не сообщили заранее.
Советский Союз предложил создать двухстороннюю комиссию по расследованию катастрофы и также согласился выплатить 685 000 долларов компенсации за гибель Вима Деларе и уничтожение дома. Вскоре советские специалисты были допущены к месту катастрофы, им даже было разрешено вывести обломки истребителя обратно в СССР. Во многом такое сотрудничество стало возможным благодаря разрядке конца восьмидесятых годов, когда два военных блока – НАТО и стран Варшавского договора — начали налаживать диалог, перестав смотреть друг на друга как на непримиримых врагов.
Полет беспилотного МиГ-23 из Польши в Бельгию, когда самолет смог без участия летчика пролететь более девятисот километров, является в чем-то уникальным. В истории мировой авиации и раньше были случаи, когда летчики слишком быстро покидали самолеты, и те продолжали еще какое-то время лететь самостоятельно, но никто не смог проделать такой длинный путь. Этот полет можно было бы считать курьезным, упади МиГ-23 где-нибудь в чистом поле, но закончился полет трагедией. Видимо, несчастному Виму Деларе самой судьбой было предназначено погибнуть таким образом, ведь проработай двигатель МиГ-23 хотя бы на секунду больше или меньше, то молодой человек остался бы жив.
Стоит упомянуть и еще один малоизвестный факт. В тот же день, 4 июля 1989 года, случилась еще одна катастрофа, также приведшая к печальным последствиям. Все в той же Польше, в воздухе столкнулся советский фронтовой бомбардировщик Су-24 и польский планер. Произошло это опять-таки из-за череды нелепых случайностей и ошибок, и если повреждения Су-24 оказались не фатальными и летчик посадил бомбардировщик на своем аэродроме, то польскому планеристу столкновение с «сушкой» стоило жизни. Однако главной темой того дня в европейской прессе был «самолет-беглец» МиГ-23, тем более, что случился этот инцидент во время визита тогдашнего генсека Михаила Горбачева во Францию, куда за ним следом едва не прилетел и советский беспилотный истребитель.
А ВЫ ЗНАЕТЕ ПОЧЕМУ В СССР НЕ БОЯЛИСЬ КЛЕЩЕЙ И КОМАРОВ?
Сегодня многие перед походом в лес обрабатывают себя спреями с головы до ног.
А ведь было и другое время.
В СССР дети целыми днями могли находиться на полянах и в лесу, собирая цветы, ягоды, бегая по высокой траве, ночуя в палатках. Комары конечно кусали, но страха перед клещами не было. Причина была не в беспечности. В советское время с клещами боролись не сами граждане, а государство. Леса возле населённых пунктов, детских лагерей, санаториев и зон отдыха регулярно обрабатывались от вредителей. Для этого использовали специальную авиацию. А людям делали прививки от клещевого энцефалита. Такая профилактика была частью государственной системы, а не личной заботой каждого человека.
14.06.2026, Новые истории - основной выпуск
Эксперимент, который идёт 97 лет и до сих пор не закончен
1927 год. Университет Квинсленда, Австралия. Профессор физики Томас Парнелл ставит эксперимент для студентов. Хочет показать, что некоторые вещества, которые кажутся твёрдыми, на самом деле жидкости. Просто очень, очень вязкие.
Он берёт кусок пека — смолоподобного вещества, которое при комнатной температуре выглядит как твёрдое. Можно разбить молотком, расколется как стекло.
Нагревает пек, заливает в стеклянную воронку. Даёт остыть и затвердеть. Оставляет на 3 года, чтобы пек «устоялся».
В 1930 году срезает дно воронки.
И начинает ждать.
Пек начинает медленно стекать. Настолько медленно, что движение невидимо глазу.
Первая капля упала через 8 лет. В декабре 1938 года.
Вторая — в феврале 1947 года. 9 лет спустя.
Третья — в апреле 1954 года. 7 лет.
Четвёртая — в мае 1962 года. 8 лет.
Пятая — в августе 1970 года. 8 лет.
Шестая — в апреле 1979 года. 9 лет.
Седьмая — в июле 1988 года. 9 лет.
Восьмая — в ноябре 2000 года. 12 лет.
Девятая — в апреле 2014 года. 14 лет.
За 97 лет упало 9 капель.
Профессор Парнелл умер в 1948 году. Увидел только 2 капли.
Его преемник Джон Мейнстоун наблюдал за экспериментом с 1961 года до своей смерти в 2013-м. Он видел, как упали капли 4, 5, 6, 7, 8.
Но вот что абсурдно: ни один человек никогда не видел момент падения капли.
Все 9 капель упали, когда никого не было рядом. Ночью. В выходные. Когда камеры были выключены или сломаны.
8-я капля должна была упасть в 2000 году. Мейнстоун установил веб-камеру, чтобы наконец зафиксировать момент. Капля набухла, вот-вот оторвётся.
И камера сломалась. Ровно в тот момент, когда капля упала.
Вернулись — капля лежит внизу.
9-я капля в 2014-м. Снова камеры. Онлайн-трансляция. Тысячи людей по всему миру наблюдают.
Капля набухла. Висит тонкой ниточкой. Вот-вот.
И в момент падения произошёл сбой питания. Камера отключилась на несколько минут.
Включилась — капля упала.
Это стало мемом. «Проклятие капли пека».
Но эксперимент доказывает важную вещь: пек — это жидкость. Просто его вязкость в 100 миллиардов раз выше, чем у воды.
Он течёт. Капля за каплей. Год за годом.
Эксперимент признан самым долгим лабораторным экспериментом в мире. Книга рекордов Гиннесса.
Он всё ещё идёт. В воронке осталось пека на несколько капель. 10-я капля сформируется примерно к 2027-2030 году.
Университет Квинсленда хранит установку в специальной витрине. Климат-контроль. Постоянный мониторинг. Несколько камер с резервным питанием.
На этот раз поклялись: мы увидим падение.
Эксперимент учит терпению. Некоторые процессы нельзя ускорить. Некоторые вещи требуют времени.
Профессор Парнелл хотел показать студентам, что твёрдое может быть жидким. Он не предполагал, что создаёт эксперимент, который переживёт его на 76 лет и будет продолжаться ещё десятилетия.
97 лет. 9 капель. Никто не видел ни одной.
И это прекрасно. Потому что это напоминает: не всё нужно видеть, чтобы знать, что оно происходит. Природа работает на своих скоростях, независимо от того, наблюдаем мы или нет.
Из сети
1927 год. Университет Квинсленда, Австралия. Профессор физики Томас Парнелл ставит эксперимент для студентов. Хочет показать, что некоторые вещества, которые кажутся твёрдыми, на самом деле жидкости. Просто очень, очень вязкие.
Он берёт кусок пека — смолоподобного вещества, которое при комнатной температуре выглядит как твёрдое. Можно разбить молотком, расколется как стекло.
Нагревает пек, заливает в стеклянную воронку. Даёт остыть и затвердеть. Оставляет на 3 года, чтобы пек «устоялся».
В 1930 году срезает дно воронки.
И начинает ждать.
Пек начинает медленно стекать. Настолько медленно, что движение невидимо глазу.
Первая капля упала через 8 лет. В декабре 1938 года.
Вторая — в феврале 1947 года. 9 лет спустя.
Третья — в апреле 1954 года. 7 лет.
Четвёртая — в мае 1962 года. 8 лет.
Пятая — в августе 1970 года. 8 лет.
Шестая — в апреле 1979 года. 9 лет.
Седьмая — в июле 1988 года. 9 лет.
Восьмая — в ноябре 2000 года. 12 лет.
Девятая — в апреле 2014 года. 14 лет.
За 97 лет упало 9 капель.
Профессор Парнелл умер в 1948 году. Увидел только 2 капли.
Его преемник Джон Мейнстоун наблюдал за экспериментом с 1961 года до своей смерти в 2013-м. Он видел, как упали капли 4, 5, 6, 7, 8.
Но вот что абсурдно: ни один человек никогда не видел момент падения капли.
Все 9 капель упали, когда никого не было рядом. Ночью. В выходные. Когда камеры были выключены или сломаны.
8-я капля должна была упасть в 2000 году. Мейнстоун установил веб-камеру, чтобы наконец зафиксировать момент. Капля набухла, вот-вот оторвётся.
И камера сломалась. Ровно в тот момент, когда капля упала.
Вернулись — капля лежит внизу.
9-я капля в 2014-м. Снова камеры. Онлайн-трансляция. Тысячи людей по всему миру наблюдают.
Капля набухла. Висит тонкой ниточкой. Вот-вот.
И в момент падения произошёл сбой питания. Камера отключилась на несколько минут.
Включилась — капля упала.
Это стало мемом. «Проклятие капли пека».
Но эксперимент доказывает важную вещь: пек — это жидкость. Просто его вязкость в 100 миллиардов раз выше, чем у воды.
Он течёт. Капля за каплей. Год за годом.
Эксперимент признан самым долгим лабораторным экспериментом в мире. Книга рекордов Гиннесса.
Он всё ещё идёт. В воронке осталось пека на несколько капель. 10-я капля сформируется примерно к 2027-2030 году.
Университет Квинсленда хранит установку в специальной витрине. Климат-контроль. Постоянный мониторинг. Несколько камер с резервным питанием.
На этот раз поклялись: мы увидим падение.
Эксперимент учит терпению. Некоторые процессы нельзя ускорить. Некоторые вещи требуют времени.
Профессор Парнелл хотел показать студентам, что твёрдое может быть жидким. Он не предполагал, что создаёт эксперимент, который переживёт его на 76 лет и будет продолжаться ещё десятилетия.
97 лет. 9 капель. Никто не видел ни одной.
И это прекрасно. Потому что это напоминает: не всё нужно видеть, чтобы знать, что оно происходит. Природа работает на своих скоростях, независимо от того, наблюдаем мы или нет.
Из сети
Оби Ван Киноби (1990)